Охотник — главный охранник природы

С зампредседателя Комитета Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию Владимиром Лебедевым беседовал Александр Лисицин.

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

— Кто Вы по образованию?

— Радиоинженер. Но поездить по стране довелось: Дальний Восток, Якутия, Кавказ.

— Почему Вы, сенатор, представляющий в Совете Федерации Нижегородскую область, сейчас занимаетесь охотой?

— На такой вопрос я обычно отвечаю, что, решая вопросы охоты, делаю лучше и себе, как охотпользователю, и другим. Все, что происходит в целом в охотничьем хозяйстве, я чувствую на себе. У меня есть понимание того, чтó надо сделать, чтобы было хорошо в моем хозяйстве.

Если оно совпадает с мыслями других охотпользователей, значит, это уже наше общее дело. У меня есть уникальная возможность помочь себе и всей стране. Когда смотришь на то, как обстоят дела с охотой у наших соседей с точки зрения экономики, то понимаешь, что охоту мы серьезно недооцениваем.

В федеральных ведомствах, в том числе в правительстве Российской Федерации, очень много людей, кто любит охотиться. Но у меня создается впечатление, что есть недопонимание роли охоты, охотничьего хозяйства и любительского рыболовства в жизни нашего общества. А ведь в этих сферах задействованы более 30 млн россиян.  

— У Вас есть свое охотничье хозяйство?

— Да. И хозяйство большое, около 100 тысяч гектаров. В нем работает около 30 человек. Это значит, 30 семей селян живут за счет того, что их отцы или матери работают в нашем хозяйстве. У нас почти 1000 га пашни, трактора, комбайн. Мы пашем, сеем, косим, убираем по 500–700 тонн зерна — все идет на кормежку зверя, никакого корма на стороне мы не закупаем (покупаем только семенной материал).

Читайте материал "Закон об оружии становится все деспотичнее"

Охотничье хозяйство — это маленький колхоз, образующее предприятие для села, и наш колхоз почти самоокупаемый. В вольерах мы разводим сибирскую косулю, пятнистых оленей, лань. Думаю в следующем году завезти марала.

Третий год у нас живут белохвостые олени, расселили их в разных биотопах, наблюдаем за ними, копим материал для анализа. Интересный вид. Во-первых, у него высокая рождаемость. Уже на второй год все самки принесли по два детеныша.

Надеюсь, в будущем появятся приплоды по три олененка: в охотничьей литературе отмечается, что коэффициент рождаемости у «белохвостика» 2,2. Во-вторых, интересная система поведения.

 

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

Белохвостый олень — вид не стадный, живет, как косуля, маленькими семьями. И главное — он не пищевой конкурент нашим аборигенным видам копытных.

— А как у них с болезнями?

— Когда мы закупали оленя в Канаде, чтобы не завезти к нам болезни, которыми он болеет в Северной Америке, брали его в абсолютно чистых районах страны, где не было ни энцефалопатии, ни туберкулеза, ни каких-либо других заболеваний.

По прошествии пяти лет мы планируем с помощью ученых проанализировать все плюсы и минусы нашего опыта по разведению оленя.

— И что, никаких трудностей не было и нет?

— Есть одна беда — рысь. На косулю и оленя она стала собираться десятками. Из-за нее пришлось переоборудовать все вольеры. «Оторвали» их от деревьев, соорудили карнизы. Рысь стала делать подкопы.

Читайте материал "Продление разрешения РОХа: только успевай платить деньги"

Сделали примыкание сетки к ограде по земле. А вот с медведем справиться труднее. Он рвется в вольеры, идет на кормушки за зерном, а давит оленей реже. Других серьезных технических проблем не было. Были проблемы законодательные, но в прошлом году мы их разрешили.

— В какой форме существует хозяйство?

— У нас охотничий клуб, 25 членов. Они платят ежегодный взнос и получают услугу в виде охоты. В члены мы принимаем людей, с которыми комфортно на охоте. За количеством не гонимся.

 

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

Кроме этого, проводим коммерческие охоты. Я, например, сам хожу в загон. Для меня вообще не проблема что-то притащить, разжечь костер, приготовить печенку или мясо

— Какой срез общества представляют члены клуба?

— Друзья, партнеры, дети. Совсем не бомонд.

— Экономика хозяйства?

— Пока в минусе. Ежегодные затраты на хозяйство составляют около 7–8 млн рублей. Членские взносы — около 2,5 млн рублей. Остальное зарабатываем. Очень помогают охоты в вольерах. Вольеры у нас большие, целый день с собаками охотиться можно и сетки не увидеть. Многие приезжают специально на такие охоты.

— С местными охотниками какие отношения?

— Для местных жителей охота на общедоступные виды проходит на льготных условиях, квотируемые виды — только для членов клуба либо на коммерческой основе.

Но у нас есть члены клуба — местные жители. Кроме того, все местные работники хозяйства ездят с нами на охоту и, пользуясь всеми благами членов клуба, ничего не платят.

 

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

— Как Вы относитесь к присутствию начальства на охоте?

— Их присутствие, даже если с ними комфортно в лесу, вносит определенное напряжение. Ведь по их мнению, если приехал, значит, охота должна быть обязательно успешной, а это не всегда так.

Охота — это поиск, преследование и добыча зверя, причем последнее совсем не гарантировано. У нас все в работе. Одни в тот квартал поехали проверять, другие — в этот. Собрались, обсудили, решили, куда ехать, и поехали расставляться. Больше двух загонов в день редко когда делаем, но обычно после первого загона уже есть чем заняться.

— Вас пожары 2010 года зацепили? Нижегородская область тем летом сильно горела.

— Да, мы капитально пострадали от пожаров. В десятом году сгорело все, что выросло после пожаров 70-х годов. Прошло 7 лет, и на горельниках уже большой подрост сосны, который создал для лося хорошую кормовую базу. Причем очень много мест с поваленным сухостоем, где лося не берет ни волк, ни человек. В таких загонах бывает до 15 лосей, но выгонять их одно мучение

— Хозяйство создавали с нуля?

— Когда-то на территории нашего хозяйства было опытно-показательное охотничье хозяйство РОРСа, около 40 тысяч га. В 90-е там практически все рухнуло. Областная администрация отсудила у них охотничье хозяйство в свою пользу.

Читайте материал "Госдума выступила против охотничьих собак"

Тогда ни кабана, ни лося практически уже не было, так как там увлекались заготовкой мяса. Когда хозяйство перешло к нам, мы пять лет не охотились на лося вообще, а последующие пять брали одного лося в год, хотя лицензии у охотуправления выкупали все.

— Отдаленность хозяйства помогает вам?

— Конечно. После пожаров 70-х годов люди покинули поселки, которые находились на территории хозяйства: лес сгорел, работы не было. Больших транзитных дорог у нас нет, браконьерство развито слабо.

— А местное браконьерство?

— Бывает, но редко. И мы про них практически все знаем, населения не так много.

 

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

— Свое хозяйство привязывает, как якорь. Вы охотитесь только у себя в хозяйстве?

— Да. Мне даже к друзьям выехать некогда. И меня не столько хозяйство привязывает, сколько клуб. Я сам «возложил» на себя обязанности организатора охот. А это ответственность. Я уже говорил, что сам люблю участвовать во всем: объезжать, тропить, ходить в загоны, таскать, готовить.

Читайте материал "Универсальный подарок для жены охотника"

Держу собак зверовых. Влюбился в лаек восточных. Одна попалась удивительная и по поведению, и по послушанию. Кобель с голосом гонит зверя. Под него охотнику идеально подстраиваться. А так у меня были западники, я с ними много охотился. Кроме них, держу спрингеров и гончих.

— Вы охотник с какого возраста?

— Папа подарил мне ружье, когда я учился в восьмом классе, — ИЖ-58. Второе мое ружье — ИЖ-54, правда, с муфтованными стволами. Но доброе ружье, до сих пор служит. Я его младшему сыну подарил.

— Сын охотник?

— Младший подает надежды. В этом году добыл своего первого медведя. Очень любит рыбачить, любит лес, лабазы, вышки. А старший не горит охотой, он дитя асфальта, хотя на него почему-то всегда зверь идет. Своего медведя он добыл давным-давно.

— Ваша любимая охота?

— Весной, секрета нет, самая красивая охота: глухариный ток и вальдшнепиная тяга. Правда, в последнее время я охочусь на глухаря примерно так: приеду, подойду, послушаю и уйду. А наилюбимейшие охоты — это на зайца с гончими и на дупеля. Держу спаниелей. Но за ними становится все тяжелее бегать. Сейчас очень хочу взять себе эпаньоль бретона.

 

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

— Я посмотрел документы совещания, организованного Комитетом Совета Федерации по аграрно-продовольственной политике и природопользованию, где упомянуто, что у нас полностью отсутствует учет и мониторинг пернатой дичи. Вспоминаю попытки охотничьего сообщества воевать с департаментом охоты по поводу присоединения к конвенции АЕWА и не могу понять, зачем мы пытаемся влезать в конвенцию, которая может на нас наложить серьезные ограничения, и при этом полностью отвергаем сотрудничество и кооперацию с Казахстаном, Азербайджаном, государствами Средней Азии?

— Тема международная вообще профукана. Нашего гуся эксплуатируют все, долбят кому не лень до марта, увеличивают квоты, сроки охоты, объявляют вредителем, а мы смотрим и ничего не можем сделать. Мы даже с иностранцами общаться не можем, так как нет общей площадки для разговора.

Вот случайно услышали, что в Турции уток сетями отлавливают на собачий корм. А мы и не знали, только видели, что что-то не то с поголовьем происходит. Я очень люблю вальдшнепиную охоту на тяге.

Мне задают вопрос, готов ли я пожертвовать вальдшнепиной охотой ради того, чтобы иметь право выдвинуть европейцам какие-то претензии по поводу того, сколько они добывают вальдшнепа зимой. Здесь уже политика.

Если бы я понял, что европейцы готовы пойти на серьезные уступки и ограничить охоту на вальдшнепа у себя, я бы согласился с ограничениями весенней охоты на тяге у нас. Для нас ничего страшного не произошло бы.

Весной на тяге 80 % охотников стреляют все, что пролетает мимо, а это и самки, и самцы. Разве это дело? Если бы мы по всем мигрирующим птицам могли договориться таким образом с Европой, если бы мы увидели, что нас слышат и что их охота пагубно влияет на численность того или иного вида, то я проголосовал бы за присоединение к АЕWА.

Читайте материал "Посмотрите им в глаза: они уничтожают охотничье собаководство"

У нас появились бы шансы объединяться с нашими коллегами и единомышленниками из других стран и совместно находить решения по важным темам. А если есть какие-то виды, которые зимуют у наших соседей — в Казахстане, Киргизии, Иране, то одно другому не мешает.

Надо уметь работать со всеми. Но это мое личное мнение. Прежде чем принимать решения, нужно разобраться в вопросе очень глубоко, с участием науки и экспертного сообщества

— Как идет выполнение указов президента, в частности об обеспечении трех инспекторов на муниципальный район?

— Первая подвижка уже была. Когда все госпрограммы урезали на 10 %, мы умудрились поднять государственное финансирование отрасли в два раза, до 1 млрд 200 млн рублей. Но чтобы полностью закрыть поручения президента, нам чуть-чуть не хватило времени.

Работая в министерстве, я отвечал и за охоту, и за лес. И хотя лес отнимал 90 % времени, к охоте мы относились с должным вниманием.

Сейчас, по моему мнению, вопросам охоты министерство уделяет меньше времени, но департамент сделал одну очень важную вещь: утвердил нормативы финансирования отрасли. И теперь есть возможность добиться финансирования по нормативам.

 

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

— А как Вы относитесь к резолюции В.В. Путина о необходимости воссоздать единый орган государственного управления охотой?

— Сегодня все делают субъекты: занимаются охраной, распределяют квоты и пр. Федеральный центр занимается законодательной базой и согласовывает лимиты добычи квотируемых видов. Думаю, должно быть некое перераспределение полномочий.

Сегодня абсолютно недостаточно того, что делает Росприроднадзор. Помню времена, когда в Россельхознадзоре была единая служба (охот- и рыбнадзор), и работала она эффективнее, чем порознь. Чехарда еще вот в чем.

По охоте мы передали полномочия субъектам, а по рыбе нет. Как тут говорить о перекрестных полномочиях инспекторов по охоте и рыбе? А ведь мы этот вопрос серьезно продвигаем.

Читайте материал "Плач Ярославны: куда податься с нашими охотбилетами"

Считаю, что часть полномочий по охоте надо возвращать от регионов в центр. Государственные инспектора должны быть в единой федеральной службе. Но и у субъектов должны быть свои полномочия по охране животного мира, а субъектовые инспектора должны обладать полномочием по составлению протоколов.

И если вернуться к поручению президента о трех инспекторах на район, то это точно должны быть федералы с расширенными перекрестными полномочиями. Иначе беда. И вот вам пример. Нижегородская область, незаконная охота на лося месяц назад.

Организаторы — руководители субъектового охотнадзора из разных районов. И такое происходит сплошь и рядом. Считаю, что рыбнадзор и охотнадзор могут быть в единой службе, либо они должны обладать перекрестными полномочиями. Это было бы правильно.  

— Если говорить о необходимости перераспределения полномочий между субъектами и центром, то примером может служить проблема мигрирующих видов. Субъекты не в состоянии заниматься этим вопросом сами при нынешнем положении вещей...

— Да, картина ужасная. Считаю, что только федеральный центр может принять решение по квотированию и лимитированию между субъектами Российской Федерации. Это касается и перелетных птиц, и мигрирующих видов животных.

— Перейдем к браконьерству. Повышение ответственности за незаконную добычу охотничьих ресурсов вплоть до уголовной и увеличение штрафов до сотен тысяч рублей — это очень круто. Но сегодня в деревнях нет работы. Вы что, будете воевать с народом? Не приведет ли это к тому, что протестное браконьерство станет еще горше?

— Я рассуждаю так: у меня есть право на охоту, такое право есть у всех, однако не у всех есть возможность. Если же у меня нет возможности, то закон нарушать нельзя. Местечковая философия «Я здесь живу, я привык это делать и дальше буду делать так же» пагубна и ни к чему хорошему не приведет.

А работа, по-моему, в деревне всегда найдется. Я чаще сталкиваюсь не с отсутствием работы, а с отсутствием желания трудиться.

 

ФОТО ИЗ АРХИВА ВЛАДИМИРА ЛЕБЕДЕВА

— В департаменте охоты работает двадцать с небольшим человек. Росприродназор нам не помощник. Как Вы собираетесь все это делать?

— Во-первых, мы создали секцию при Комитете Совета Федерации. Хотим больше общаться с региональными охотпользователями, приглашаем их поработать с нами. У нас добрые отношениями с МПР; хотим скоординировать действия с профильным комитетом Госдумы.

Есть понимание и договоренность собраться, обозначить приоритетные вопросы и по ним работать. Хотим, чтобы правительство, Госдума, Совет Федерации и экспертное сообщество работали вместе. А это уже серьезная сила.

На правовом портале опубликован для общественного обсуждения и антикоррупционной экспертизы проект правительственного постановления "О внесении изменений в Правила оборота гражданского и служебного оружия и патронов к нему на территории Российской Федерации".

Главная новация - создание еще одной степени безопасности хранения оружия.

В документе предлагается хранить оружие "с использованием механических устройств, запирающих на замок составные части оружия и обеспечивающих блокирование возможности производства из него выстрела".

Читайте материал "Гражданское оружие хотят принудить закрывать на множество замков"

Предлагаем внимательнее рассмотреть один из вариантов такого замка - блокирующий доступ к спусковому крючку. Мы установим данный замок на ИЖ-27, на полуавтомат МЦ21-12, на карабин Sako-85.

Наш вывод простой - данный замок не сможет защитить от случайного выстрела или преступных посягательств.

Практические испытания замка с попыткой произвести имитацию выстрела смотрите по ссылке: "Замок на спусковой крючок от Росгвардии: оружие выстрелит и с ним"

Надо сделать так, чтобы не возникало инициатив, которые уведут нас в сторону. Если есть план и сроки исполнения, то план выполняется. У нас уже лежат проекты трех законов. Если мы реализуем их за полтора года, то можно будет сказать, что наш план удался.

— А что с социальной защитой госохотинспекторов?

— По госслужащим все понятно, у них должны быть меры соцзащиты не хуже, чем у работников полиции. Есть поручение, по нему можно двигаться.

— А по производственным инспекторам?

— Пока это дело сугубо охотпользователей. К сожалению, это их проблемы.  

— У вас есть свои производственные охотничьи инспектора. Предположим, кто-то из них попадает под пулю браконьера...

— В этом случае мы будем строить отношения с ним или с его семьей, исходя из законов морали и долга. К сожалению, пока так.

— Вы оптимистично настроены по отношению к будущему охотничьего хозяйства в стране?

— Да. Я помню, с чего начинал 30 лет назад и к чему пришел сегодня, вижу прогресс и движение вперед. Примеры? Еще три года назад мы и мечтать не могли, что в лесу разрешат строить вольеры. А сегодня — пожалуйста! Наделили полномочиями штатных работников охотничьего хозяйства, решаются вопросы с пролонгацией.

— Какой Вам видится долгосрочная перспектива экономической составляющей охоты и того, что вокруг нее?

— Если правильно считать, то до 2 % ВВП страны. Если мы подтянемся по первоочередным вопросам, это будет ничем не хуже того, что получает от отрасли Канада или Африка. У нас тоже кое-что есть, особенно с учетом климатического территориального разнообразия. И возможностей у нас больше, чем у всех. С нами никто не сравнится.

— 2 % ВВП — это мечта или же какие-то задумки?

— Работы непочатый край. Своим рынком потребления мы можем экономику двигать вперед. Так что будем биться и двигаться к цели.

— Охотпользователи у нас сами по себе...

— Да, есть структурированный Росохотрыболовсоюз, а все остальные сами по себе — любительский уровень! Чтобы двигаться вперед, нужна «организация нового типа» — мощная, с бюджетом, для решения вопросов во благо всех семи тысяч охотопользователей России, для разработки законов, пропаганды охоты, борьбы с зеленым экстремизмом и так далее.

— Ваше отношение к угодьям общего пользования? Куда пойти на охоту человеку с зеленым билетом?

— К угодьям общего пользования я отношусь плохо. Либо это пустыня, либо кормушка для субъектового органа. Чем больше мы будем развиваться, тем выше будет доступность охоты у частника.

Должны начать работать экономические показатели, чтобы зарабатывать не высокой ценой, а оборотом. При большой плотности зверя и большой пропускной способности мне выгоднее предлагать много дешевых охот, чем несколько дорогих.

— Как Вы относитесь к идее введения охотничьей пошлины?

— Есть у меня непопулярная идея, чем пополнять бюджет. Есть такое понятие, как право на охоту. Оно должно быть общедоступным. Купить в магазине или на АЗС жетон, марку, талон, дающий право на охоту в данном регионе на общедоступные и лицензионные виды дичи.

Читайте материал "Ситуация с рыбалкой на водоемах Подмосковья"

Право может стоить 100–200 рублей на сезон. Когда охотники покупают жетоны, марки, талоны (назовите как угодно), их деньги остаются у субъекта, это его постоянный доход. Тем самым мы можем мотивировать субъекты Российской Федерации развивать охотничье дело.

Вопрос дискуссионный. Думаю,  у нас еще будет возможность обсудить эти идеи в экспертном сообществе.  

— В последнее время распространились нападки на охотничью деятельность со стороны зоозащитников. Ваше отношение к их доводам?

— Как бы широко не распространились идеи зеленых, мы должны понимать, что охотничье хозяйство и охотники на сегодняшний день — единственный и самый действенный механизм по охране природы.

Беседовал Александр Лисицин 30 декабря 2017 в 05:53






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 0
    Борис Уралец офлайн
    #1  30 декабря 2017 в 09:17

    Прочитал, интересно(о работе в деревне:))
    На взгляд, - что-то не реальное или реальное, но для особо одаренных. :). ИМХО конечно.

    Ответить
  • 1
    Валентин Бодунков офлайн
    #2  30 декабря 2017 в 12:24

    Интернет нам в помощь:

    "Лебедев Владимир Альбертович, Член Совета Федерации от Нижегородской области с 25.09.2014 г.

    Родился в 1962 году в городе Новогрудок Гродненской области Белорусской ССР. В 1988 году окончил Горьковский политехнический институт им. А.Жданова по специальности «радиотехник», в 1996 году — Всероссийский заочный финансово-экономический институт, в 2003 году — Нижегородский институт развития бизнеса. С 1997 по 1998 годы занимал должности заместителя генерального директора, а затем директора по развитию ЗАО «ЛУКОЙЛ — Нижний Новгород». С 1998 по 2004 годы работал на управляющих должностях в ОАО «Нижновэнерго», ОАО «Кировэнерго». В 2004 году был назначен на должность первого заместителя председателя правительства Кировской области. С 2005 по 2007 годы — генеральный директор и председатель совета директоров ОАО «Территориальная генерирующая компания № 5», с 2007 по 2008 годы — генеральный директор ОАО «Южная генерирующая компания ТГК-8», с 2008 по 2010 годы — генеральный директор ОАО «Территориальная генерирующая компания №5». В 2009 году назначен заместителем губернатора Нижегородской области. 2012-2014 годы - заместитель министра природных ресурсов и экологии Российской Федерации. В 2014 году назначен представителем от области в Совете Федерации.

    Портрет
    Любопытно, что ранее Владимир Лебедев просил Валерия Шанцева вернуть его в губернаторскую команду. На праймериз нижегородского отделения «Единой России» пред выборами губернатора он значился конкурентом Валерия Шанцева. Во время своего выступления перед единороссами господин Лебедев попросил поддержать кандидатуру Шанцева и обратился к нему публично. «Валерий Павлинович, думаю, что тот опыт, который я приобрел в командировке в Москве, куда вы меня выписали, будет полезен вам и области. Я готов, Валерий Павлинович, на вас, на команду вашу, на область в полной мере отработать и выполнить все задачи, которые передо мной будут поставлены», - попросил он.

    Компромат
    Переход заместителя министра природных ресурсов РФ, главы Рослехоза Владимира Лебедева в Совет Федерации может быть попыткой избежать уголовной ответственности за вероятный «распил» 6,6 миллиардов рублей, сообщили корреспонденту The Moscow Post в силовых структурах. Возможно, за этой «рокировкой» стоит глава Минприроды Сергей Донской. Замминистра меняет статус В последнее время появилась тенденция, когда депутаты и сенаторы переходят в органы исполнительной власти. Причем, зачастую в региональные. Тем законодателям, которым повезло чуть больше, светят посты в федеральных структурах, а кое-кто дорастает даже до министров или губернаторов. Однако, глава Федерального агентства лесного хозяйства (Рослесхоз) и замминистра природных ресурсов и экологии Владимир Лебедев меняет этот тренд, переходя рядовым сенатором в Совет Федерации, где он будет представлять Нижегородскую область. Уже известно, что недавно выигравший выборы губернатор Нижегородской области Валерий Шанцев подписал указ о назначении Владимира Лебедева своим представителем в Совете Федерации. Так что обратной дороги у «начальника лесов российских» больше нет, и Минприроды ему придется покинуть ради парламентской работы. Донской «сговорился» с Шанцевым? На данный момент Шанцев уже представил нового парламентария нижегородскому истеблишменту. «Владимир Альбертович — человек опытный, разносторонний. Серьезный бизнес-менеджер, возглавлял крупные энергетические компании. Работал на серьезных руководящих постах в правительстве Кировской области, несколько лет был моим заместителем, знает работу исполнительной власти изнутри», - заявил Шанцев о Лебедеве. Впрочем, губернатор не стал распространятся, почему отбор в сенаторы не прошли другие кандидаты. Ведь кандидатура Владимира Лебедева на пост сенатора рассматривалась наряду с экс-руководителем дочки «Газпрома» в Нижнем Новгороде Игорем Щеголевым и министром социальной политики области Ольгой Носковой. Так почему же сенатором не смог стать представитель «Газпрома»?!! А ведь, дабы перебить лобби газового монополиста нужно было «выйти на Шанцева» с «самого верху»! Вот и поговаривают, что губернатора «уговорил» сделать Лебедева сенатором сам министр природных ресурсов РФ Сергей Донской!!! Друзья по «нефтянке»? Стоит отметить, что Сергей Донской и Владимир Лебедев – это непросто коллеги по работе в Минприроды, но и выходцы из одной крупной частной нефтяной компании!!! Так тот же Лебедев ранее был директором по развитию и заместителем гендиректора «дочки» этой корпорации в Нижнем Новгороде . А вот Донской ранее работал в Главном управлении по корпоративному финансированию и инвестициям все той же нефтяной корпорации. Это значит, что оба этих чиновника считаются «ставленниками нефтяников» в Минприроды. А ведь политологи не скрывают того, что Лебедев при избрании его сенатором от Нижегородской области имел лобби одной из «крупнейших корпораций энергетического комплекса России». Место сенатора было продано? «И этот лоббистский тыл делает его фигуру более предпочтительной для Нижегородской области, потому что она заинтересована в том, чтобы иметь тесные и близкие связи с крупнейшими бизнес-корпорациями страны. А те в свою очередь, если он становится сенатором, — своего представителя в высшем законодательном органе», — отмечал политолог Евгений Семенов. То есть возникает совершенно логичная версия, что между Донским, руководством нефтяной корпорации и Шанцевым был банальный сговор по продвижению Лебедева в Совет Федерации. Вот только интересно, как нефтяники отблагодарили нижегородского губернатора за этот подарок, и не появилось ли у Шанцева многомиллионного счета в швейцарском банке?! Ведь, его можно заподозрить в банальной продаже сенаторского поста!!! Чего боится глава Рослехоза, или куда делись 6,6 млрод.руб. из бюджета? А теперь стоит задаться ключевым вопросом всей этой политической комбинации по избранию сенатора от Нижегородской области: «А зачем вообще главе Федерального агентства лесного хозяйства нужно было становиться членом Совета Федерации?!!» Для того, чтобы ответить на этот вопрос нужно обратить внимание на важный факт: сенатором Лебедев стал 25 сентября 2014 года, а 4 июня 2014 года общественность узнала, что при проверке деятельности Рослесхоза аудиторы Счетной палаты выявили многочисленные нарушения, совершенные агентством, сумма которых составила порядка 6,6 млрд рублей . Поговаривают, что эти деньги были «распилены»! Среди прочего в представлении Счетной палаты указано, что нарушения по доходной части агентства составили 5,05 млрд рублей, по расходной — 1,55 млрд рублей, в том числе с нарушением принципа целевого использования средств федерального бюджета — 560,5 млн рублей, принципа результативности и эффективности — 669,9 млн рублей, при осуществлении государственных закупок — 353,5 млн рублей. Таким образом, очевидно, что нарушения в Рослесхозе носили систематический характер, так что здесь есть, над чем задуматься следователям. На данный момент Счетная палата России уже направила на имя замминистра природных ресурсов и экологии Владимира Лебедева соответствующее представление. Все дело в тендерах? Теперь стоит задуматься и о «теневых контрактах» Рослесхоза, а именно о субсидировании «подшефных» предприятий, госзакупок и так далее. Как выяснилось, одним из главных пунктом в списке претензий аудиторов Счетной палаты стало неправомерное использование в 2013 году средств федерального бюджета в объеме 560,5 млн рублей на финансирование затрат учреждения «Авиалесохрана» по выполнению работ, не относящихся к полномочиям Рослесхоза. Более того, руководство Рослесхоза игнорировало и обоснование цен при госзаказах, ненадлежащем контроле за расходованием средств и даже в финансировании торжественных мероприятий. Так, к примеру проведение торжеств по случаю профессионального праздника, Дня работника леса, на сумму в 22,2 млн рублей вообще прошло без разрешения правительства. Но, как мог замминистра Лебедев не знать про все эти очевидные финансовые нарушения, если его подписи, по предварительным данным, стоят на большинстве документов. Более того, неужели, министр Донской «был не в курсе» все этих многомиллиардных нарушений?!! Разумеется, трудно предположить, что глава Минприроды просто банально «не заметил» нарушения на 6,6 миллиардов рублей, произошедшие из-за «сомнительных» субсидий, перерасхода и так далее. Ведь не мог же Сергей Ефимович просто взять и на время «ослепнуть»!!! Таким образом, эксперты уверены, что Лебедев и Донской могли банально «распилить» 6,6 миллиардов рублей, а как только началась проверка Счетной Палаты министр «спровадил» главу Рослехоза в Совет Федерации для получения им парламентской неприкосновенности, чтобы Лебедев случайно не рассказал следователям правду об «освоении» 6,6 миллиардов рублей руководством Минприроды. Похоже, что сокрытие «распила» бюджетных денег – это и есть истинная цель всей этой «мудреной комбинации» по избранию Лебедева сенатором… "

    Ответить
  • 0
    Валентин Бодунков офлайн
    #3  30 декабря 2017 в 15:15

    Вниманию Александра Ивановича Лисицина:

    Соседняя тема о продаже охотникам отказного щенка эпаньоль-бретона не комментируется, почему бы не предложить кобелька г-ну Лебедеву, ведь на ваш вопрос: "Ваша любимая охота?", Владимир Альбертович ответ закончил словами: "Сейчас очень хочется взять эпаньоль-бретона". Если очень хочется, то почему бы не взять??? Заодно и проверите, на сколько сенатор был искренним в своих ответах.
    Удачи!

    Ответить
  • 0
    D Dinatron офлайн
    #4  30 декабря 2017 в 15:23

    Спасибо уважаемому Александру Лисицыну за статью.
    Все понятно.

    Ответить
  • 0
    Игорь Старовойтов офлайн
    #5  30 декабря 2017 в 18:46
    D Dinatron
    Спасибо уважаемому Александру Лисицыну за статью.
    Все понятно.

    Особенно понятно после рассуждений о праве на охоту и возможности охотится. И таких лебедевых-лебедей полная госдума. А мы, наивные, хотим справедливого охотничьего законодательства... Не при этой власти...

    Ответить
  • 1
    КСН офлайн
    #6  30 декабря 2017 в 20:43

    После прочтения такого интервью каждый делает для себя выводы.
    По-моему, ничего нового не прозвучало. Своё охотхозяйство у госслужащего или бизнесмена - это давно уже норма.
    Вот бы кто опубликовал список охотхозяйств в той или иной области и фамилию истинного владельца, а не исполнительного директора.

    Ответить
  • 1
    Александр Стефанович офлайн
    #7  30 декабря 2017 в 22:56

    Ну и причем тут охотник-охранник природы?
    Статья должна называться: Сенатор - главный враг охотника.
    Комментировать без мата невозможно.

    Ответить
  • -1
    Petr Shmakov офлайн
    #8  2 января 2018 в 10:05

    Интервью вызывает определенные ассоциации, что и видно из комментариев. Хотя если вспомнить наше недавнее Советское прошлое, не уходя в глубь веков, мало что изменилось. Руководители СССР, все кроме Сталина любили охоту и регулярно и много охотились. И у всех были закрытые охотничьи хозяйства, при чем в заповедных зонах, таких как Беловежская пуща, Кавказ и т. д. с хорошо развитой инфраструктурой, со штатом егерей и прочей обслугой. И все это за государственный счет. Подобная ситуация была и регионах, а также в министерствах, таких как министерство обороны и прочие. Все это конечно не афишировалось, но охотится, обычному охотнику любителю в заказниках типа "Завидово" было нельзя. В отличии от охотничьего хозяйства "Велиховское" о котором рассказывается в статье. Посмотрел сайт охотхозяйства, цены вполне приемлимые, так сказать средневзвешенные по средней полосе России. Комфортное проживание, нет навязанных услуг. Туда, в отличии от "Завидово", Хрущево - Брежневской поры, может поехать любой охотник любитель, если позволяют финансовые возможности.

    Ответить
  • 1
    Борис Уралец офлайн
    #9  2 января 2018 в 12:18
    Petr Shmakov
    может поехать любой охотник любитель, если позволяют финансовые возможности.

    Вот именно, что "если"...
    Вопрос не в "приемливости" услуг, а в том,что, по сути, сфера охоты склонилась к форме ПОМЕЩИЧЬЕГО владения угодьями.
    Принимая во внимание ,что т.н. охотпользователи на местном, региональном, государственном уровнях(почему-то?) являются влиятельными людьми, то естественно законодательное "одеяло" они тянут на себя. Ну, а аппетит, как говорится, приходит во время еды...Что простой охотник и видит на практике

    Ответить
  • 1
    D Dinatron офлайн
    #10  2 января 2018 в 15:37

    Цены в охотхозяйствах приемлемые..., так и у некоторых рэкетиров цены тоже приемлемые...
    На мой взгляд - услуги подавляющего большинства охотхозяйств - узаконенный рэкет.
    У массы рядовых охотников на законодательном уровне "отжаты" охотничьи угодья, "конкретные пацаны" поставили там своих "смотрящих", которые "стрясают бабло" с рядовых охотников.

    Есть Конституция РФ.
    Охотничьи ресурсы - общенародное достояние.
    "Прихватизаторов" народного достояния - в топку.

    Ответить
Ещё 10 комментариев...
все




Принимать участие в голосовании могут только зарегистрированные пользователи. Авторизоваться / зарегистрироваться












наверх ↑