Птицы и люди

Речь в этой статье пойдет о мелких воробьиных, а не об охотничьих птицах. Последнее не совсем точно: с горечью приходится признать, что птицы, которые делают нашу жизнь интереснее, становятся жертвами, мягко говоря, горе-охотников.

У нас в списки охотничьих видов включены дрозды, без песен которых весенний праздник охотников оказался бы блеклым, а тяга лишилась бы своей прелести. Осенью для заграничного гостя с ружьем некоторые наши турфирмы стараются подыскать такие места, где тот мог бы вдоволь пострелять по дроздам, за один выход сделать по ним десятки выстрелов. Стрелки с подобным отношением к природе встречаются и у нас.


В Тверской области, где в прошлом, 2014 году мы отлавливали и кольцевали вальдшнепов, местный охотник рассказал, с какой мерзостью ему как-то пришлось столкнуться в пойме реки Мологи. Он увидел охотника с ружьем и молодого человека. Старший достал «корочки», подтверждавшие, что он прокурор из Москвы, а своего спутника гордо представил как сына, только что приехавшего из Англии, где тот сейчас проходит обучение. Оказалось, что отец дает чаду урок стрельбы из своего ружья и прививает ему охотничьи навыки.


Выстрелов с того места, где они стояли, было слышно на удивление много. Через какое-то время любопытство заставило местного охотника вновь направиться к москвичам. Выстрелы все продолжались, и после каждого из них отец хвалил и подбадривал сына. Гости уже собрались уходить, и рассказчик застал финал их охоты. На земле плотным длинным рядком были уложены дрозды, которых юноша на прощание топтал. Даже писать об этом противно!


Надеюсь, что многие согласятся, что настоящий культурный охотник становится таковым не из-за того, что владеет ружьем, чувствует себя мужчиной, который убивает, а через любовь к природе, интерес к ее обитателям, желание поближе узнать их. Охота и ружье для такого охотника — прежде всего повод к общению с природой.


На страницах «РОГ» становятся обычными рассказы о том, что сопутствует охоте. Масса охотников, для которых охота и любовь к природе, к ее обитателям неразрывно связаны, с большим интересом читают о певчих птичках в природе и дома.


Многие известные ученые-охотоведы испытывали интерес ко всему живому. Заведующий отделом лесного охотоведения ВНИИЛМ Ярослав Русанов, держал дома, в Москве, не только легавых, но и русскую гончую, голубей и подсадных уток. Он постоянно наблюдал за городскими голубями, анализировал их состав.


Как-то в городе Пушкино Ярослав попросил меня поймать большую синичку в качестве подарка его сыну. В то время там же охотовед Александр Рыковский, автор известной брошюры «Охота на боровую дичь», активно участвовал в подкормке птиц зимой и любил наблюдать за ними. Старший научный сотрудник ЦНИЛ Эдуард Дронсейко держал дома, плюс к дратхаару, маленькую синицу-московку и ласку.
Биологи и собаководы помнят Владимира Гусева, у которого была маленькая комнатка в общей квартире, где с трудом умещались его спутница жизни и русско-европейская лайка. Эта комнатка была наполнена клетками с певчими птицами. Держал он и куньих, и бурундучков, и много еще чего. На все это богатство, как в музее, с интересом взирали охотоведы, которые дружно и регулярно собирались у Володи. Позже появились вельштерьеры, которыми он всерьез занялся.


Кто только не жил у хорошо известного в среде биологов охотоведа Николая Немнонова. Он, могу сказать это с полной ответственностью, был лучшим птицеловом и знатоком певчих птиц в нашей стране. Николай умел на выбор поймать, сохранить и успешно содержать дома любую птицу, песня которой тронула его сердце. А вокальные способности каждой он оценивал, как настоящий профессионал. Как-то он много дней наблюдал за певчим дроздом, в голос которого влюбился, пока не придумал, как его отловить, и поймал-таки. Дрозд оказался с характером, отказывался от пищи, но и тут Николай вышел победителем.


Не сумел он долго содержать только садовую камышевку — птица не могла пережить в неволе линьки.


Наблюдать за тем, как Николай ловит птиц, доставляло большое удовольствие. Он коллекционировал песенные казусы о птицах. Запомнилось — «Всю ночь во ржи поют стрижи». Николай Немнонов был способен написать уникальную книгу о ловле и содержании певчих птиц в неволе, особенностях и характере разных видов. К огромному сожалению, я так и не сумел убедить его сделать это. Немнонов боялся, что читатели, вооруженные его опытом и знаниями, переловят слишком много птиц.


Перечислять охотоведов — любителей певчих птиц и домашних животных можно долго.


Бывают случаи, когда охотникам в природе общаться с певчими птицами приходится поневоле. Говорю о ситуациях, о которых без печали и не вспомнишь. Наиболее грустные случаи происходили в северной тайге. В тех краях в конце весны и начале лета случаются возвраты холодов, причем не просто мороза, а настоящей зимы. Все птицы прилетели, самки на гнездах, и вдруг — зима. Это катастрофа… То, что она касается охотничьих птиц, понимаешь, но перед глазами гибель птичьей мелочи. Очень обидно наблюдать бедственное положение птиц и в то же время осознавать, что бессилен их спасти. За двадцать лет работы на севере такое случалось не раз.


Когда надолго возвращается зима, птицы жмутся к человеку — избушкам, расчищенным от снега тропинкам, кострищам, которые оказываются особенно привлекательными для птиц.


Птицы слетаются к потухшему костру, ходят по углю и вокруг него, приближаются к двери избушки. Страх перед человеком почти исчезает, зяблики, юрки прыгают буквально под ногами человека. В таких ситуациях мы пытаемся их подкормить, чем только можем. В последние годы на всякий случай стали специально припасать разную снедь, в том числе семечки. Среди гибнущих птиц много зерноядных видов.
Хорошо запомнился 2002 год, когда весной по реке плыли погибшие птицы. Не могу забыть деревенскую ласточку, прилетевшую тогда в нашу избушку за сто километров от жилья. Конец мая, ласточки появились в середине месяца, а уже несколько дней все еще белым-бело. Внезапно появилась ласточка-касатка, странно выглядевшая в морозном воздухе на фоне снега. Она немного полетала вокруг избушки и потом залетела в нее через открытую, так как в это время по-черному топилась каменка, дверь.


Мы поймали птичку, стали кормить насильно мясом, давали сливочного масла. Надежда спасти ласточку, помочь ей дожить до тепла не оправдалась, через три дня она погибла.
Еще более губительной для пернатых оказалась весна 2008 года, когда с 15 мая двое суток непрерывно валил снег, сопровождавшийся ураганным ветром и метелью. Снег лежал слоем 60 сантиметров почти в течение недели.


Пространство вокруг избушки было усыпано тельцами дроздов-белобровиков, певчих, рябинников, зябликов, юрков. После схода снега на каждом километре пойменного луга мы насчитывали по 50 павших певчих птиц. Погибли известные нам местные полевые жаворонки и пролетные северные рогатые, все лесные коньки и деревенские ласточки. Ослабленные бескормицей певчие птицы продолжали гибнуть и после появления проталин. Удивило то, что несчастье коснулось даже чечеток. Ведь чечетки, кормящиеся на деревьях, кустах, чертополохе, переносит нашу зиму.


В 2008 году у избушки доживали последние часы две нахохлившиеся чечетки. Мы поймали их руками, посадили в ящик и держали на семечках. Подопечные нас не пугались, дожили до лучших времен и были выпущены на волю.


Осенью, в предзимье, губительны для птиц так называемые ледяные дожди, делающие недоступным корм зимующим птицам. После таких «дождей» на дорогах в Архангельской области находили погибших рябчиков с набитыми обледенелой пищей зобами. Подкормка в такие периоды помогает спасти жизни многим зимующим у нас птахам.


Интерес к тому, что творится в природе, сочувствие к ее обитателям, сопереживание их бедам, думается, национальная черта наших российских охотников. Ведь именно они (а не те, из горожан, кто, прикрываясь «зеленью», любит попустословить, порассуждать об охране природы) в первую очередь заинтересованы в том, чтобы все в ней было в порядке.

Что еще почитать