Под Новый год

Выстрел щелкнул, как удар кнута – неожиданно. Послышался крик Михаила за вербами, ветер снес его, и что он кричал, мы не разобрали.

Фото: Сергей Фокин Фото: Сергей Фокин

Ничто тем январским вечером не предвещало, что следующее утро встретит нас метелью, и поэтому после звонка Михаила, пригласившего нас на охоту, я с радостью перезвонил Игорю. Объяснил, что мы будем охотиться в пойме извилистой речки по обеим ее берегам, поэтому автомобиль брать не надо, что мы поедем на электричке, только я сяду в нее на остановку позже.

Игорь человек надежный и обязательный, и встреча в вагоне произошла точно по плану. Добыч и Плакун, мои пегий и русский гончаки, радостно приветствовали Игоря и вновь свернулись калачиками у наших ног, зная, кого-кого, а их при выходе не забудут. Не проехали мы и пятнадцати минут, как в душу стало закрадываться беспокойство: уж слишком неверно вели себя снежинки, мелькавшие за окном. Они превращались в сплошной белый дождь, и дело было совсем не в стремительном ходе электрички. Заметались из стороны в сторону верхушки лесополос вдоль железной дороги. Погода портилась, как говорится, на глазах.

По пути была низина, которой хватило бы на день охоты, а бугры вокруг снизили бы нашу зависимость от погоды. Поделившись идеей с Игорем, решил созвониться с Михаилом и отказаться от встречи на его территории, благо он еще не выходил из дома. Хвала сотовой связи – через секунды мы услышали голос Михаила. С нескрываемой досадой он отверг наше предложение и успокоил, что у них ветрено, но снег не идет. Решили ехать до станции, где живет Михаил, и через час с небольшим были на железнодорожном переезде, где он нас ждал со своим Беркутом (вот как иной раз называют гончих).

Стоило нам только тронуться в путь, за первой же лесополосой на дороге заметили утренний след русака. Удача улыбалась нам с утра, стал забываться сильный ветер, пронизывающий до костей, в дело вступил охотничий азарт. Михаил встал на след и, показав, куда следует двигаться нам с Игорем, пошел с Беркутом поднимать зайца. След тянул к высохшему озеру, окруженному старыми вербами. Навстречу нам из заброшенных садов вышли еще два охотника с двумя русскими гончими. Поравнявшись со мной, они поздоровались и сказали, что ждали нас с Михаилом, а в сады зашли на разведку. Игорь шел чуть впереди и при разговоре не присутствовал. Я объяснил им, куда ушел Михаил, и мы, не сговариваясь, пошли охватывать озеро, за которым скрылся наш товарищ.

 

Фото: Сергей Фокин

Выстрел щелкнул, как удар кнута – неожиданно. Послышался крик Михаила за вербами, ветер снес его, и что он кричал, мы не разобрали. Глазам же предстало вот что: путаясь в сухой траве, забитой снегом, ко мне приближался русак. По неуверенным скачкам было ясно, что он подранок. Заметил его и рослый русский выжлец наших новых знакомых. Не давая голоса, он резко пошел наперехват зайцу, спрыгнув в котловину озера. Можно было стрелять, но я решил «к чужой славе не примазываться», как когда-то шутил отец, и опустил ружье, решив, что дело сделано. Но не тут-то было! Заяц, собрав последние силы и каким-то невероятным финтом обойдя выжлеца, сходу взял небольшой обрывчик и вышел на накатанную дорогу. С досады выжлец прорвался на голос, на который к нему заспешила вторая русская гончая местных охотников. Немного опаздывая, из соседнего осинника торопился и мой пегий выжлец. Русский выжлец закрыл собой зайца, и для меня второго шанса стрелять не было. Но чудо! Игорь, не поняв общего маневра, оказался впереди нас у той самой дороги, по которой уже не бежал, а летел преследуемый гончими заяц. Промелькнуло: «Боковой, от силы 15–20 метров, сейчас Игорь отличится». Но он медлил и не поднимал ружья. Когда заяц поравнялся с ним, я не выдержал и крикнул: «Бе-е-й!» Игорь прицелился, но вдруг, опустив ружье, растерянно посмотрел в мою сторону. Теперь уже, не выдержав, закричали все, и ветер, словно в помощь Игорю, донес до него наше «бей!». Он снова вскинул ружье и снова его опустил, развернулся и пошел в мою сторону. Заяц и гончие пролетели мимо и скрылись за островком осинника, густо поросшего внутри терном. В недоумении заторопился навстречу Игорю и я. В голове догадки: может, предохранитель подвел, может, патрон забыл дослать в патронник. Когда встретились, я с досадой бросил: «Игорь, в чем дело?» Он посмотрел виновато, но сказал: «Федорович, собаки-то чужие». До меня начал доходить смысл сказанного, но в запале я все продолжал его корить: «Вот чудак! Ну отдали бы тебе патроны, а зайца забрали». И тут только я вспомнил, что Игоря не было при моем разговоре с Сашей и Сережей. Он принял их за случайно встреченных чужих охотников с гончими и не стал стрелять из-под чужих собак – сделал то, перед чем трудно устоять. Где и когда он услышал эту заповедь, я не знал, но в душе было очень приятно: услышал! И запомнил. Запомнил как зарубил!

Что касается той охоты, она удалась. Правда, заяц ушел от нас и от гончих тропами своих собратьев. Вмешался и снег, догнавший нас в лугах и плотно укрывший след русака. Тешили себя надеждой, что рана его несерьезная и он не станет лисьей котлеткой. Не в моих правилах, да еще при четырех гончих, терять подранка, но тут мы были бессильны: метель.

Почему же охота удалась, спросите вы, уважаемый читатель. Да, было все, несмотря на испортившуюся погоду. Была прекрасная работа Добычи и Плакуна по шакалу, и хотя из-за сильного ветра в наши с Игорем спины этот мастер чутья обошел нас тернами буквально в десяти метрах от нас, от выстрела он не ушел. И помогли нам новые знакомые, встретив его у реки. Был взят и заяц, а затем из-под короткой работы гончих Михаил добыл лису. Была еще и лиса-подранок из-под гончих деревенских охотников, которая, видимо, понорилась в обсохшей бобровой норе, коих на речке, где мы были, множество.

В общем, наохотились так, что едва успели к обратной электричке. Мы с Игорем возвращались с пустыми рюкзаками, но полные впечатлений. Кто же мог предположить, что день, не обещавший ничего хорошего, станет таким удачным. Что касается зайца, взял его Игорь не в том сезоне, о котором я писал, а в следующем.

Написав об Игоре, я не ставил своей целью выдавить слезу умиления – вот, мол, какой молодец. Просто захотелось, чтобы со мной порадовался охотничий народ: в нашем полку прибыло! Родился тот, кто улыбнется вечерней заре, отстояв ее в озере до конца, когда, пролетая уже в почерневшем небе, кваква прокричит отбой; кто «сфоткает», как говорит сейчас молодежь, красивые памятные места охоты и ее приятные моменты, когда трофей уже в руках; кто, скинув эти сокровища в компьютер, оживит их в памяти на мониторе, говоря подрастающему сынишке: «А это мы с Федорычем в садах». Приблизится сезон, и я с радостью сниму трубку и напомню: «Игорь, пора брать путевку». И позже, отдав утиные чучела ему и сыну, на охотничьей карте покажу, как проехать к местам, где их ждет незабываемый закат с черными силуэтами уток на нем, а зимой подскажу, без сожаления, верный лаз, как только Добыч помкнет в «Терновке» лису.

Удачи тебе, Игорь!

Николай Щербина, г. Волгоград 25 декабря 2011 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑