Заячий "профессор"

За мою более чем двадцатилетнюю охотничью практику немало довелось читать и слышать от бывалых охотников разных историй о заячьих уловках и хитростях: то, дескать, на стожок или склоненное дерево заскочил, то на скотном дворе спрятался, а то и вовсе в дупле от охотника схоронился.

фото: Fotolia.com

фото: Fotolia.com

Немало и самому пришлось распутать заячьих маликов, исходить не одну сотню километров, истоптать не одну пару сапог за этим, казалось бы, столь привычным, но от этого не менее желанным для истинного ценителя ходовой охоты трофеем.

И не так просто бывает добыть его, как об этом порой залихватски рассказывают иные охотники. Другой раз измотает тебя заяц до одури, целый день убьешь на разгадывание его сдвоек, петель и скидок.

Нет, смышлен этот зверек, да и в смелости ему не откажешь, хоть и утвердилась в народе молва о «зайчишке-трусишке».

Вспоминается удивительный случай. Было это на Сумщине. В конце декабря, потрафя охотникам, установилась редкостная погода. Легкий, до пяти градусов морозец, мягкая и совсем еще не глубокая для ходьбы пороша, безветренные солнечные дни. Как тут усидеть дома?

Созвонились с товарищами и в пятницу вечером выехали в хозяйство. От Киева путь неблизкий, километров за двести будет.

Прибыли уже затемно, но в хозяйстве нас ждали. Обсудив порядок охоты и наскоро попив чаю, улеглись. Утром, чуть свет — в угодья. Стрелков оказалось порядочно, и егерь предложил поохотиться нагоном, знал: в примыкавшем к жнивью сухом, поросшем мелким подлеском болоте почти всегда залегали на дневку лисы, а поднятые зайцы через него стремились уйти в соседние поля.

 

фото: Fotolia.com

Предположения егеря оправдались. Только «загопали» загонщики, как из болота почти разом вымахнули две лисы. Старый огненный лисовин на левом фланге свернул в канаву и по ней ушел в поле. Видно, не впервой оставляет нашего брата с носом — очень уж уверенно ускользнул.

Вторая лиса двигалась верхом. Постояла недолго, послушала гонцов и легким галопцем пошла на номера. Мелькнула несколько раз в лозняке и пропала. «Неужели и эта?..» — подумалось. Вдруг выстрел и следом торопливый второй. Подошли загонщики. Оказалось, лиса вышла на Аполлона Захаровича Горошко. Но пропуделял он первым вчистую. Вторым достал, упала было лиса, но тут же подхватилась и тяжелыми махами скрылась в лесу.

— Теперь занорится, — с явным волнением в голосе проговорил, что простонал, озадаченный стрелок, рассматривая на снегу капельки крови.

— Дробь круглая, соскальзывает, — пытался кто-то посочувствовать товарищу.

— Не занорится, в этом лесу нет нор, а далеко ей не уйти, бита добро, так что давайте делать оклад, — твердо сказал егерь.

Номер мне достался у небольшого умета в примыкавшей к лесу низинке.

— Гоп... гоп... — пошли загонщики.

Ближе, ближе. Вот уже поравнялись со мной, пошли дальше. «Молчуном» стал медленно продвигаться по краю поля, поодаль от линии гона. Слышу, бахнуло. Впереди голоса. Решил выбираться на дорогу и по ней выходить к месту сбора. Дорога шла вверх на подъем и была хорошо укатана. Метрах в пятистах сзади из-за поворота показался грузовик. Гляжу, в мою сторону продирается сквозь кустарник кто-то из охотников. Да это Аполлон Захарыч!

Выбрался из зарослей, улыбается, доволен. За задние лапы держит свою «кумушку».

— Добрал-таки. Красавица!

— С полем! — кричу.

И тут словно взорвалось у него под ногами. В фонтане снежной пыли взметнулся огромный рыжевато-пепельный, с сизыми подпалинами русачина. Прежде я не видал таких. Лисятник наш рта не успел открыть, вздрогнул только от неожиданности, да так и замер: в правой руке ружье, в левой лиса. А русак уже катит прямиком на меня. Сдернул я ружье. Заяц враз затормозил и сел на задних лапах столбиком. Испуганно таращит на меня глазищи. Метров двадцать было до него, не больше. Самое время стрелять.

— Мой! — мелькнуло в голове.

Видимо, и заяц почувствовал, что в западне оказался. Деваться-то ему было некуда.

Грузовик тем временем мимо меня проезжал. Невольно я голову повернул. Что тут с зайцем сделалось! Словно иглой его кто уколол. Рванулся вперед, прямо под колеса машины. У меня аж дух от такого поворота захватило. «Конец, — думаю, — зайцу!». Ан нет! Косой резко так развернулся, едва не вперившись лбом в колесо, и почти вплотную с ним стал от меня удаляться. Бежал он неторопко, вровень с машиной, как бы примеряясь к ее ходу и понимая, что находится в безопасности. Выстрелить по нему я еще успевал.

 

фото: Fotolia.com

Да разве станешь стрелять? Ведь машина. Стоял я и смотрел, как уходит «мой» заяц. Ближе к вершине подъема он наддал. И то ли показалось мне, а может, и в самом деле было: взбрыкнул заяц этак задом, словно приветил меня, обогнал грузовик и, мигом перелетев дорогу, спокойно уже заковылял к лесу.

Когда собрались охотники, я поведал им о проделках зайца. Слушали меня внимательно, не перебивали, а дальше... пошло-поехало. Хохот, подковырки. Дескать, приврать можно, даже допускается для охотника, но не до такой же степени! Вполне возможно, пошла бы обо мне гулять недобрая молва, если бы не Захарыч, видевший все своими глазами.

Серьезнее всех отнесся к услышанному егерь. Поразмыслив, он без тени усмешки произнес: «Профессор тебе попался, точно, профессор!» И не очень было понятно: шутит он или нет.

Не знаю, какие заяц там лесные университеты проходил, да только еще больше с тех пор окрепла у меня вера в заячью находчивость и смелость.

Иван Касаткин 15 ноября 2013 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑