Охотника ноги кормят

Фото Геннадия ШЕЛЯГА

Фото Геннадия ШЕЛЯГА

Я внимательно слежу за публикациями, в которых затрагивается тема охотничьих традиций и в особенности традиционных и нетрадиционных охот. Сам я неоднократно в своих выступлениях касался этой темы и хотел бы продолжить разговор.

Спору нет, надо сохранять и поддерживать те виды охот, которые вошли в традицию и стали достоянием нашей отечественной охотничьей культуры. Вместе с тем, как справедливо замечает Евгений Ершов («РОГ», № 23, 2015), было бы крайностью относиться к ним как «к неприкасаемым священным коровам». Ведь процесс сменяемости охотничьих пристрастий и предпочтений так же естественен, как и процесс их преемственности, более того, этот процесс, если хотите, исторический.


Известно, что отец Петра I царь Алексей Михайлович исповедовал только охоту на пернатую дичь верхом на лошадях с ловчими птицами. Ныне такая охота реальна и доступна в основном разве что для сверхбогатых арабских шейхов на особо резервируемых территориях.


Матерый русский барин Алексей Некрасов — отец замечательного поэта Николая Некрасова отдавал предпочтение лишь псовой охоте на зайцев, лисиц и волков, а ружейную охоту своего сына на пернатую дичь с легавой считал лакейской и низкой (см. М. Булгаков. Русские писатели-охотники. — «Охота и охотничье хозяйство», № 8, 2008). Ныне же ружейная охота, в особенности с собаками, со всем основанием признается как одна из самых содержательных, насыщенных и привлекательных. Но вот когда я ознакомился с заявлением Николая Бирюкова («РОГ» № 1–2, 2015), что будь его воля, он запретил бы вообще охоту по перу без подружейной собаки, передо мной невольно замаячил тот самый, помеченный Ершовым призрак «неприкасаемой священной коровы». Автор почему-то не подумал о том, что запрет, о котором он говорит, ущемил бы право на охоту тысяч охотников, не имеющих по разным причинам возможности содержать собак, а также в какой-то степени мотивировал бы браконьерство (как известно, «несправедливый закон моральных обязательств не имеет»).


Вспоминаю, как в старой охотничьей литературе, посвященной утиной охоте, подробно описывались все возможные способы охоты на уток — с подсадной (на кряковых селезней весной), с чучелами, с подружейной собакой, с подъезда на лодке, из скрадков на дневках, на вечерних и утренних перелетах — кроме одного, но при этом самого массового и доступного (за исключением разве что стрельбы на зоревых перелетах) — дневной охоты с подхода без собаки. Не сказывался ли в этом отголосок былого охотничьего консерватизма с привкусом барских привычек: дескать, «бить ноги», да еще с сомнительной надеждой на успех, — это не дело настоящего охотника.


Другой пример. В одном из рассказов Юрия Нагибина (к его творчеству отношусь с почтением) группа охотников изнывает от скуки в ожидании прибытия на охотничью базу егеря с легавой, который должен обеспечить им «классическую» охоту на тетерева. Читая впервые этот рассказ, я остался в недоумении: почему бы этим людям, если они действительно заядлые охотники, не взять ружья наперевес и не прочесать цепью места обитания тетеревов (как явствует из контекста, такая охота в том хозяйстве не возбранялась).
Конечно, ходовые охоты наудачу в большинстве своем менее результативны, чем подготовленные специализированные охоты, тем более с собаками. Понятно, что подобные охоты мало подходят людям старым и с ослабленным здоровьем, но всем другим категориям охотников они способны подарить, помимо возможности взять дичь, ощущение полноты жизни от встреч с природой и здоровую физическую усталость, столь дефицитную в особенности для работников умственного труда.


Помнится, в юности (50-е годы) на августовских охотах я и два моих одноклассника, отстояв на болоте (под Саранском) утреннюю зарю, бродили затем до полудня по берегам речки Инсар в поисках сместившихся с болот уток. И так почти ежедневно.


С сентября, когда начинались занятия в школе, мы могли отводить охоте лишь воскресные дни. Осенние и зимние охоты запомнились длительными (с утра до вечера) походами за зайцами-русаками. Благодаря этим походам я ощутимо укрепил свое физическое здоровье (в детстве лежал однажды в больнице с диагнозом «ревмокардит»). В мае 1956 года наш физрук включил меня в сборную команду школы к предстоящему первенству города по легкой атлетике. На этих соревнованиях я стал вторым в беге на 1500 м.
Вот так, через охоту и благодаря ей, я вошел в спорт, который стал для меня таким же влечением души, как и охота, и который частично замещал мне ее во время службы в армии и последующей учебе в вузе. Пользуясь поводом, изложу свой взгляд на связь охоты и спорта.


Солидаризируясь с охотоведом Александром Пушкиным и рядом других авторов, скажу, что я решительно не приемлю понятия «спортивная охота». Вместе с тем вопрос этот нуждается в некоторых пояснениях. Если на охоте человек встречается с внешней природой, то в спорте, требующем, как правило, больших физических усилий, — со своей внутренней биологической природой. Последний факт на поверхности не лежит, поскольку заслоняется самоочевидным стремлением здоровых людей к состязательности. Функции сопряжения с «внешней» и «внутренней» природой могут перекрещиваться и совпадать (физические нагрузки на охоте, в особенности ходовой, нередко сопоставимы со спортивными). Тем не менее при всем том спорт остается спортом, а охота — охотой.


В последние 30–35 лет все мои летне-осенне-зимние охоты и такие же охоты двух моих компаньонов — профессора-филолога и доцента-физика — были исключительно ходовыми. На каждой из них, в зависимости от обстоятельств, а также от погоды и самочувствия приходилось преодолевать ежедневно от 10–12 до 18–20 км. Я уже сообщал читателям «РОГ», что в год своего 75-летия (2013 г.) прошел пешком около 200 километров. А рекордным в этом отношении явился летне-осенний сезон 2000 года — не менее 350 километров.
Допускаю, что кто-то, прочтя эту статью, с усмешкой скажет: «Ну вот, автор поет здравицу «шатающимися» охотникам. Отвечу так: «Назовите их хоть «шляющимися», но согласитесь, что эти люди удовлетворяют свою охотничью страсть самым простым, общераспространенным и в этом смысле наиболее традиционным способом. И я действительно хочу особо пожелать доброй охоты тем охотникам, которых, как и волков, ноги кормят.

Юрий Тундыков 18 апреля 2016 в 00:00







Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 0
    офлайн
    #1  18 апреля 2016 в 19:14

    Да, трудно не согласиться с автором.

    Ответить
  • 0
    Александр Стефанович офлайн
    #2  18 апреля 2016 в 21:35

    Да, трудно не согласиться с автором.

    Не трудно. Особенно, что касается спортивной охоты. Вполне себе нормальное понятие, там более, что автор как раз спортивной охотой и занимался.
    Имею в виду не состязательность, а то, что автор назвал внутренней биологической природой. То есть когда человек преодолевает слабость или усталость, неуверенность или даже страх. Когда сам выслеживает и скрадывает, разделывает и выносит. Без егерей и пиэйчей и прочих траккеров. Когда лыжи вместо снегохода и весла вместо мотора, палатка вместо охотбазы. Когда охотник добивается результата не за счет технической оснащенности и капиталовложений, а за счет мобилизации собственных внутренних физических и моральных ресурсов. Тогда и появляется повод для гордости и чувство удовлетворения как от спортивной победы. Неважно, была это утка которой дали подняться прежде чем выстрелить или зверь которого пришлось тропить в одиночку много дней.

    Ответить
  • 0
    офлайн
    #3  19 апреля 2016 в 11:18
    Александр Стефанович
    Тогда и появляется повод для гордости и чувство удовлетворения как от спортивной победы.

    Ходовой охотой занимаюсь не первый десяток лет, но спортсменом себя никогда не считал, по причине того, что спорт - действие бескровное.
    Промысловая охота - работа, любительская - временная смена вида деятельности, активный отдых, а спорт - это на стенде.

    Ответить
  • 0
    Александр Стефанович офлайн
    #4  19 апреля 2016 в 17:07

    Ходовой охотой занимаюсь не первый десяток лет, но спортсменом себя никогда не считал, по причине того, что спорт - действие бескровное.
    Промысловая охота - работа, любительская - временная смена вида деятельности, активный отдых, а спорт - это на стенде.

    Насчет "спорт-действие бескровное" Вы наверно пошутили. А как же многочисленные единоборства? Даже в игровых видах сшибаются так, что брызги (кровавые) летят. Впрочем, я ж не об этом.
    А стенд для охотника это просто тренировка перед основным действием.

    Ответить
  • 0
    Valery Fermer офлайн
    #5  19 апреля 2016 в 17:29

    Не спорте. Оба правы, но 2:1 в пользу Николаева...В охоте болельщиков нет. А статья по делу и без спора!

    Ответить
  • 0
    Komarkov Evgeny офлайн
    #6  19 апреля 2016 в 18:00
    Александр Стефанович
    Не трудно. Особенно, что касается спортивной охоты. Вполне себе нормальное понятие, там более, что автор как раз спортивной охотой и занимался.
    Имею в виду не состязательность, а то, что автор назвал внутренней биологической природой. То есть когда человек преодолевает слабость или усталость, неуверенность или даже страх. Когда сам выслеживает и скрадывает, разделывает и выносит. Без егерей и пиэйчей и прочих траккеров. Когда лыжи вместо снегохода и весла вместо мотора, палатка вместо охотбазы. Когда охотник добивается результата не за счет технической оснащенности и капиталовложений, а за счет мобилизации собственных внутренних физических и моральных ресурсов. Тогда и появляется повод для гордости и чувство удовлетворения как от спортивной победы. Неважно, была это утка которой дали подняться прежде чем выстрелить или зверь которого пришлось тропить в одиночку много дней.

    По моему мнению ходового охотника-лайчатника только ходовая охота и может дать весь спектр ощущений единства с природой,когда нет техники,нет удобств,нет благ цивилизации. Но только в том случае,когда человек охотник-натуралист,а не стрелок-добытчик. Разница между этими категориями людей колоссальна. Одни подчиняют природу себе,другие сливаются с ней, стараясь быть единым целым с матушкой природой. Душа у натуралистов наполняется не выстрелом,а созерцанием,преодолением,а трофей-как некая награда за то,что есть у такого охотника душа и любовь к природе.

    Ответить
  • 0
    анатолий евменов офлайн
    #7  19 апреля 2016 в 18:14
    Александр Стефанович
    Не трудно. Особенно, что касается спортивной охоты. Вполне себе нормальное понятие, там более, что автор как раз спортивной охотой и занимался.
    Имею в виду не состязательность, а то, что автор назвал внутренней биологической природой. То есть когда человек преодолевает слабость или усталость, неуверенность или даже страх. Когда сам выслеживает и скрадывает, разделывает и выносит. Без егерей и пиэйчей и прочих траккеров. Когда лыжи вместо снегохода и весла вместо мотора, палатка вместо охотбазы. Когда охотник добивается результата не за счет технической оснащенности и капиталовложений, а за счет мобилизации собственных внутренних физических и моральных ресурсов. Тогда и появляется повод для гордости и чувство удовлетворения как от спортивной победы. Неважно, была это утка которой дали подняться прежде чем выстрелить или зверь которого пришлось тропить в одиночку много дней.

    Согласен со всем. Думаю. что случись такое, что запретят охотиться с обслуживанием (это,конечно. фантастика!) и ряды охотников уменьшатся кратно! И еще. многих охота привлекает именно своей состязательностью, состязательностью со зверем. И запоминаются именно трудовые охоты, когда попался очень достойный соперник. Даже такие. в которых победителем вышел не ты, но была работа собак, была погоня или томительное выжидание. А, если еще и зверя добыл, то действительно и "повод для гордости, и чувство удовлетворения как от спортивной охоты". Я тоже научился бегать благодаря охоте.

    Ответить
  • 0
    Вячеслав Михайлов офлайн
    #8  2 мая 2016 в 06:29

    Спасибо Юрий. Статья Ваша для меня, как бальзам на рану. Сколько уж лет стараюсь при каждой возможности сказать о пользе пеших охот. Но, изменилось время, да и вряд ли мы дождемся запрета техники на охоте. Наверное, совсем ее запрещать и не надо. Происходит и реальное разделение бывшего охотничьего братства по кошельку и прибамбасам. Сказывается и разобщенность охотников, в связи с сознательно принятыми организационными мера. Удалось посчитать охотников, а заодно и ударить по общественным охоторганизациям. Особенно тем, где "рулят" без ответственные перед своими членами деляги. На одном из форумов попытался хоть как-то хоть на какой - то теме найти единомышленников. Но, пострелялки и посиделки, оказались выше всго. Заглохла и тема о возрождении охотобществ, многие даже и говорить об этом не хотят.
    Юрий, я перед вами преклоняюсь. В канун 75 летия - 200 км пешком!
    Мне же, не удается много ходить, т..к. не всегда возможно на общественном транспорте добраться до начала охотничьей тропы.
    Но, писать - рассказывать - говорить о таком надо.
    Объективно не могу не сказать и о следующем. Благодаря двум проектам ФЗ, что рассмотрены уже в первых чтениях, охотугодья от мегаполисов отодвинуться еще дальше.. Имею ввиду о новых нарезках санитарно - охранных зон, об особо охраняемых землях и изменениях в ЗК И ЛК...Но об этом выскажу свое мнение позже. Над этим работаю, в том числе и как независимый эксперт Минюста по антикоррупционной экспертизе законодательства. Пока же, у меня складывается убеждение, что без объединения охотников, не удастся достичь баланса интересов. Но вот этого - то объединения добиться трудно. Даже ряды охотничьих СМИ скудеют...Осталась к тому же лишь наша газета, что пытается делать реальное дело...Похоже, что закрылся и журнал "Охота" Кузенкова...Еще раз спасибо Юрий и с наступающим Днем Победы

    Ответить


Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований





наверх ↑