РАДОВАТЬСЯ ИЛИ ПЛАКАТЬ?

СТАТЬЯ ВТОРАЯ

О двух путях возрождения охотничьего хозяйства, предлагаемых В.В. Дежкиным и В.Г. Сафоновым в «РОГ» № 12

Рассмотрим тему комплексного биологического природопользования и создания государственных управленческих структур, блока по охране и рациональной эксплуатации природных биологических ресурсов. В этот комплекс авторы произвольно включают лесное, рыбное и охотничье хозяйства на том основании, что между ними много общего.

А вот прочие отрасли сельского хозяйства в него не включают, потому что оно «автономно, не вовлечено профессионально в систематическую деятельность по сохранению, эксплуатации и восстановлению ресурсов дикого животного мира», а восстановленный в 2006 г., не в 2007 г., как пишут авторы, Департамент охотничьего хозяйства Минсельхоза ведомственный, надо понимать ущербный. А между тем все приведенные авторами общие признаки указанной группы отраслей типичны для сельского хозяйства, если знать его особенности, а охотничье и рыбное хозяйства структурно находятся в нем.
Агентство по лесному хозяйству сейчас оказалось в Минприроде и тоже на основе ошибочной концепции преобладания природопользования в нем.
Нет ничего оригинального в предложениях «перетащить» и охотничье хозяйство в Минприроду как природопользование. Это уже сделано в ряде субъектов РФ. Предложение было озвучено на совещании у министра сельского хозяйства в 2005 г. и не получило поддержки, а об объединении рыбного и охотничьего в одно агентство – в 2006 г. Но тогда надо туда перевести и все сельское хозяйство. Но дело не в этом, а в том, что все это искусственные схемы построения, в которых живут наши ученые-ресурсоведы, придумавшие их для себя, не учитывающие потребностей реального хозяйства. Спросили ли мы руководителей тоже автономных и ведомственных агентств лесного и рыбного хозяйств из разных министерств, хотят ли они объединяться в один блок вместе с охотничьим? Я что-то от них никогда не слышал подобных предложений. Значит, некоторые ученые-охотоведы мудрее всех, там своих мудрецов не хватает, и они думают и за специалистов лесного и рыбного хозяйств. Им и автономно не плохо, а вот руководители лесного хозяйства все время предлагают объединиться с охотничьим, но это объединение они представляют как полное структурное подчинение охотничьего хозяйства лесному, растворение его в лесном, как это случилось на Украине и в Белоруссии, а в России – в Башкирии – в виде безуспешно продолжающегося десятилетиями эксперимента. Не получается административного объединения, то это экономическое удушение охотничьего хозяйства за счет аренды участков лесного фонда, уже выделяемых на основе аукционов и конкурсов для ведения охотничьего хозяйства с еще одной платой, но уже за угодья. Вот рай, который нам рисуют авторы. А разве Департамент охотничьего хозяйства, если такой сохранится в новой структуре, будет не ведомственным? В любом министерстве все департаменты ведомственные. И то, что он не сохранится, у нас нет сомнений, и опыт тех же Украины и Белоруссии это подтверждает. Уж очень не равны экономические весовые категории этих отраслей. К тому же следует учитывать вековые традиции российского лесного хозяйства, его отношение к охотничьему, которое руководители всех лесных ведомств в России всегда считали только побочным использованием лесов. Напомню В.В. Дежкину, с которым мы вместе участвовали в дискуссии в Госдуме передавать или нет охотоведов в Государственный комитет по экологии. Мы видели в нем тогда тот самый оригинальный блок комплексного природопользования. Передали из Главохоты около 30% штатов и финансирования. Куда делись все должности охотоведов в районных и областных экологических структурах после пары лет существования?
А что происходит в течение двух лет с отделами охотнадзора в территориальных органах Федеральной службы ветеринарного и фитосанитарного надзора? Ослабление до предела за счет объединения с рыбнадзором, сокращения охотоведов и замена их неспециалистами. Так что реализация первого пути уже идет, но с плачевными для охотничьего хозяйства результатами. И авторы статьи это видят, и, тем не менее, туда же приглашают. Благо бы занималась эта структура надзором, а то она выполняет вполне хозяйственные функции (выдача охотбилетов, разного рода лицензий, охрана и др). Что снова и снова будем наступать на одни и те же грабли? Контрольные функции в биологическом природопользовании, конечно, могут быть объединены, а технология, продукция этих отраслей, экономические и другие интересы имеют мало общего. Наибольших успехов охотничье хозяйство в России достигло, когда существовал тоже ведомственный государственный орган управления – Главное управление охотничьего хозяйства и заповедников. Заметим, охотничьего хозяйства, а не управления охотой или ресурсами (объектами) животного мира, отнесенными к объектам охоты и их развития!!! Абсурднее названия не придумаешь.
Все идеи первого пути возрождения кратко сводятся к формированию единого блока управления рыбного, лесного и охотничьего хозяйств в виде Министерства биологического природопользования, но без прочих отраслей сельского хозяйства, отказывая им в принадлежности к природопользованию. Здесь же авторы видят место и особо охраняемым природным территориям Минприроды (ООПТ). Конкретно они сводятся к формированию законодательной основы этого блока, анализу технологических взаимосвязей отраслей, включенных авторами в него, как будто это не известно, и в прочих научных разработках (анализ, разработка, выявление, подготовка, уточнение и т.д.). Но как можно серьезно предлагать объединение различных отраслей в единый блок, если эколого-экономические и технологические взаимосвязи их еще не выявлены? Как-то не солидно это. Для этого необходимо создание специального научного центра, целевого его финансирования, что займет не менее 7–10 лет, а с оговоркой авторов – «мероприятиям первого и второго пути должны предшествовать меры по коренному улучшению охраны ресурсов животного мира...» потребуется не менее 20 лет. И эта оговорка тоже очень не солидна для столь авторитетных авторов, уже объявивших «охоту эффективной формой сохранения живой природы, охраны и восстановления охотничьих ресурсов». У нас вроде бы с охотой, не с охотхозяйством, глобальных проблем нет, так что с охраной и восстановлением ресурсов охотничьих животных должно быть также все в порядке. Зачем же коренное улучшение в этом? Вот к каким казусам приводит подмена охотничьего хозяйства охотой и управления ими. Другие даже охотничью отрасль придумали вместо охотничьего хозяйства, не понимая содержания этих терминов. Но я полностью за науку и ее целевое финансирование, если руководствоваться рассуждениями Ходжи Насреддина, взявшегося обучить для хана осла говорить за 7 лет, а если не обучит – смерть. На предупреждения соратников о бесперспективности затеи Ходжа ответил, что за 7 лет или хан помрет, или ишак сдохнет, так что реально ему ничто не угрожает. Вот это действительно тупиковый путь и напрасная потеря времени, отвлечение сил от решения реальных, не допускающих отлагательства задач по выработке государственной политики в сфере охотничьего хозяйства и управления им, а не природопользованием, в котором мы утонем, в срочном формировании законодательно-нормативной базы его, а не управления ресурсами или охотой. Работа эта, учитывая создавшуюся ситуацию в охотничьем хозяйстве страны, сложная, кропотливая, затрагивающая интересы различных министерств и их подразделений, жизненные, в том числе экономические интересы пользователей охотугодьями – охотхозяйств и охотников, которые в предложенных схемах реально отсутствуют.
Еще одно противоречие. Минприроде оставляют только недропользование, но тогда она будет не минприродой, а миннедропользования. В этой усеченной Минприроде достойное равноправное место может найти федеральный орган по руководству заповедным делом. Но буквально через несколько строк в мероприятия первого пути развития охотничьего хозяйства включается «разработка и реализация перспективной схемы особо охраняемых природных территорий (ООПТ), а к ним относятся и заповедники, и тут они уже в другом блоке, в предполагаемом Министерстве биологического природопользования. Любовь В.В. Дежкина к ООПТ природопользованию понятна. Он значительную часть жизни занимался схемами их развития и, видимо, не безуспешно. По площади заповедников и других ООПТ в процентном отношении мы уже давно вышли на уровень цивилизованных стран. Но это не достаточное основание для того, чтобы всю охотхозяйственную деятельность, охотничье хозяйство сводить к проблемам только природопользования.
Что касается оригинальности идеи объединения указанных отраслей в один блок, о чем скромно извещают именитые авторы, то она, после ряда реорганизаций давно уже реализована в братском Казахстане (Главное управление лесного, рыбного и охотничьего хозяйства, но Минсельхоза, что более последовательно), в Германии (Тюрингия и другие земли), во всех небольших странах, где параметры объекта управления (лесного и охотхозяйства) небольшие. В Хорватии в Минлесхозе имеется отдел охотничьего хозяйства в составе начальника и четырех специалистов. Этого достаточно, чтобы отрегулировать охоту на 10 медведей, 1500 оленей и другую дичь, да и права охотхозяйств, их владельцев иные, более широкие. А у нас другое. В Главохоте было 67 чел., а в последнем Охотдепартаменте Минсельхоза – около 45 вместе с бухгалтерией и прочими общими отделами, да в территориальных органах департамента в субъектах РФ, включая районные отделы охоты и районных охотоведов, более 2600 чел. Все они переданы Федеральной службе ветеринарного и фитосанитарного контроля. Где они? Структура и сложность субъектов управления (органов управления в виде министерств, отделов, департаментов и их объединений) зависит от экономических, территориальных и других параметров управляемой системы или объекта управления, его технологических особенностей, обеспечивающих функциональность управления. Это элементарные азы теории управления, которые следует знать и руководствоваться здравым смыслом, а не пытаться объять необъятное. Следует руководствоваться известной формулой счастья – желать реального, а не увлекаться утопией, идеями, оторванными от реальных потребностей охотничьего хозяйства. Сейчас же у нас в праве преобладают идеи управления природными ресурсами или схемы контролеров, ревизоров, удобные для управленцев и облегчающие им жизнь, схемы ученых ресурсоведов, от которых хозяйственникам ни холодно, ни жарко, но трудно.
Природопользование? Да. Что дальше? Каждому грамотному человеку известно, что любая деятельность людей невозможна без использования природных ресурсов. Что позитивного это дает охотничьему хозяйству мы уже видели. Стоит ли настаивать на ошибках, которые в охотничьем хозяйстве мы совершаем почти 20 лет? Хоть тысячу раз повторяй что охотхозяйство – отрасль комплексного природопользования, что и без того ясно, но если его совершенствованием никто не занимается и преобладают не хозяйственные, а природопользовательные концепции (использование ресурсов, долгосрочные лицензии на пользование объектами животного мира, именные разовые лицензии, запреты, в том числе на охрану, разрешения, ограничения и т.д.), то и рассчитывать на прогресс в его развитии не приходится, что мы и наблюдаем.

 В.К. МЕЛЬНИКОВ, биолог-охотовед, профессор, заслуженный деятель науки РФ, академик РАЕН

19 июня 2007 в 11:52






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑