Непростая судьба

Когда в 1984 году впервые после долгого перерыва была открыта весенняя охота на селезня, подсадные традиционно русских пород, в создание и совершенствование рабочих качеств которых был вложен долгий и кропотливый труд, фактически исчезли.

Реалистичные охотничьи сцены, орнаменты с растениями и животными, инкрустации на оружии продолжают пользоваться неизменным спросом у современных охотников.

Реалистичные охотничьи сцены, орнаменты с растениями и животными, инкрустации на оружии продолжают пользоваться неизменным спросом у современных охотников.

Для получения путевки требовалось предъявить живую подсадную утку. Выручала народная смекалка и взаимовыручка: утка, как переходящее знамя, передавалась из рук в руки и поочередно предъявлялась в качестве доказательства серьезности намерений.

ОХОТА С ПОДСАДНОЙ

В свою очередь администрация хозяйств пыталась производить «паспортизацию» предъявленных птиц, остригая пару маховых перьев или как-то еще. Но кто бы сомневался, что просто утка, если ее привязать за лапу, манить селезней не будет. Даже манок не поможет. Птица будет либо затаиваться, вытягиваясь в струну за плотиком, либо истерично рваться на шнурке. Какая тут может быть охота? Но даже таких уток было недостаточно.

Следствие этого — попытки «творческого» отношения к правилам и охотничьей этике... А рынок отреагировал. Например, в Москве, на знаменитом тогда Калитниковском рынке, или Птичьем, как его называли, а когда-то Конном, за доступную цену ушлые продавцы предлагали потомственную подсадную, которая при ближайшем рассмотрении оказывалась парковой формой кряквы с одного из московских водоемов и не годилась даже на суп, поскольку пованивала нефтепродуктами.

В выигрышном положении оказались хозяйства, содержавшие утиные дичефермы и разводившие птицу «под выпуск» «под ружье» «для обогащения угодий дичью к сезону охоты». Что касается вопроса о манных качествах таких уток, то кому как повезет.

Маточное поголовье было представлено произвольными помесями диких, подсадных, домашних, парковых уток. От объекта дичеразведения в первую очередь требуется технологичность, иначе не сохранить высокую жизнеспособность маточного поголовья, чтобы обеспечить яйценоскость и выход молодняка. И все это в отличных от дикой природы условиях выращивания, содержания и кормления. Тем не менее у части обитателей ферм рабочие качества все же проявлялись.

Процветавшее некогда опытно-показательное охотхозяйство МООиР «Московское море» распределяло перед началом весенней охоты часть уток со своей дубненской дичефермы по егерским кордонам на передержку и закупывание. Неделю-другую они напоминали мокрых куриц, но к началу охоты приобретали вполне товарный вид.

Охотники обеспечивались ночлегом, шалашом для охоты, собственно уткой с ногавкой и плотиком. Егеря не скрывали, что лишь одна из десяти птиц была рабочей. С прочими же было мученье, а не охота.

Жизнь не стояла на месте. Медленно, но верно ситуация выправлялась усилиями любителей и энтузиастов, которые отчетливо представляли, что никакие электрифицированные чучела, манки и приманки не компенсируют прелестей классической охоты с подсадной уткой.

Было время, когда в хозяйствах МООиР егеря держали у себя на подворье подсадных и обеспечивали ими, а также шалашами заезжих охотников. То был путь сохранения и улучшения рабочих кондиций уток.

Отбор и подбор — основа зоотехнии. Теперь егеря большей частью живут в условиях, приближенных к городским. Для приведения в соответствие уровня своих доходов с прожиточным минимумом они вынуждены заниматься несвойственными им видами деятельности. До подсадных ли? В прошлом году только семь хозяйств МСОО «МООиР» отчитались о наличии подсадных уток.

Прогресс часто реализуется в форме специализации. Охотничьи хозяйства занимаются организацией и проведением охоты, питомники — разведением подсадных уток.

Клубная работа сводится к координации работы и популяризации охоты с ними. В данном направлении работает питомник Клуба любителей охоты с подсадными и манными птицами (президент В.А. Лобанов), а также Межрегиональный клуб любителей русской подсадной утки (Тула, председатель С.В. Осокин).

Но основное количество птицы по-прежнему содержится на подворьях у любителей, главным образом охотников, которые разводят подсадных для себя и друзей и редко — в коммерческих целях.

Утка — птица прожорливая, хотя и нетребовательная к условиям содержания. Ее необходимо готовить к сезону охоты: своевременно отсадить селезня, скорректировать рацион, закупать. Просто получить (купить) хорошую птицу к сезону, озаботившись решением проблемы на этапе одевания резиновых сапог, — фантастическая удача. Уж очень много тут нюансов!

Возможно, уточка будет исправно нести свежайшие яйца к завтраку, при этом доминанта в ее маленькой головке будет не та и азартно звать селезней она, скорее всего, не будет. Отсюда разочарование, упрощенный подход к соблюдению правил охоты, попытка найти удовлетворение в «передовых технологиях» вроде электроманков, и прочие злоупотребления, которые, увы, остаются неиссякаемым источником энергии для деятельности противников охоты.

Будущее весенней охоты на селезней неразрывно связано с серьезным увеличением количества подсадных уток и совершенствованием их рабочих качеств, а это возможно только при полной уверенности, что труды заводчиков не пропадут даром и охота не будет закрыта.

Один из путей — признание весенней охоты с подсадной нематериальным культурным наследием. В этом направлении работу ведет Правление МСОО «МООиР» и Тульский клуб любителей охоты с подсадной.

Приведем обращение клуба: «Считаем, что охота с подсадной уткой в полном соответствии с Программой нематериального культурного наследия народов Российской Федерации на 2009–2015 годы представляет собой комплекс обычаев, навыков и связанных с ними инструментов, предметов, артефактов. Это культурное пространство, признанное сообществами российских охотников и группами лиц — заводчиками подсадных уток. Тульская подсадная утка более ста лет является брендом для охотников нашей страны, а охота с ней достойна стать официальным зарегистрированным элементом нематериального культурного наследия Тульской области и Российской Федерации».

 

В европейских странах охота с подсадными утками проводится на осеннем пролете и зимовках.



Пока остро стоит вопрос количества подсадных уток, обсуждать тему их всеобщей регистрации, пожалуй, преждевременно.

Во-первых, здравомыслящие заводчики не стану пускать в размножение негодную птицу. Принципами отбора и подбора по нужным качествам руководствуются даже те птицеводы, которые о них никогда не слышали.

Во-вторых, средний срок жизни подсадной невелик. Они гибнут на охоте, теряются. А как быть с технической стороной паспортизации? Надевать неразъемное кольцо с уникальным номером на лапу суточному утенку? Кто в нем распознает рабочие качества?

В-третьих, если в выигрыше оказываются крупные объединения, работающие в данном направлении, то каково будет любителям, которые пока содержат основную долю подсадных?

Не все имеют возможность внешней оценки и регистрации своих «пользовательских», но рабочих питомцев, количество и состав которых непостоянны. Соответственно, они окажутся лишенными обсуждаемых туманных преференций, которые, быть может, когда-то будут у обладателей породных подсадных уток, зарегистрированных и высоко оцененных. Справедливо ли это и пойдет ли на пользу делу?

ОХОТА НА ГУСЯ

По отчетам хозяйств, весенняя добыча гусей составляет 1–2 тысячи, максимально 2402 (2010 г.). Осенняя добыча на порядок меньше: максимально 431 (2014 г.). Объем добычи связан с количеством снега и весенними разливами. Чем больше воды, тем дольше задерживаются гуси в угодьях.

Весной самыми «гусиными» хозяйствами считаются Воскресенское, Лотошинское и Белоомутское хозяйства. Больше всего гусей добывалось в Белоомутском хозяйстве, но только при высоком паводке Оки. Стабильны результаты гусиной охоты в Дмитровском, Лотошинском, Ногинском охотхозяйствах.

В последние годы отмечается изменение весенних путей миграции и расположения остановочных пунктов в области, что связано, по всей видимости, с дефицитом воды весной и с нерациональной (если не сказать сильнее) организацией весенней охоты.

Точнее, с организацией-то все в порядке, однако отношение иных гусятников к нормам охотничьей этики приводит к неисчислимому количеству подранков. Бездумная пальба не в меру, «в кучу», шатание по угодьям в маскировочных костюмах леших, кикимор и прочей нечисти, применение электроманков — все это создает негативное отношение к охотникам и охоте.

Одно радует: при проведении охоты в поздние сроки гнездовая часть популяции уже покидает наши угодья. Стреляют преимущественно молодняк, который еще не разбился на пары. Но если весенняя охота все же будет закрыта, то это произойдет не без «заслуг» гусятников.

 

Весной практикуется стрельба гусей из укрытий на классическом перелете с места отдыха на жировку и стрельба на подлете гусей к месту их массовой концентрации.

С 2008 года я был на гусиной охоте раза три. Как-то туманным апрельским утром в Лотошинском хозяйстве, где охота на гусей весной отличается в лучшую сторону, я наблюдал передвижение между гусиными скрадками некоего субъекта в маскировочном костюме. Он нес с собой ружье-полуавтомат и мобильное оборудование, по силе звука пригодное для разгона демонстрантов.

Окрестности оглашались характерными криками вспугнутой стаи белощеких казарок. Мне-то они были хорошо знакомы по работе на прудах Московского зоопарка.

Единичные залеты белощекой казарки далеко не ежегодно регистрируются специалистами в пределах области (Виноградовский, Солнечногорский р-ны, Лосинка).

Стоит ли пояснять, что в обозримом пространстве гусей не отметили. На призывы коллег-охотников объясниться субъект среагировал неадекватно и скрылся в кустарнике. Возможно, он думал, что охотился на гусей. Уместно добавить, что такого рода чипы с записями используются на аэродромах для отпугивания птиц с ВПП.

Однако вернемся к нашей теме. Чем сердце успокоится? Думаю, уверенностью, что весенней охоте быть. Иначе все положительное, что накоплено в деле организации рациональной охоты весной, пропадет.

Итак, что касается сроков охоты, то десяти-дневный сезон неудобен. Во-первых, жестко закрепленные сроки редко совпадают с наиболее подходящим для проведения охоты периодом, который на севере и юге области различается. Во-вторых, короткий сезон существенно увеличивает удельную нагрузку и фактор беспокойства, поскольку средняя посещаемость угодий в общем не изменяется.

Оптимально нужно выделить продолжительный (к примеру, 30-дневный) сезон весенней охоты, внутри которого установить более короткие (для разного вида охот могут быть разные по продолжительности и по срокам начала) периоды в зависимости от особенностей фенологии данной весны и биологии данного вида (группы видов).

В целом, на мой взгляд, поздние сроки весенней охоты предпочтительнее, хотя и с оговорками. Часто, хотя и не ежегодно, с середины апреля прослеживается увеличение интенсивности тяги вальдшнепа за счет вступления молодняка. Утки в это время уже на гнездах, а селезни еще «горят желанием» и охотно подсаживаются к подсадным.

Правда, упитанностью уже не отличаются. Что касается гусиной охоты, то в условиях весеннего маловодья численность гуся в угодьях во второй половине апреля снижается, но отстаивать гусиную охоту в Подмосковье я не стану.

И самое главное. Привитие и соблюдение традиций правильной неистощительной русской охоты — путь долгий и тернистый, но, чтобы обрести уверенность в завтрашнем дне нашей охоты, идти по нему жизненно необходимо.

Роман Аношин 6 июля 2016 в 11:30







Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 0
    КСН офлайн
    #1  7 июля 2016 в 15:33

    Что-то как-то грустновато стало после прочтения статьи начальника отдела охоты и рыболовства МООиР Аношина Романа Михайловича.
    А вообще с ним интересно общаться. Приходилось. По телефону, правда.

    Ответить


Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований





наверх ↑