Самый страшный зверь Африки

Мы ехали на север по Намибийской трассе B1 в охотничий лагерь. По обе стороны черной грунтовой дороги тянулись бесконечные заросли буша. Дорога изобиловала ямами, и потому скорость была невелика. Вероятно, по этой же причине гвинейские цесарки поодиночке, а иногда и всей стаей с завидной закономерностью перебегали нам дорогу.

Африканские бородавочники — вредители сельскохозяйственных культур. ФОТО LORD  MOUNTBATTEN/WIKIMEDIA.ORG (CC BY-SA 4.0)

Африканские бородавочники — вредители сельскохозяйственных культур. ФОТО LORD  MOUNTBATTEN/WIKIMEDIA.ORG (CC BY-SA 4.0)

Чем больше мы удалялись в буш, тем чаще нам попадались африканские звери, в том числе мелкие антилопы и группы бородавочников, состоящих из мамаш и потомства.

Их обилие обнадеживало: похоже, охота будет славной.

Кстати, бородавочники, как и цесарки, совсем не боялись машины.

Они бежали параллельно нам, а совсем отчаянные перебегали дорогу с поднятыми хвостами.

В списке моего сафари бородавочник стоял где-то в конце, и на первых порах я не уделял этому зверю особого внимания.

Главными для меня были, конечно же, африканские антилопы, а свиней мне и дома, у себя в Техасе, хватало, да и особого трепета к ним я никогда не испытывал.

К тому мне не нравилось, что в последние годы в США охота на кабана превратилась в обычное мероприятие по его изъятию. Но вот я попал в Африку, и реальность изменила все мои представления и планы.

 

 

Бородавочники живут в социальных группах, как правило, состоящих из самок и их детенышей, и могут включать до 40 особей. Самцы обычно покидают семейную группу после двух лет и ведут одиночный образ жизни или создают холостяцкие группы. ФОТО SHUTTERSTOCK

Прибыв в лагерь, я познакомился с двумя испанцами, которые жили здесь уже три дня. Один из них добыл хорошего бородавочника.

Я разглядывал трофей и невольно стал свидетелем живой беседы европейцев о выслеживании бородавочников и серии удачных охот на них. Кроме этого, они весело грозились устроить вечером барбекю и приготовить ребра и стейки бородавочника.

Свое обещание они исполнили — пожарили добытого кабана на гриле. Мясо было просто восхитительным. Я решил, что мне определенно стоит переместить бородавочника в середину списка, во-первых, ради его замечательного мяса, а во-вторых, из-за его колоссальных клыков.

Свое необычное название этот зверь получил благодаря наростам на морде, а точнее, подкожным жировым отложениям, напоминающим бородавки, причем они имеются как у самцов, так и у самок, и их всего шесть.

Но для трофейного охотника эта африканская свинья интересна прежде всего своими изогнутыми большими клыками. У старых самцов они достигают 60 сантиметров.

Рассматривая добытого испанцем бородавочника, я обратил внимание на серый цвет его шерсти, длинный, с кисточкой на конце хвост и густую гриву на шее и передней части туловища. В целом бородавочник хоть и похож на кабана, но лишь отчасти.

Сравнение этих двух животных так раззадорило меня, что в конце концов я решил непременно его добыть.

В Африку я приехал с Ruger .300 Win Mag. Этого калибра было более чем достаточно, чтобы взять самого крупного бородавочника этой части Черного континента, и потому я был абсолютно спокоен и готов к встрече с ним.

 

В отличие от других свиней, бородавочники деятельны днем, а ночь проводят в норах. В качестве укрытий они используют норы трубкозубов, лишь немного расширяя их, но могут рыть норы и сами. ФОТО ARTHUR SPRING/FLICKR.COM (CC BY 2.0)

Ранним утром в сопровождении белого профессионального охотника Джима Гарретта и трекера я погрузился в Toyota Fortuner Safari и отправился на поиски зверей, в том числе и бородавочников.

Через полчаса машина остановилась в долине, прорезавшей сухие холмы. Они были покрыты лесом. Меня поразил сильный скипидарный запах, исходящий от деревьев.

— Как называются эти деревья? — спросил я.

— Мопане, что означает «железное дерево», — сказал Джим. — Они сбрасывают листья перед зимним сухим сезоном.

Действительно, сейчас мопане стояли голые, их причудливо изогнутые стволы были покрыты шероховатой коричневой корой с глубокими вертикальными трещинами и бороздами. На земле лежали сухие листья, напоминавшие крылья бабочек, и множество семян-стручков.

Я поднял стручок и растер его в руках. Ах вот откуда исходил сильный аромат! Джим улыбнулся и пояснил:

— Именно ради них мы и приехали в долину. Листья мопане охотно поедают травоядные животные, в том числе слоны и носороги. Когда поспевают семена, ими кормятся практически все местные антилопы, а бородавочники просто сходят от них с ума и не уйдут, пока не подберут последнее.

В южной Африке и соседних областях Намибии, Ботсваны и Зимбабве железное дерево считается лесообразующей породой. Его твердая древесина, имеющая на спиле красный цвет, относится к самым тяжелым видам древесины южной Африкии.

Но именно это качество делает ее устойчивой к термитам, и поэтому из нее делают столбы для заборов, шпалы для железных дорог и высокоценный паркет.

«Познакомившись» с деревьями, мы приступили к поиску зверей. Трекер шел чуть впереди и время от времени, не оборачиваясь, делал какие-то знаки руками. Судя по всему, Джим его прекрасно понимал.

Вскоре мой пиэйч и сам жестом пригласил меня остановиться, а затем продолжить движение. Мы подошли к трекеру, он кивком головы показал нам, куда смотреть. Рядом с термитником мы увидели самца бородавочника. Он кормился возле группы деревьев мопане.

До зверя оставалось около трехсот ярдов. Джим тихо произнес:

— Бородавочник хорош, но мы можем найти получше.

 

Там, где бородавочников много, их численность может достигать 100 особей на 1000 га. ФОТО ARTHUR SPRING/FLICKR.COM (CC BY 2.0)

Мы продолжили движение по дну долины, пока не наткнулись на еще двух бородавочников. На мой взгляд, у них были очень хорошие клыки, однако мой пиэйч сказал, что хочет, чтобы я добыл исключительный трофей. И я с ним согласился, хотя меня переполняли эмоции от встреч с животными.

Остаток дня мы искали бородавочников, но так ни одного и не встретили. Под вечер, когда силы уже были на исходе, произошло событие, еще раз подкрепившее мое убеждение в том, что охота — это не только добыча зверей, приносящая удовлетворение, но и своего рода экстрим, который может привести охотников к гибели.

Остановившись у очередного термитника, чтобы чуточку передохнуть, а заодно высмотреть в бинокль зверей, я достал флягу с водой. И только я собрался сделать несколько глотков, как боковым зрением уловил в нескольких метрах от нас, в сухой листве, какое-то движение.

У себя на ранчо в штате Техас я нередко сталкивался с гремучими змеями, был знаком с их повадками и знал, как нужно себя вести при встрече с ними. И вот сейчас, в Намибии, мои знания и навыки пригодились.

В листве скрывалась змея. Еще секунду назад она двигалась, но теперь замерла и словно растворилась в сухих листьях, устилавших землю. Положив ладонь на плечо Джима, я кивнул и глазами показал место, где застыла гадина. Надо отдать должное моему проводнику — он сразу ее рассмотрел.

— Черная мамба, — прошептал он и медленно опустил руку на рукоять большого ножа, висевшего у него на поясе. — Отходим.

Мы сделали несколько шагов назад, контролируя место, где затаилась мамба, и укрылись за термитником. Джим, медленно нагнувщись, поднял с земли сухую длинную ветвь, несколько кусков коры и бросил их один за другим в змею.

Она отреагировала на это с удивительной скоростью, сделала рывок в сторону, куда упал первый кусок, и проворно заскользила прочь. Еще мгновение  — и она пропала из вида. Джим расслабился и сказал:

 

ФОТО АНТОНА ЖУРАВКОВА

 — Мы столкнулись с самой опасной змеей Намибии. Черная мамба имеет печальную славу. Ее укус приводит к смерти. Яд настолько токсичен, что уже через несколько минут человека парализует, а затем у него останавливается дыхание.

Свое название змея получила из-за чернильного цвета внутренней полости пасти. Нам необходимо было укрыться за термитником — черная мамба очень быстра и агрессивна, к тому же хорошо приспособлена к жизни среди кустарниковой растительности.

Похоже, мы столкнулись с ней, когда она вышла на охоту.

Я не стал говорить Джиму, что встречался, и не раз, с ядовитыми змеями, и без этого было
понятно, что наше свидание — не самый приятный эпизод охоты. Хорошо, что все разрешилось благополучно, вероятно, благодаря моей внимательности.

Я знаю, что любая змея при встрече с человеком обязательно попытается избежать контакта, но если ее спровоцировать, она будет защищаться.

Встреча с черной мамбой дала нам понять, что с охотой пора заканчивать, и мы направились к оставленному джипу.

А вот испанцам повезло: они бородавочников добыли. Я поздравил ребят и поднял за успех два бокала фруктовой «Сангрии». Повезет ли завтра мне, как им сегодня? Несомненно!

Однако в последующие дни удача отвернулась от нас. Мы видели разных зверей, но в трофейном отношении они не представляли никакого интереса. На пятый день моего сафари мы отправились на ранчо, где следопыты видели 60-дюймового большого куду.

И мне удалось взять крупного бычка гемсбока и 56-дюймового быка куду. Гемсбок, безусловно, национальное животное Намибии, Наверное, это самый выносливый зверь в областях с резкими климатическими условиями, непригодными для жизни других антилоп.

Как ни странно, но самцы этих антилоп гораздо чаще погибают в борьбе с соперником, от их рогов, оставляющих глубокие колотые раны, чем от выстрелов охотников.

 

ФОТО SHUTTERSTOCK

Итак, мои мечты сбылись. Я взял куду и гемсбока, был очень взволнован и рад, но мне не хватало в трофеях бородавочника — зверя, с которого начались мои африканские приключения.

Джим сохранял олимпийское спокойствие и не сомневался, что африканская свинья будет в числе моих трофеев. И оказался прав. Как всегда.

Ранним утром мы сидели в укрытии, сделанном в основании вышки над артезианской скважиной. Башня была около 40 футов высотой; под нами находилась водяная скважина глубиной около 80 ярдов.

От беспощадного намибийского солнца нас укрывали стены и крыша из брезента. В бойницы мы видели, как цесарки и какие-то птицы из рода ткачиков пьют воду. Все было тихо под солнцем Намибии.

Внезапно мой пиэйч прошептал: «Бородавочник!» А через секунду добавил: «Он хороший, но имеет только один клык. Другой сломан». Это был большой бородавочник. Несмотря на природный дефект, я мысленно принял решение, что, как только старый зверь доберется до воды и начнет пить, буду стрелять.

И мое время пришло. Я совместил перекрестие Nikon на звере и спустил курок. Бородавочник упал мордой в воду. Выстрел пришелся в сердце.

Мы вылезли из укрытия и подошли к поверженному зверю. Это был долгожданный трофей — самец с редким волосяным покровом, огромным черепом и великолепным целым клыком.

Когда мой пиэйч его измерил, оказалось, что он имел качество золотой медали, как это определено Намибийской ассоциацией профессиональных охотников. Ну а второй клык… А что второй? Я взял то, что хотел, и был счастлив.

Рассматривая бородавочника, я поймал себя на мысли, что вижу самое уродливое животное в мире. Его отвратительнейшая внешность одновременно и отталкивает, и восхищает.

Спустя месяц голова старого самца висела в моей трофейной комнате на так называемой Африканской стене. Когда я сюда прихожу и вижу голову с одним клыком, я мысленно переношусь в намибийские леса мопане и погружаюсь в события охоты на самого уродливого и страшного зверя Африки.

Билл Мюррей 10 ноября 2018 в 06:13






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".





Принимать участие в голосовании могут только зарегистрированные пользователи. Авторизоваться / зарегистрироваться











наверх ↑