И вновь зима задерживалась. Не было снега, так нужного нам с моей полугодовалой русско-европейской лайкой по кличке Жайма. Нужна была пороша, чтоб показать собаке следы куницы или норки. Попробовать потропить лес.

 

Без снега пушнины найти пока не удавалось. Желанный снежок закружился только в декабре. Редкими большими хлопьями он начал падать с обеда. И к вечеру все кругом побелело. Утром затемно мы вышли из дому. Путь наш лежал в сторону речки Пажицы. Идем вдоль мелиорационных канав, которые почти все впадают в эту речку. Да и сама речка по ширине чуть шире канавы, но всегда с водой. Извиваясь, как змейка, протекает она через лес и поля Тутаевского охотхозяйства. За час мы добрались до желанной речушки.

В лесу снег лежит плотнее, и кажется, что его больше, чем в поле. День зарождается тихий и теплый. Рассвет нас застает уже на берегу Пажицы. После дождей она бурлит, как весной. Нахожу место, где бы можно было перебраться в болотниках на другой берег, заросший и не такой крутой. Жайма не сразу, но все же переплывает на мою сторону.

Отряхнувшись и обрызгав меня, убегает вперед. Я же стараюсь идти по самому краю речки. Внимательно наблюдаю за Жаймой. И вот наконец мы находим желанные следы норок. Я показываю их Жайме. Но реакции у нее никакой. Может, следы уже остыли и они ночные, а не утренние. Но все же она молодец – заходит в воду.

Обнюхивает под берегами, ясно: чует запах норки. Но не может пока найти и показать, где находится хозяйка этого запаха. Я же не теряю надежды, впереди еще много подходящих мест, где может жить норка. Жайма мелькает то спереди, то сзади меня. Она вся в поиске, и это меня очень радует. Где-то посередине нашего пути я пересекаю целую тропку, оставленную норкой. Следы ведут к речке и обратно. Похоже, норка вышла помышковать из речки в лес.

Показываю эту тропку прибежавшей Жайме. Она сразу же уходит по следу в сторону леса. А я иду по следам, ведущим к речке. На берегу вижу капельки крови. Здесь норка лакомилась пойманными мышами, а может, еще и кем-то другим. Через несколько минут я слышу в лесу звонкий, заливистый лай. Сначала мне даже не верится, что это голос моей лайки – так звонко и заливисто Жайма не лаяла никогда. Но больше некому.

Я мчусь на ее зов. Метров через сто замечаю мою лайчуху. Повизгивая и урча, она роет нору в корнях толстой осины. Неужели нашла убежище норки? Снимаю рюкзак, достаю топорик и начинаю помогать ей. Жайма отходит в сторону, делает круг и снова возвращается ко мне. Вскоре я понимаю, что эта толстая, с виду совершенно здоровая осина с дуплом внутри, которое идет прямо из-под корней. Вырубаю отверстие и подзываю Жайму.

Сунув морду в вырубленную мною дыру, она визжит и грызет осину. Все ясно – норка там, внутри. Придется попотеть, чтобы срубить эту толстую осину моим туристическим топориком, купленным еще в прошлом веке. Но другого пути нет. Валю осину. Жайма сразу же бежит к дуплу, расширяет отверстие, и скоро вся ее голова оказывается внутри.

Я же спешу посмотреть, нет ли наверху выхода из дупла. Слава Богу, нет. Дупло несквозное и значит, проходит не через все дерево. Обстучав ствол, я вырубаю отверстие. Затем еще одно – поближе к собаке. Она же, молодец, из дупла не вылезает, остается на месте, ждет появления норки. В вырубленные отверстия я засовываю тонкие черемуховые прутья и шевелю ими. И скоро внутри дерева слышится верещание и движение в сторону Жаймы.

 

Норка обнаружила себя. Я еще сильнее шевелю прутом. Жайма успевает схватить появившегося зверька. Но только за лапу. И зверек вырывается из зубов молодой неопытной лайки. Вижу, как он мелькнул среди деревьев. Я растерян, ружья у меня под рукой нет. Мой ТОЗ стоит прислоненный к дереву, метрах в пяти от меня. А время для выстрела было. Растерявшаяся Жайма не сразу пустилась вдогонку за норкой. Обидно, что так глупо упустил хороший трофей – понадеялся на молодую лайку. Но винить нужно только себя. Да и не все еще потеряно.

Должна же моя лайка по парному следу найти убежавший трофей! Жайма подала голос минут через пять, и очень далеко. Так мне показалось сначала. И я опять бегу на ее зов. И на этот раз она загнала норку в осину, но лежащую на земле. И снова норка ушла от нас. Я даже и не видел – как. Но Жайма ее услышала, когда та выбиралась из осины, и умчалась за ней. Залаяла она быстро и совсем рядом. Я нашел ее облаивающей толстую березу.

Неужели и ее придется рубить? – подумал я, так как и на березе увидел дупло. Но начиналось оно в метре от земли и уходило вверх. Вырубаю нетолстую ветку черемухи, чтобы она могла немного изгибаться. Засовываю ее в дупло и начинаю шевелить ею., Прислонившись к дереву, вскоро слышу урчание норки. Она сидит буквально в метре от нас, в стволе березы.

Жайма рядом со мной, смотрит на меня. Я даю ей понюхать конец черемуховой ветки, вынутой из дупла. Она лает на нее. Я понимаю Жайму, говорю: «Спасибо, я и так знаю, что норка там. Но на этот раз я не собираюсь валить эту толстую березу».

Поступаю проще: зажигаю бересту и сую ее в дупло. Норка выпрыгивает из березы чуть ли не на грудь мне. Жайма перехватывает ее буквально у моих ног. Кричу: «Давай, Жайма, давай! Возьми ее, возьми!» Зверек вцепляется собаке в нос. Она визжит, трясет головой, скидывает норку. Тут же хватает ее поперек туловища. И наконец-то давит эту страшную для нее большую мышь.

Я даю ей вдоволь насладиться этим занятием. И как только она собирается убежать от меня с норкой, я отбираю добычу. Чмокаю свою помощницу в измазанную землей морду, обнимаю за шею, вытираю кровь с укушенного носа. Мы оба счастливы. От радости Жайма носится возле меня кругами. И я рад за нее. Времени – третий час. Убираю наш трофей в рюкзак, завернув его в газету. Жайма сидит рядом и следит за мною глазами, ждет, пока я возьму рюкзак.

Нужно еще найти подходящее место для обеда. На берегу речки, под соснами мы обедаем. Жайма ест все быстро, не жуя. Сосиска и котлетка проглатываются в один миг. Даю ей попить тепленького чаю из стаканчика от термоса. До этого не одна моя собака чай из стаканов не пила. Такая вот умная лайка появилась у меня. Немного отдохнув, мы направляемся в сторону дома.

А дома нас ждет еще одна лохматая помощница. Это моя вторая европейка. В марте ей исполнится шестнадцать лет. Зовут ее Юстой. И на охоту я с ней далеко уже не хожу. Утром она с обидой в глазах смотрела на мои сборы на охоту. Она всегда нас встречает и проверяет, что у нас в рюкзаке.

Выбравшись из леса в поля, за час с небольшим мы добрались до нашей деревни. Но самое интересное произошло спустя полчаса после нашего прихода. Когда я стал развязывать рюкзак, чтобы достать наш трофей и показать его Юсте, ожившая норка вдруг выскочила из него и скрылась под кухонным столом. Я обомлел от случившегося. И какое-то время сидел как заколдованный. Но что случилось, то случилось.

Видно, по неопытности Жайма не смогла ее придавить совсем. А хитрющая норка, оклемавшись, затаилась в рюкзаке и ждала удобного момента, чтобы улизнуть на волю.

Не буду описывать весь кошмар поимки живой норки в жилом помещении с помощью двух лаек и человека – он длился более двух часов. Первую норку Жаймы я запомню на всю оставшуюся жизнь.

Что еще почитать