Охотник и хозяйство. Эксперимент на грызунах

фото: fotolia.com

фото: fotolia.com

Так получается, что опять откликаюсь на материал В.Масайтиса («Страсти по водяной полевке», см. мой комментарий «Не надо делить охоты на плохие и хорошие» к его статье «Оклад или загон?»).

Стоит, наверное, пояснить, что в этом нет ничего личного, мы с В.В.Масайтисом вживую не знакомы, никаких пересечений по жизни и работе не случалось. Мое внимание к его статье, как и к предыдущей, обусловлено чисто профессиональными мотивами.

Во-первых, поднимаются важные темы; особенно я благодарен за последнюю, о чем ниже.

Во-вторых, В.В.Масайтис – доцент кафедры защиты леса и охотоведения Санкт-Петербургского государственного лесотехнического университета, преподает специальные охотоведческие дисциплины, является, вместе с коллегами по кафедре, автором профильных учебных пособий («Техника охоты»; «Охотничье дело. Охотоведение и охотничье хозяйство»), руководителем направления научной работы по проектированию охотничьих хозяйств Северо-Запада России, то есть, обучает будущих специалистов и дает рекомендации действующим. Это, конечно, поднимает планку требований к его текстам.
К сожалению, с фактами очень плохо.

Один из ключевых аргументов В.Масайтиса, призванный доказать вздорность претензий охотника в обсуждаемом споре и оправдать неготовность охоторганизации к содержательной реакции, состоит в том, что водяная полевка (другое приводимое наименование – водяная крыса) не упоминается в документах, регламентировавших любительскую охоту в советский период. Она, якобы, появилась «в законодательстве нового времени <…> с легкой руки разработчиков» Правил добывания 2009 года.

Это очень странное заявление.

Положение об охоте и охотничьем хозяйстве РСФСР 1960 г. упоминает прямо: «Безружейная охота на сусликов, хомяков, крыс водяных и амбарных, а также на кротов производится всеми гражданами, независимо от возраста, без выборки охотничьего билета».

Типовые правила охоты в РСФСР 1988 г. – тоже: «добыча пушных зверей может осуществляться в следующие предельные сроки: <…> Суслики, хомяк, водяная крыса - без ограничения» (п. 49). Общероссийский классификатор «Промышленная и сельскохозяйственная продукция», утвержденный Госстандартом СССР в 1985 г., включает шкурки водяной крысы (наряду с боровой и водоплавающей дичью, вполне «любительской»), в продукцию охотничьего хозяйства (группировка 987822). Можно вспомнить и о государственном стандарте на ее шкурки – в 1920-е годы они под маркой «сибирская выхухоль» миллионами отправлялись за границу.

То есть, включение водяной полевки в перечень охотничьих животных (ресурсов) – не нонсенс, не случайный вывих современного законодателя, а не прерывавшаяся традиция, как к ней сейчас ни относись. То, что общество охотников и преподаватель охотоведения о ней не знают, плохо, и больше говорит о них, чем о полевке.

 

фото: fotolia.com

Ничего, кроме улыбки, не вызывает и аргумент об отсутствии «подходящей методики» – методы учета мелких грызунов разработаны эпидемиологами, зоологами и охотоведами (как тут не вспомнить С.С.Фолитарека, можно сказать, жизнь на изучение водяной крысы положившего) лучше, чем любой другой группы животных (кроме, пожалуй, околоводных птиц), в том числе дешевые глазомерные, и способы привязки абсолютных величин к относительным («много-мало») хорошо известны.

То, что охоторганизация обратилась в профильный областной комитет, а он – в Центрохотконтроль, свидетельствует не о наличии методических трудностей, а об уклонении от самостоятельной работы или неспособности к ней ввиду отсутствия минимально квалифицированных специалистов. За те 60 тысяч рублей и за то время, что потратила охоторганизация на ведение судебного спора, она бы получила не только методику, но, возможно, и саму привязку.

Тем более неуместен этот аргумент в свежей статье, поскольку областной Комитет еще летом текущего года разместил на своем сайте специальные методические указания и сообщил об этом всем охотпользователям (письмо от 24.06.2013 № кжм-И-485/13-0-0). И описаны там старые апробированные методы; охотпользователи вполне могли найти их и сами.

Поэтому аргументы о какой-то новизне и сугубой сложности проблемы, по-моему, очевидно недобросовестны, как и повторяющиеся суждения В.В.Масайтиса о моральной упречности поведения жалобщика.

Дело ведь совсем в другом. Практика охотхозяйств не открывать охоту на определенные виды охотничьих животных является повсеместной и дискриминационной. Она – один из механизмов недопущения охотников в угодья. Именно под этим предлогом обычно не дают путевок гончатникам, ссылаясь на отсутствие зайца, а имея в виду покой кабанов. Охотхозяйства не проводят учеты видов, их не интересующих, не подают заявки, а потом разводят руками перед охотниками, которых эти виды интересуют – мол, ну и рады бы, да не можем.

Гатчинский охотник Д.А.Лужков (мне незнакомый, скажу, на всякий случай), предъявив претензии и добившись определенной судебной позиции по этому делу, внес свой позитивный вклад в концептуальное рассмотрение проблемы охотников, сталкивающихся с отказами охотхозяйств. Возможное злоупотребление со стороны охотников правом на иск сплошь и рядом абсолютно симметрично злоупотреблениям охотпользователей, которые манипулируют заявками, ценами, пропускной способностью, воспроизводственными участками и т.п. в стремлении не пустить охотников. Уверен, что материалы этого спора будут еще широко обсуждаться и глубоко изучаться.

 

фото: fotolia.com

Если Ленинградская областная региональная общественная организация Клуб охотников и рыболовов «Возрождение» действительно использовала только такие слабые аргументы, печально – она могла бы тоже извлечь из произошедшего полезные уроки. Для хозяйства под полтораста тысяч гектаров такие претензии неизбежны, и стоит к ним готовиться, и делиться полезным опытом согласования интересов.

А что опыт получен на водяной крысе – так у нас половина медицины экспериментирует на белых мышах. Теперь вот и охотоведение. Только спасибо грызунам можно сказать.

Сергей Матвейчук, биолог-охотовед, г. Киров 19 декабря 2013 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 4
    Сергей Сорокин офлайн
    #1  19 декабря 2013 в 13:14

    В охотоведении (про охоту вообще молчу), как показала жизнь, разбираются все, не исключение и лесники, коим по образованию является доцент лесотехнического университета (с 1997 года) В Масайтис. Ребята нормальные, но самобытные, - видимо свой отпечаток накладывает неодушевлённость объекта их профессии. Всю жизнь проработал с ними бок о бок, но при общении с ними всегда перед глазами встает Урфин Джюс с его деревянными солдатами. Никого не хочу обидеть, просто поделился сложившимся за долгие годы мнением.

    Ответить
  • -2
    Сергей Матвейчук офлайн
    #2  23 декабря 2013 в 14:09
    Сергей Сорокин

    В охотоведении (про охоту вообще молчу), как показала жизнь, разбираются все, не исключение и лесники, коим по образованию является доцент лесотехнического университета (с 1997 года) В Масайтис. Ребята нормальные, но самобытные, - видимо свой отпечаток накладывает неодушевлённость объекта их профессии. Всю жизнь проработал с ними бок о бок, но при общении с ними всегда перед глазами встает Урфин Джюс с его деревянными солдатами. Никого не хочу обидеть, просто поделился сложившимся за долгие годы мнением.

    Они просто заполняют вакуум. Раз охотоведы справочников не составляют, учебников не пишут, степеней не получают, за кафедры не встают (кроме 2-3 настоящих охотфаков), в лучшем случае, вроде нас с Вами, комментариями пробавляются (побольше охотоведов читает, а большинство и не читает ничего), пустота заполняется другими. Они, конечно, неправы, что охотоведов не привлекают хотя бы как консультантов, но спасибо им и за то, что вовсе пустым место не оставляют.

    Ответить
  • -1
    Сергей Сорокин офлайн
    #3  23 декабря 2013 в 15:15
    Сергей Матвейчук
    Они просто заполняют вакуум. Раз охотоведы справочников не составляют, учебников не пишут, степеней не получают, за кафедры не встают (кроме 2-3 настоящих охотфаков), в лучшем случае, вроде нас с Вами, комментариями пробавляются (побольше охотоведов читает, а большинство и не читает ничего), пустота заполняется другими. Они, конечно, неправы, что охотоведов не привлекают хотя бы как консультантов, но спасибо им и за то, что вовсе пустым место не оставляют.

    Сергей Павлович, какие уж там справочники и учебники писать, если от охотоведов-специалистов везде избавились, кроме, наверное, Вашего института. А на практической работе? - у нас, в Мурманской в этом году создали МПРиЭ местного разлива, согнали туда экологов, лесников и охотнадзор. Штат министерства 80 человек и ни одного охотоведа. Хотя специалистов-охотоведов, причем высокого уровня знаний и практики, хватает.Опять всё под лесниками (до этого было под ветеринарами). А по области только три инспектора охотнадзора. И результат соответствующий. Вот скоро в области должно пройти охотустройсто, работать будут специалисты Вашего института. И вот есть реальное опасение, как-бы всё нынешнее враньё не перекочевало в проект. А враньё такое, что кому говоришь - не верят. Вообще, по моим понятиям, это не просто враньё, а преступление. А как консультанта меня иногда привлекают, но это по принципу, чтобы меньше вякал.

    Ответить
  • -1
    Сергей Матвейчук офлайн
    #4  30 декабря 2013 в 03:35
    Сергей Сорокин
    Сергей Павлович, какие уж там справочники и учебники писать, если от охотоведов-специалистов везде избавились, кроме, наверное, Вашего института. А на практической работе? - у нас, в Мурманской в этом году создали МПРиЭ местного разлива, согнали туда экологов, лесников и охотнадзор. Штат министерства 80 человек и ни одного охотоведа. Хотя специалистов-охотоведов, причем высокого уровня знаний и практики, хватает.Опять всё под лесниками (до этого было под ветеринарами). А по области только три инспектора охотнадзора. И результат соответствующий. Вот скоро в области должно пройти охотустройсто, работать будут специалисты Вашего института. И вот есть реальное опасение, как-бы всё нынешнее враньё не перекочевало в проект. А враньё такое, что кому говоришь - не верят. Вообще, по моим понятиям, это не просто враньё, а преступление. А как консультанта меня иногда привлекают, но это по принципу, чтобы меньше вякал.

    В том-то и проблема, что охотовед, пока работает, ничего не пишет, ничем, кроме охотничьего дела, не интересуется, а потом удивляется, когда его гонят. Опрашивал недавно несколько райохотоведов, причем в регионах, где они под лесниками, читали ли они свои лесхозрегламенты? В ответ - удивление: а это зачем? Большинство и обложку не видело; никто, естественно, не знает, какая хрень там про охоту написана, а нормативный акт. Областного уровня охотоведы не знают (некоторые недавно узнали), что существует такая схема территориального планирования, а это базовый документ, под который и схема охотугодий должна подстраиваться. Из райохотоведов в подготовке смежнопрофильных муниципальных программ участвует, судя по содержанию, 1 из 100; областные все согласовывают не глядя, потому что и слов таких (современной терминологии долгосрочного прогнозирования, тем более пространственного планирования) не знают. Речь не о недостатках образования, о зрелых людях говорю, которые должны бы были самообразовываться, расширять кругозор, осваивать смежные сферы. Подчинение охотуправлений комплексным министерствам - общая тенденция, даже богатые Штаты после кризиса были вынуждены так сделать, и пока охотоведы не становятся многоотраслевыми специалистами (что они могли бы и должны были делать, в силу многоотраслевого характера нашей специальности), они наполовину сами себя изгоняют. Они даже с охотничьей массой - своей социальной базой - работать не умеют, поэтому за них и общественность не заступается. Смотрите - у нас, похоже, в единственном регионе (в Бурятии) бывшие работники госохоторганов сумели (при поддержке охотуправления) организовать свою общественную организацию, весьма влиятельную, в остальных максимум (и то редко) на что способны - собираться водки попить да похаять нынешнюю контору. В общем, Вас я не знаю (погуглил, ни одной публикации не нашел), а большинство уволенных охотоведов наполовину сами виноваты.
    Я участвую в составлении мурманской схемы охотугодий, но не в качестве ответственного исполнителя, пока писал небольшой раздел, не касающийся госохотреестровых данных.

    Ответить
  • -1
    Сергей Сорокин офлайн
    #5  30 декабря 2013 в 12:09
    Сергей Матвейчук
    В том-то и проблема, что охотовед, пока работает, ничего не пишет, ничем, кроме охотничьего дела, не интересуется, а потом удивляется, когда его гонят. Опрашивал недавно несколько райохотоведов, причем в регионах, где они под лесниками, читали ли они свои лесхозрегламенты? В ответ - удивление: а это зачем? Большинство и обложку не видело; никто, естественно, не знает, какая хрень там про охоту написана, а нормативный акт. Областного уровня охотоведы не знают (некоторые недавно узнали), что существует такая схема территориального планирования, а это базовый документ, под который и схема охотугодий должна подстраиваться. Из райохотоведов в подготовке смежнопрофильных муниципальных программ участвует, судя по содержанию, 1 из 100; областные все согласовывают не глядя, потому что и слов таких (современной терминологии долгосрочного прогнозирования, тем более пространственного планирования) не знают. Речь не о недостатках образования, о зрелых людях говорю, которые должны бы были самообразовываться, расширять кругозор, осваивать смежные сферы. Подчинение охотуправлений комплексным министерствам - общая тенденция, даже богатые Штаты после кризиса были вынуждены так сделать, и пока охотоведы не становятся многоотраслевыми специалистами (что они могли бы и должны были делать, в силу многоотраслевого характера нашей специальности), они наполовину сами себя изгоняют. Они даже с охотничьей массой - своей социальной базой - работать не умеют, поэтому за них и общественность не заступается. Смотрите - у нас, похоже, в единственном регионе (в Бурятии) бывшие работники госохоторганов сумели (при поддержке охотуправления) организовать свою общественную организацию, весьма влиятельную, в остальных максимум (и то редко) на что способны - собираться водки попить да похаять нынешнюю контору. В общем, Вас я не знаю (погуглил, ни одной публикации не нашел), а большинство уволенных охотоведов наполовину сами виноваты.
    Я участвую в составлении мурманской схемы охотугодий, но не в качестве ответственного исполнителя, пока писал небольшой раздел, не касающийся госохотреестровых данных.

    Основная масса райохотоведов - инертная и условнообразованная масса, на уровне выдать бумажку, составить протокол и самому пострелять. О постоянном самообразовании и речь не идет. Какие там лесхозрегламенты. Но все равно, они свою работу знают лучше, чем пришлые посторонние люди. И их инертность зачастую не их вина, - они же видят, кто и с каким уровнем знаний ими руководит сверху. А в каждом регионе есть действительно специалисты, их не много (как, впрочем, и в любой профессии), но они есть, вот от них и избавились в первую очередь. Умные очень и дело знают, а сейчас этого не надо. А кто остался на работе - это из первых, молчаливые и согласные. Удобные. Лично преданные. Я, может, излишне обобщил, но в принципе так оно и есть.
    Я со своей "охотничьей массой" работать умел, поэтому "общественность" за меня не раз (без моего ведома) заступалась на разных уровнях. Это хорошо, но это мне и навредило.
    Публикаций моих Вы не найдете, так как центральной печати их нет, все в конкретной переписке с местными органами, с Департаментом, с Госдумой. Все по конкретным вопросам. Лежат два письма из Госдумы о том, что два моих предложения прошли при обсуждении поправок в Закон об охоте. А совсем недавнее о том, что принято мое предложение об изменении в Налоговый кодекс - это по предложению Забайкальских депутатов о едином разрешении в ОДОУ для пенсионеров (я напомнил, что в регионах Крайнего Севера пенсионный возраст наступает с 55 лет. Пообещали это учесть).
    С тем, как должно проводиться охотустройство, я знаком, так как в свое время работал в ЦПИЭ Главохоты. Но слышал, что сейчас, зачастую, эта работа делается, не выходя из кабинета. В таком случае результат предсказуем. В 2012 году я был членом региональной комиссии по разработке концепции развития ох.хоз. области до 2025г. Первоначально многим очень хотелось все отдать охотпользователям и тогда гора с плеч. Но не все с этим согласились (я в том числе) и сумели доказать, что вообще приписные охотхозяйства в наших условиях это бумажная фикция, что и показала многолетняяния практика (охота бедная, биотехния не работает, остается только учет и охрана, а этим должны заниматься госорганы). В проекте это как-то учли. Проект получился грамотный, красивый, но абсолютно декларативный, так как не определено, кто и за что отвечает, кто и как финансирует. Вот охотустроителям желательно учесть в своей работе такие моменты. Конечно охотничьи хозяйства должны быть, даже здесь, на севере, но это уже комплексные хозяйства (рыбалка, охота, туризм). Но охота в них будет на последнем месте, так как денег мало принесет, и все направят на более доходные – рыбалку и туризм. Примеры тоже есть.
    На днях мой знакомый, сотрудник Росприроднадзора, сообщил мне, что в этом году охотнадзор собираются опять перевести на федеральный уровень и передать его снова в Россельхознадзор. Вы , Сергей Павлович, не в курсе?
    Всех с наступающим Новым Годом и Рождеством! Всем здоровья и удачи!

    Ответить
  • -2
    Velislav Masaitis офлайн
    #6  1 января 2014 в 16:50

    Здравствуйте, дорогие коллеги! Дублирую свой ответ С.П. Матвейчуку на сайте и еще хочу добавить пару слов о "лесниках". Дело в том, что у нас (т.е. "лесников") и у вас (т.е. охотоведов) разное видение в силу специфики полученного образования. Это разные школы и тут нет правых и виноватых.
    Теперь про статьи. В отличие от господина Берсенева, который обиделся на меня за критику Стратегии, я конструктивную критику в свой адрес воспринимаю спокойно. Так что спасибо за подробный разбор статей, но только боюсь что в интернете это мало кто читает, вот видите - даже я не заметил, хотя пользователем являюсь активным. Не буду сейчас подробно отвечать на Ваши аргументы, многие из которых справедливы, а некоторые я готов оспаривать. Например, про методические указания, изданные областным Комитетом. Они появились в 2013-м, а дело-то шло с 2011-го и в 2012-м уже закончилось, на тот момент указанной методики просто не было. Хочу сообщить свое мнение по результативной части. В статье про водяную полевку я хотел донести ключевую мысль о том, что современное законодательство дает лазейки недобросовестным людям (таким как Лужков) для браконьерской охоты на одни виды животных, под прикрытием охоты на другие виды. Пусть даже водяная полевка и была раньше в списке охотничьих видов - почему не оставить охоту на нее "безружейной", как это было в1960 г.? Думаю, в этом случае Лужков вряд ли захотел бы на нее "охотиться". Не могу также согласиться с тем, что Лужков "внес позитивный вклад в концептуальное рассмотрение проблемы охотников" в связи с отказами в выдаче лицензий (путевок). Скорее, деструктивный прецедент по разрушению общественных охотничьих организаций. Ведь именно они и являются "слабым звеном" среди охотпользователей. Не думаю, что он стал бы связываться с частным охотхозяйством, учредителем которого является какой-нибудь нефтяной "барон". Там бы ему быстро объяснили несостоятельность его аргументов иными методами.
    В статье про охоту окладом речь идет о недопустимости бессистемного отстрела диких копытных, что и происходит в результате "слепых" загонов. А классическим метод охоты может считаться только в том случае, когда он основан на особенностях жизненного цикла животных, либо их поведения, либо производится с использованием специальных приемов. Если же следовать Вашей мысли о том, что правильная охота та, которая "адекватна обстоятельствам", так можно признать отстрел животных из под фары с автотранспорта тоже вполне допустимым (кстати сайгаков так и стреляли, опять же "на мясо")! С исторической точки зрения, кстати, загонная охота возникла в средние века в Испании, и заключалась в прогоне зверей (оленей) между завесами перед трибунами, на которых размещались стрелки. С современной позиции это, скорее, убийство животных. Ваше замечание о том, что в Архангельской области товарные лицензии закрывались чаще индивидуально говорит скорее об условиях проведения охоты, которые не позволяли делать загоны (в силу характера местности), а также о более высокой добычливости в тех условиях именно охоты с подхода. Я не сравниваю методы, а указываю на ошибки в их исполнении, которые приводят к плачевному результату: стреляют то, что выбегает, а не то что нужно (с точки зрения биологической целесообразности). Может, охотоведы и задумываются об этом, но выводов явно не делают. Факты, во всяком случае, свидетельствуют.
    P.S. Я не любитель писать комментарии в сети и давно уже этим не занимаюсь (времени и желания нет), но в данном случае решил все-таки ответить. Прошу не воспринимать это как вступление в диалог или полемику. Все что я хотел сказать, я сказал, при этом каждый может остаться при своем мнении.
    С уважением, Велислав.

    Ответить
  • -2
    Сергей Матвейчук офлайн
    #7  4 января 2014 в 07:30
    Сергей Сорокин
    Основная масса райохотоведов - инертная и условнообразованная масса, на уровне выдать бумажку, составить протокол и самому пострелять. О постоянном самообразовании и речь не идет. Какие там лесхозрегламенты. Но все равно, они свою работу знают лучше, чем пришлые посторонние люди.

    Буду кусочками отвечать, чтобы видно было, на что

    -----------------------------
    Во всех специальностях, как Вы, кажется, и говорили (я согласен), из дипломированных людей специалистов, научившихся в институте профессиональному самосовершенствованию, в среднем хорошо если процентов 10. Но когда у всех абсолютно в голове буран, капкан и вольный ветер, а написать страницу связного текста - мука смертная, это нездорово. И работу они "знают хорошо" только если понимать эту работу так узко, как они. А настоящая работа гораздо шире, и они специалистами не являются. Пришлые практически никогда не освоят некоторых деталей, которым все-таки учат на охотфаках, но вот в этой широкой части работы они охотоведов сплошь и рядом эффективнее, а если еще умеют слушать, консультируются с охотоведами и продвинутыми охотниками, то общая эффективность у них выше.

    Ответить
  • -2
    Сергей Матвейчук офлайн
    #8  4 января 2014 в 07:43
    Сергей Сорокин
    И их инертность зачастую не их вина, - они же видят, кто и с каким уровнем знаний ими руководит сверху. А в каждом регионе есть действительно специалисты, их не много (как, впрочем, и в любой профессии), но они есть, вот от них и избавились в первую очередь. Умные очень и дело знают, а сейчас этого не надо. А кто остался на работе - это из первых, молчаливые и согласные. Удобные. Лично преданные

    Много раз видел, что при руководителях-неспециалистах думающие охотоведы чувствуют себя спокойнее - начальник-незнайка чувствует себя более неуверенно и понимает, что кто-то должен и работать. Избавляются от активно высказывающих "политические" позиции, перечащих, а это не всегда совпадает с профессионализмом, это скорее вопрос темперамента/возраста. Конечно, там, где принято, чтобы начальник "охотуправления" лично фарил губернатору зайцев, приличным охотоведам не удержаться, но таких, совершенно гнилых, регионов даже в нынешнее гнилое время не так много. Кстати, примерно столько же, сколько регионов, где охотуправлениями руководят "креативные" охотоведы и где сохраняются ядра, гнезда думающих охотоведов.

    Ответить
  • 0
    Сергей Матвейчук офлайн
    #9  4 января 2014 в 07:57
    Сергей Сорокин
    Публикаций моих Вы не найдете, так как центральной печати их нет, все в конкретной переписке с местными органами, с Департаментом, с Госдумой. Все по конкретным вопросам. Лежат два письма из Госдумы о том, что два моих предложения прошли при обсуждении поправок в Закон об охоте

    Все эти органы - кладбища идей. Иногда хуже - извратители. Механизм простой: ты пишешь туда - 2 х 2 = 4. Они хлопают в ладоши и принимают - 2 х 2 = 5. Когда ты возмущаешься, они говорят: побойтесь бога, мы один знак из пяти изменили, так что уж не отказывайтесь, это Ваше предложение, Ваше. Знаю нескольких людей, после подобных случаев зарекшихся что-либо писать в органы. Лично я все равно пишу, но параллельно публикую, хоть в сети - это дает возможность доказать при нужде, что ты не верблюд и, если и сделал ошибку, то не такую глупую.
    Охотоведы, пишущие только в конторы, работают на корзину. В результате следующие охотоведы опять пишут в конторы по тем же вопросам с чистого листа и, по моим наблюдениям, все менее профессионально. А публикация в прессе позволяет им не начинать с нуля, опереться на уже сформулированные идеи или оттолкнуться от них; общий уровень повышается.
    Словом, я считаю, что охотовед, не пишущий по важным вопросам (пусть частным), в которых он разобрался, фактически не существует. Как правило, он и сам думает все хуже и хуже, поскольку не получает критики.

    Ответить
  • -1
    Сергей Матвейчук офлайн
    #10  4 января 2014 в 08:03
    Сергей Сорокин
    С тем, как должно проводиться охотустройство, я знаком, так как в свое время работал в ЦПИЭ Главохоты. Но слышал, что сейчас, зачастую, эта работа делается, не выходя из кабинета. В таком случае результат предсказуем.

    Полевые обследования для внутрихозяйственного устройства, проводимого сторонними специалистами, нужны, для территориального ("межхозяйственного"), на мой взгляд, нет (вот полевые соцопросы - да, но охотоведы их проводить не умеют). Для качественной работы сейчас, я считаю, как раз умеющих работать "в кабинете" не хватает (не в смысле тупой камералки по преобразованию лесотаксационных описаний с повидовой бонитировкой, а в смысле концептуального представления о целях и возможностях отрасли).

    Ответить
Ещё 10 комментариев...
все




Принимать участие в голосовании могут только зарегистрированные пользователи. Авторизоваться / зарегистрироваться












наверх ↑