По кому скрипят новые грабли?

Прошедший 2009 год стал годом больших разочарований для охотничьей общественности

 

Минсельхозовский Порядок регулирования численности объектов охоты прошел почти незамеченным, но уже правительственные Правила добывания поразили всех своей нелепостью; Федеральный Закон об охоте разрушил надежды и на высший, законодательный уровень власти.

После череды законопроектов, не добиравшихся до парламентских палат, летом 2008 г. впервые в постсоветской истории прошел первое чтение проект общероссийского Закона об охоте. Он вносился огромным числом парламентариев, представлявших все партийные фракции, и был компромиссным по существу, закреплявшим сложившееся положение вещей. Он дорабатывался, неспешно и незначительно, в профильном комитете, как вдруг летом 2009 г. общественность увидела совершенно другой документ. Законопроект претерпел неожиданные и кардинальные изменения, а скорость его прохождения превысила даже обычную для некоторых стандартных ситуаций, требующих чрезвычайной оперативности (ловля блох и некоторые другие взаимодействия объектов животного мира). В середине июля проект принимается Госдумой во втором чтении, уже через день – в третьем, на следующий день (в субботу) его одобряет Совет Федерации, меньше чем через неделю подписывает Президент, и через три дня публикует официально «Российская газета».  

В Госдуме законопроект вызвал бурные обсуждения и полярные оценки. Заместитель Председателя ЦК КПРФ, Академик Россельхозакадемии, депутат Госдумы В.И. Кашин говорил по поводу Закона, что он превращает охоту из благородного увлечения миллионов простых людей в развлечение кучки денежных мешков, отдает лучшие сокровища природы богатеям и вороватым чиновникам. Количество голосовавших «за» практически совпало с численностью представителей фракции «Единой России», голосовавших «против» – с совокупной численностью депутатов КПРФ, ЛДПР и «Справедливой России».  

Ученые старейшего центра охотоведения России, государственного научного учреждения Россельхозакадемии – ВНИИ охотничьего хозяйства и звероводства им. проф. Б.М. Житкова пришли к выводу, что законопроект подлежит либо существенной переработке, либо отклонению. Соответствующие мотивированные заключения направлялись в Общественную палату России, комитеты и палаты парламента, Президенту России. Обращение к Президенту о необходимости наложения вето было подписано более чем 50 представителями около 40 организаций. Эти документы широко публиковались в печатных и электронных СМИ. Против законопроекта активно выступали, хотя часто и с иных позиций, движения за права человека и защитники прав животных.  

Результат оказался нулевым. Закон об охоте, как известно, должен вступить в силу с 1 апреля 2010 г. Власть, по обыкновению, проигнорировала критику, и, как водится, не без издевки. Обращения с призывом блокировать принятый парламентом Закон направлялись Президенту РФ – только он обладает конституционным правом вето, но пересылались в Минсельхоз России, причем с конкретной ссылкой на норму, которая запрещает переадресовывать обращения в органы, не уполномоченные на принятие соответствующих решений, положительных или отрицательных!  

Многие положения законопроекта об охоте обоснованно воспринимались как анекдотические или лишенные здравого смысла. Многие просто опасны.
Например, Закон заменил проверку знаний охотминимума на «ознакомление» с ним, а ведь в охотминимуме – и требования безопасности при обращении с огнестрельным оружием! Это новшество Закона, с одной стороны, пресекает полувековую отечественную практику внедрения и совершенствования обязательного минимума охотничьих знаний, с другой – противоречит ряду международных актов и общей мировой тенденции повышения компетентности и ответственности охотников.  

Закон фактически исключил из сферы регулирования отношения по охране среды обитания животного мира, резко сузил контрольно-надзорные возможности профильных государственных органов, поставил вне их контроля самые опасные для дикой природы отрасли – лесозаготовку, сельское хозяйство, строительство, транспорт.  

Закон предусмотрел переход от конкурсов к аукционам, то есть, от эколого-экономических механизмов к фискально-финансовым. Победитель теперь будет определяться не по размеру экологических обязательств, а по размеру денежных вложений, причем не в отрасль, а в бюджет.  

Закон вводит новые механизмы ущемления прав рядовых охотников. В частности, он:  

– в положениях об охотхозяйственных соглашениях не предусматривает закрепления в них обязательств долгосрочного пользователя относительно количества охотников, параметров охотничьей активности или использования массовых видов;  

– допускает осуществление на закрепленных угодьях лишь одного вида охоты, то есть узаконивает отказ от комплексного использования охотничьих ресурсов, недозволение охоты на массовые виды;  

– устанавливает механизм квотирования, позволяющий долгосрочным охотпользователям не формировать заявки на массовые виды охотничьих животных;  

– узаконивает навязывание охотникам услуг при отсутствии ценового контроля со стороны государства, что позволяет долгосрочному охотпользователю отсекать рядовых охотников установлением сколь угодно высоких тарифов на услуги.  

Закон устанавливает, что общедоступные охотничьи угодья должны составлять не менее двадцати процентов от общей площади охотничьих угодий в субъекте Российской Федерации. Однако это создает лишь видимость решения проблемы публичного охотничьего доступа, поскольку отсутствуют требования к территориальной доступности и конфигурации угодий общего пользования.  

Ожидаются захват лучших местообитаний диких животных финансово-политической элитой, прогрессирующее ухудшение состояния среды обитания объектов животного мира в связи с отсутствием отраслевого контроля, как общественного, так и государственного, снижение компетентности и ответственности охотников, их общего количества и охотничьей активности, деградация охотпользования, рост социальной напряженности.  

Содержательный анализ Закона об охоте подтверждает мнение о том, что главной задачей инициаторов его принятия является коммерциализация и приватизация охотничьих угодий и животных, вспомогательной задачей – вывод этого процесса из-под общественного и отраслевого контроля.  

В целом, Закон имеет антиобщественную, антиэкологическую и антиохотничью направленность. Он закрепляет худшие практики и тенденции, вызывающие в последние годы резкую критику массы рядовых охотников.  

Общий ущерб от введения в действие нового Закона, как мы полагаем, значительно превысит возможные положительные эффекты немногих содержащихся в нем конструктивных норм.

Н.В. КРАЕВ, заведующий отделом «Хозяйство и Право» ВНИИОЗ им. проф. Б.М. Житкова, 
кандидат юридических наук, С.П. МАТВЕЙЧУК, старший научныйсотрудник отдела, г. Киров 

Н.В. Краев, С.П. Матвейчук 9 марта 2010 в 13:38






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑