Несвоевременные мысли

Начнем, как и подобает, с русских псовых: в газете «РОГ» было опубликовано фото, где на фоне двух, не самых породных псовых, запечатлен высокий крепкий молодой человек, в заметке которого предлагается засчитывать ловлю зверька, даже если он встал перед борзыми ближе положенного.

Казалось бы: «В здоровом теле – здоровый дух». Ан нет!..

Русак – зверек небольшой, а почти метровые псовые должны дать ему хоть какую-нибудь фору для разбега. Ведь для русака это не вопрос дипломчиков, а вопрос жизни или смерти. Только в честном бою определяется главнейшее качество борзой – резвость. Автор находит оправдание – «Просто повезло собакам». Однако еще в старину было придумано очень точное слово «отдержать». Даже верхом на лошади охотник держал сворник в руке, в частности и для того, чтобы «отдержать» собак от близко вставшего русака и чтобы не подпустить их в чужую травлю. Тогда не было утвержденных правил, но была отечественная культура охоты и наказание было страшным – охотнику, пускавшему борзых по близко вставшему зверьку, руки при встрече не подавали. Автор данной статьи, нисколько не смущаясь, предлагает ни много ни мало изменить утвержденные правила испытаний. Мне кажется, такого рода предложения не делают чести автору.


А теперь о самом актуальном и просто опасном. Помните, в прошлом году на наших телеканалах часто мелькал очень «сладкий» человек, вкрадчивый и тихий. Если говорить коротко и точно, он уговаривал нас всех, что если мы будем платить деньги еще и за водную гладь, то наша рыбалка будет более успешной. Иначе: плати деньги, а потом разматывай удочки. Он удостоился даже встречи с президентом.


Вроде бы эта угроза отпала, по крайней мере на сегодня, но появилась новая и более грозная. Теперь это угроза запрета весенней натаски легавых собак, а затем и полный отказ от весенней охоты. Все без исключения данные и факты, которые приводят радетели этих новшеств, совершенно не подтверждаются ни научными исследованиями, ни конкретными фактами. Дупеля, по которому и проходит натаска собак, не стало меньше ни на йоту. Просто из-за нескошенных угодий, из-за полной утраты выпасов дупель вынужден менять места обитания. Места, где происходит натаска, в том числе и пойменные луга, не составляют и миллионной части всех угодий. Московская область, которая упоминается особенно часто, – не вся Россия и вполне может вообще не учитываться. Хотя сам проверял: в Виноградовском хозяйстве птицы ныне было не только достаточно, но и местами слишком густо для натаски. Очень просто – там работают умные и заинтересованные люди. Вот бы их в Белоомут! Видимо, настало время обязать общества готовить места натаски, то есть выкашивать угодья и поднимать, где нужно, уровень грунтовых вод. И все!


Тенденции запретов начались в Белоруссии: лет десять тому назад три якобы охотоведа вышли с предложением закрыть охоту на дупеля ввиду катастрофического положения с его количеством. Тогда же один из местных экспертов Республиканской категории пошел к высокому начальству с вопросом: как всего три человека определили снижение числености популяции данной птицы по всей Белорусии? Ведь для этого нужны десятки рабочих собак, чтобы получить сколько-нибудь верные сведения о количестве. Ему же ответили, что у одного из трех есть спаниель. Результат плачевный – охоту закрыли. После конца республиканских состязаний я с местным охотником пошел на охоту. Он стрелял то из-под своей собаки, то из-под моей. Мы прошли на ветер 8–10 километров и подняли только трех бекасов, по которым и стреляли, и 31 дупеля, по которым нам стрелять было запрещено! Потом выяснилось, что эти три «охотоведа» получают гранты от клуба «Вальдшнеп» со штаб-квартирой во Франции. Я благодарен остроумному журналисту, который придумал слово «грантоеды». Оказывается, у нас в Росии есть свои «грантоеды», например С. Фокин. И тоже со спаниелем, и тоже член того же французского общества. Он и поднял эту тему в газете «РОГ». Ему в следующем номере вторит доктор наук В. Кузякин, любитель легавых и радетель за пастушковых птиц, которых, как он пишет, стало катастрофически мало аж во всей Европе. Он же президент клуба любителей вальдшнепа и бекаса. Интересно, этот клуб тоже французского происхождения или просто филиал? Нацеленность ясна – запретить весеннюю охоту! Но – поэтапно. В угоду кому?


Написал статеечку и Е.Н. Смирнов, но ему надо было просто «засветиться» в интересном вопросе. А вот как это подписал настоящий легашатник Валентин Шуваев из города Кимры, просто удивительно недальновидно. Кстати, именно вокруг города Кимры старые профессиональные натасчики исповедовали своеобразный метод натаски. Обычно это происходило в небольшой низине около деревни натасчика. Вся натаска происходила на шестиметровой корде. Перед тем как начать натаску, он брал свою многопольную собаку и выбирал всех пастушковых (коростеля, болотную курочку), чтобы молодые не опускали «рыло» в землю, отрабатывая следом, а работали верхом. Вопрос ясен, потому что была культура, и когда находили гнездо, ставили вицу и в последующем обходили это место. На следующий год была и та и другая птица, потому что это была сырая низина, на ней пасли коров.


В этом году я побывал на Открытом чемпионате Белоруссии. Тщательно выкошенные угодья и даже палисадники порадовали. Коровы пасутся везде... Поэтому и состязания ежегодные проводятся, и друзей приглашают, и птицы достаточно. А охота запрещена?!


У нас действительно есть свои трудности. Что нам показывает телевидение про охоту? Итальянец пускает вместе четырех английских сеттеров, которые бродят, именно бродят как хотят – ни поиска, ни намека на типичность стиля и рыла все время в землю. Потом ведущий, он же комментатор, заявляет: «Вот старая след взяла, теперь не отпустит» (это выражение гончатника, а не легашатника). Собака продолжает еще медленнее копаться, когда вровень с ней в двадцати метрах правее взрывается вальдшнеп. Ведущий стреляет, и птица падает. В период моей молодости за такую стрельбу не из-под стойки собаки легко было получить «по затылку». Другая картинка: два пойнтера в ярких теплых шубках и в тапочках бегают, а не скачут так же хаотично, как «англичане» в Италии. Только это происходит в совершенно заснеженной тундре и в крепкий мороз. Сначала стает один пойнтер и тут же, в метре, второй. Ровно в полутора метрах объект охоты – белая куропатка, которую выдают две бусинки глаз. Наш охотник и стрелять не будет – неинтересно. А если еще учесть сильный мороз, то стрельба просто кощунственна.


Следующее «кино» из Европы: охотники сидят в закамуфлированных навесах, построенных в одну линию. Впереди, в сорока метрах, высокая посадка. Поутру утки тянут с кормежки в крепкие места. Как только они проходят верхушки посадок, их, как на стенде, валят и валят. И все охотники, схватив птицу за крыло, небрежно бросают в общую кучу. Сколько надо? Просто пострелять можно и по тарелкам, а не в живое! Все эти пересказанные картинки работают не на отечественную культуру охоты, а против нее.


«Новые русские», раньше собак не имевшие, напривозили из-за границы разных собак, очень часто весьма плохих по экстерьеру и рабочим качествам, совершенно не представляя их назначения. Самая большая группа этих собак якобы спортивная. Эти собаки бегут очень быстро и широко. По меткому выражению – «гончие со стойкой». Владельцы этих собак охотминимум даже не читали. Ведь легавая называется подружейной собакой. Еще они не знают, что дробовое ружье убойно стреляет на 40 метров. Поэтому они придумали новое слово, которое я недавно узнал: будто бы собаки так «запирают» птицу, что она спокойно сидит под ними даже в 500-х метрах от охотника. Это явное заблуждение – птица разводная в инкубаторах и поэтому потерявшая инстинкт самосохранения. Может, она и досидит до подхода охотника, а вот наша никогда – сбежит и улетит. Если кому-то нравится заниматься имитацией охоты, ради бога. Но как уберечь наших собак от вязок с такими «гончими»? Это тоже наша беда, потому что много поколений этих собак разводились и жили в клетках. Это совсем другие «зверьки». Даже приучить их к обычной чистоплотности дело нелегкое и долгое. Из них не получается членов семьи, а только так жили наши легавые.


И все-таки наша самая большая опасность – это чиновники от охоты. Они все якобы обоснуют и запретят сначала натаску, а потом и весеннюю охоту. И здесь будут другие «грантоеды», не из Парижа, а из Лондона. Визитеры и идеи оттуда уже к нам поступают. Им неймется, что Россия является не только «роддомом», «яслями», «детсадом» и «начальной школой» той дичи, которую они валят и валят. А все-таки коростель у них – «катастрофически исчезает»!

 

От редакции

Редакция не согласна с отдель-ными позициями автора. Мы всегда выступали за сохранение весенней охоты в России, наших традиционных охот на тяге вальдшнепа, селезней с подсадной, тетеревов и глухарей на токах. Никогда ни московский клуб любителей охоты на вальдшнепа, ни московская научная группа «Вальдшнеп» не выступали против весенней охоты. На международном уровне в группе европейских специалистов по вальдшнепу и бекасам никогда не возникал вопрос об ограничении или запрете весенней охоты в России – во многом благодаря и охотникам, отвечающим на наши анкеты.

Что еще почитать