Снег, вальдшнепы и полная луна

Вроде бы уже и не ждешь от весны необычного, знаешь наперед все, как в прежние годы: задождит, закиснет, напустит уныния, хоть плачь. А то, глядишь, и солнышком вдоволь побалует, да таким, что и июнь позавидует.

Фото Сергея Фокина.

Фото Сергея Фокина.

И все же каждый раз с первым весенним месяцем начинаешь ждать чего-то необычного, пытаясь найти ту особинку, что свойственна именно этой, сегодняшней, весне, то, что может отличить ее от всех прожитых тобой ранее.

Вот и в этом году весна не поскупилась на сюрпризы — хотя и ранняя, да с норовом, первым голоском кукушки накрыла лес лишь в начале мая, когда рощи уже вовсю зеленели и черемуховый цвет готов был вот-вот напоить воздух терпким ароматом.

Но случилось так, что черемуховый цвет совпал с вишневым, что уже само по себе бывает не часто.

К 9 мая уже крепко цвела сирень, а 14-го закрутили свои лихие пируэты быстрокрылые стрижи, не угнавшись всего лишь на два дня за появившимися 12 мая ласточками.

Скуповата была нынешняя весна на дожди, отчего и снег вяло таял, поэтому к закрытию охотничьего сезона — 22 апреля в лесу можно было вполне встретить белоснежные куртинки канувшей в сроках зимы.

А зима была в этот год необычной. Снег, выпавший 1 декабря, почти до начала февраля пролежал без оттепелей и лишь в последнем месяце дал слабину, засырел, осел, навалился всей тяжестью на землю, и даже выдав кое-где у дорог первые ручьи.

Март и вовсе кис, переваливая ото дня ко дню то в плюс, то в минус, а к середине месяца и вовсе выдал первые проталины, дав надежду на скорое устойчивое тепло.

И караваны гусей, и свист утиных крыльев, и уже не робкая, а вполне уместно горячая «болтовня» токовика-черныша на полевой закрайке: все говорило о том, что до пика весеннего чудодействия природы остается один миг, один шажок, лишь бы погода не подвела.

Но вот в чем дело! Из года в год примечаю, если ранняя весна, значит — неровная. Не обойдется тут без крепких ночных заморозков, а может быть, и деньков с затяжными холодами да снегом. И вот в чем парадокс: как правило, все эти капризы природы приходятся именно на охотничью неделю.

При ранних веснах и вальдшнепиная тяга не в сроки. Случались годы, что и в начале апреля охоту открывали, как, к примеру, в 1990 году, 7 апреля.

Но после того как в Московской области установили день открытия сезона — вторая суббота (до 2017 года — третья суббота) месяца, хорошая тяга в начале месяца означала бы ее посредственность на охотничью десятидневку.

К тому же ушли в прошлое времена «плавающих» сроков открытия охоты и когда имело значение понятие «юга» и «севера» области, вносившие свои коррективы в начало охотничьего сезона.

Ясное дело, что при таких обстоятельствах никто не сподобится менять начало открытия сезона охоты под фенологию весны, которая частенько не совпадает с календарем, придуманном людьми.

И как тут не позавидовать тем же белорусским охотникам, для которых весь апрель — месяц охоты. И даже определенные в этом охотничьем месяце дни покоя никоим образом не заставляют охотников беспокоиться о вдруг обрушившихся ненастьях.

До сих пор не могу понять, чем же так провинились российские охотники? Почему нельзя хотя бы координировать срок открытия весенней охоты при наличии природных аномалий дополнительными днями? Где же тут кроется крамола? Вижу здесь только одно — неуважение к охотникам!

Четвертого апреля, выйдя на вечерке в еще заснеженные угодья, в молчавший на зорьке лес, с удивлением проводил взглядом едва различимый силуэт вальдшнепа, неожиданно процвикавшего прямо над моей головой.

Снег, тишина, ни зарянки, ни черных дроздов, и… тянущий вальдшнеп. Настораживает? Безусловно! Явно вальдшнеп пролетный. До открытия охоты меньше десяти дней, и вполне возможно, что пик пролета опередит начало сезона.

Так частенько бывает — за первой тягой в ближайшие один-два дня наступает миграционный, «валовый» пролет вальдшнепа, после чего вновь затишье, потом тяги и вовсе может не быть.

Но в этом году произошло еще интереснее. Пролетный вальдшнеп на подмосковной Мещере прошел действительно до открытия охоты, с 7 по 11 апреля, перед самым похолоданием, которое обрушилось на головы охотников на второй день после открытия охоты — 14 апреля.

Снег, начавшийся еще с утра, к полудню превратился в февральскую поземку, и к вечеру все вокруг было похоже на февраль. Снега было столько, что на следующий день пришлось в прямом смысле откапываться. Ни о какой тяге и думать не приходилось.

Конечно, весь этот сырой снег на следующий день растаял, да вот только холод, с крепкими ночными заморозками, при полной луне остался на все последующие дни, внеся свои коррективы в охоту. Все это не могло не сказаться на тяге.

Понятно, что смысл охоты не в трофее, хотя и он не лишний, но слушать хор лягушек, которые появились к 20-му числу, и блеяние бекаса на головой уже желания не было.

Этот контраст, антураж тяги без ее самой был как бы вне контекста «песни» вечерней зори, а один вальдшнеп, протянувший над полянкой дважды с получасовым интервалом, смотрелся каким-то недоразумением, заставлявшим ломать голову над тем, что же, в сущности, произошло с вальдшнепом.

Нынешняя весна была единственная, более чем за тридцатилетнюю практику охоты, когда я не добыл ни одного вальдшнепа, и не потому, что мне не сопутствовал фарт. А потому, что не было птицы.

Скажу честно, в голову приходили мысли о его гибели от рук охотников за «бугром», о падеже от болезни или еще какой-либо причине спада численности. Был грешок и в обвинении полной луны в отсутствии тяги.

А вдруг вальдшнепам не по душе этот огромный зловещий желтый глаз на вечереющем небе? Для выявления истины я даже поднял дневниковые записи за несколько прошлых лет — нет, луна тут ни при чем, были отличные тяги и при полнолунии! И даже очень хорошие!

Все оказалось куда как проще.

Пролетный вальдшнеп, предчувствуя похолодание и подгоняемый снегом, прошел на подмосковной Мещере до 13 апреля, а местный, испугавшись холодов, тормознулся в краях иных и явился в места обетованные подмосковной Мещеры уже после закрытия охотничьего сезона.

Так, 20 мая, в том самом месте, где я обычно бывал на тяге в эту весну, в интервале с 21.00 до полной темноты протянуло 12 вальдшнепов. Такой же хорошей тяга была и в последующие дни.

Вот и получается, что «обхитрил» вальдшнеп мещерских охотников в этом году. И будем надеяться, что на пользу.

Вот только где гарантия того, что хороший урожай вальдшнепа, если такой случится в этом году, к следующей весне, пройдя через зимовку и пресс зарубежных охотников, доберется до подмосковной Мещеры, и сюрпризы погодных аномалий не будут для него помехой?

Конечно, таких гарантий нет, а надеяться на то, что сроки охоты подведут под здравый смысл фенологической весны, естественно, не приходится.

Вот и получается, что успех исконно русской охоты — тяги вальдшнепа, массовой и доступной для большинства охотников, напрямую зависит ни сколько от течения фенологической весны, сколько от «рук» чиновников. Ведь смогли же перенести сроки начала охоты с третьей на вторую неделю апреля!

Так почему же нельзя сделать в качестве примечания подтекст в двух-трех словах: «с учетом течения погодных условий» или что-то в этом духе. Ну, это мое мнение, думаю, разделяемое большинством охотников мещерской сторонки.

Ну а что касаемо глухариных и тетеревиных токов, численность которых на подмосковной Мещере резко сократилась ввиду многих факторов и в первую очередь связанных с деятельностью человека (не секрет, что подмосковная Мещера один из главных «поставщиков» кислорода для столицы, последние годы активно уничтожается: круглогодичная нещадная вырубка лесов на огромных площадях; строительство нового огромного мусорного полигона в самом сердце Мещеры в г. Рошаль, фактически в пойме рек Поли и Клязьмы, в непосредственной близости от Мещерского национального парка и ряда мещерских заказников т.п.).

Уже ныне можно с уверенностью сказать, что осталось совсем немного времени, и эти виды охот навсегда исчезнут с охотничьей карты Подмосковья. И это будет не делом рук охотников, а тех, кто ратует за продвижение технического процесса в области, абсолютно не принимая во внимание ее природную жемчужину — Мещеру, частичка которой досталась и Московской области.

О сбережении популяции глухаря и тетерева в Подмосковье и в первую очередь на Мещере, должны задуматься не только охотничьи общества, а прежде всего те, кто превращает подмосковную Мещеру, а вместе с ней и Подмосковье в единую промышленную площадку, вовсе не заботясь о тех, кто жил на ее земле еще задолго до обжития ее человеком.

А в этот год я потерял еще один ток, его просто выпилили вместе с соседним бором. Еще прошлый год на нем токовало четыре петуха, а ныне на этом месте семь гектаров пустоты. И никому из тех, кто сводил этот лес, нет дела до тех глухарей, что токовали в этом месте.

Вот такой нынче была моя весна на подмосковной Мещере — 33-я охотничья…

Олег Трушин 28 июля 2019 в 06:08






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".




Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑