Поможет ли отстрел сеголетков?

С интересом прочитал статьи Бориса Гальцева и Андрея Линькова в №№ 35, 36 «РОГ» о половозрастной структуре добычи лосей. Сразу же захотелось высказать свою точку зрения по данному вопросу.

Фото ucumari photography/flickr.com (CC BY-NC-ND 2.0)

Фото ucumari photography/flickr.com (CC BY-NC-ND 2.0)

Коллега из Нижегородской области как-то увязал развитие охотничьего хозяйства Финляндии с выходом ее из состава России. Хочу сказать, что в упомянутые им 70–80-е годы прошлого столетия в СССР состояние охотничьего хозяйства было не на много хуже, чем в Финляндии.

Прибалтика, а также лесная зона Европейской части РСФСР если и уступали по добыче лося скандинавам, но не на столько, если сравнивать с сегодняшним периодом.

Б. Гальцев пишет, что сами финны говорят о высоком уровне добычи как о результате планового управления популяцией. Так ли это? Финны даже не задумываются, что это также результат давно сведенного к минимуму браконьерства и низкой численности волка. Это для них само собой разумеющееся.

В Российской же Федерации браконьерство, волки и отсутствие достоверных учетных данных до сего времени так и не позволили восстановить растерянную в 90-е годы прошлого века численность лося и других диких копытных животных.

Одним из менее вскрываемых способов браконьерства, но приносящим наибольший ущерб поголовью лося, является добыча нескольких животных по одному разрешению.

На вопрос, нужно ли увеличивать процент добычи лосей в возрасте до года, отвечу, что при сегодняшнем состоянии численности этого вида в РФ такой подход был бы полезен, особенно в регионах, где высокая численность волка. Но осуществимо ли это?

Прав А. Линьков, что деление в отстреле взрослых особей на возрастные категории — бессмысленно, поскольку есть охотники, которые не всегда отличают даже взрослую особь от сеголетка. И все же большинство охотящихся на практике отличают молодняк от взрослых, особенно на фоне взрослой самки.

Но все ли охотники и охотпользователи будут соблюдать квоты по добыче лосей в возрасте до года? Добывать сеголетков было выгодно, когда подавляющий процент запланированных к отстрелу лосей шел на мясозаготовки, а бригаде выплачивалось вознаграждение с головы, как в Ярославской области, а не с килограмма мяса.

Увеличение доли в отстреле сеголетков положительно скажется на статистике добычи — отстрелено будет большее число особей, а также на выходе мясной продукции, но это не всегда выгодно экономически охотпользователю.

Современный охотник платит за трофей, а не за мясо. Хозяйству бывает выгоднее добыть одно взрослое животное, чем двух в возрасте до года. Не секрет, что сегодня есть хозяйства, арендуемые частными структурами, где добывается животных не столько, сколько определено квотой, а столько, сколько пожелал хозяин.

Для таких хозяйств устанавливать долю отстрела молодняка бессмысленно. Для большинства общедоступных угодий существует та же проблема. Что и сколько добывает охотник по разрешениям на сеголетков, известно им самим да Господу Богу. Вот и получается, что внедрение на бумаге финского опыта планирования добычи вряд ли приблизит охотничье хозяйство России к финскому уровню.

Прежде чем увеличивать долю добычи молодняка лося, необходимо обеспечить справедливое, пропорциональное распределение лимита добычи среди охотпользователей и контроль за добычей каждой особи.

Для правильного планирования добычи госорганы должны обладать достоверными данными о численности зверя в регионе. Теория о том, что каждое хозяйство должно добывать лося, сколько само себе запланировало, глубокое заблуждение.

Больным остается вопрос регистрации факта добычи лося. Проставление даты добычи в разрешении считаю устаревшим способом, не дающим должного результата. При транспортировке туши добытого животного охотнику достаточно держать авторучку под рукой — если «не попался», добыть позже еще одну особь, и так, пока «не застукали». На практике добыча не признается незаконной, даже если браконьер, спустя неделю, перехватил разрешение у другого охотника и закрыл его, а то, что разрешение было у охотника, но не закрыто, это мелкое нарушение.

Необходимо искать наиболее эффективные способы контроля за освоением квот. Мной уже предлагался один из таких способов — sms-сообщения и жесткое наказание за его отсутствие. Охотник должен помнить о серьезности и неизбежности наказания, если он не подтвердит добычу животного.

Если сокрытие добычи исходит от руководства охотпользователя, такие руководители должны знать, что на первый раз в хозяйстве на год будет закрыта охота, а при повторении подобного — будет поставлен вопрос о расторжении охотхозяйственного соглашения.

Одновременно с борьбой с «законным браконьерством» необходимо найти пути минимизировать другие формы незаконной добычи, а также повсеместно снизить численность волка и не останавливать эту работу.

Лишь после того как добыча лося окажется под ощутимым учетом и контролем специально уполномоченных органов, можно будет ставить вопрос об увеличении процента добычи животных в возрасте до года, и сделать это можно будет не путем установления выдачи отдельных бумаг, а путем стимулирования охотпользователя на большую добычу сеголетков.

Например, квоту устанавливать только на взрослых животных, а молодняка пусть добывают, сколько сумеют. Причем, если охота организована администрацией охотпользователя, не надо заставлять оформлять массу бумаг для этого и проверять, правильно ли они оформлены (как это любят делать надзорные органы, ведь при желании всегда можно найти, до чего «докопаться»). Нужно будет контролировать в случае отстрела животного — был ли зарегистрирован факт добычи.

Чтобы читатели правильно меня поняли, хочу отметить, что я вовсе не призываю к тотальному государственному контролю «за всем и вся». Контроль должен осуществляться именно за соблюдением квот добычи лося и других стратегических видов, планирование добычи которых должно осуществляться в рамках как минимум всего региона и неоправданно, на уровне отдельных охотничьих угодий, а все, что возможно планировать на уровне охотпользователя, им и должно планироваться.

Я, например, согласен с выводом кабана из лимитируемых видов, по крайней мере для Европейской части России. Думаю, что можно найти и другие виды, которые можно исключить из лимитируемых, и ничего не изменится.

Для справки сообщу, что с середины 70-х годов до середины 90-х двадцатого века Ярославская область ежегодно добывала от 2800 до 3500 лосей с 3,5 млн га охотугодий. При этом за исключением двух сезонов отстрел сеголетков составил чуть больше 20% при планируемых 20%, за счет отсутствия абсурдного, как ныне, запрета добычи молодняка в возрасте до года по разрешению на добычу взрослого животного.

Два же года, из оговоренных выше, по рекомендации Главохоты РСФСР пытались довести добычу сеголетков до 40%. Освоение этого процента давалось нелегко, из-за отсутствия у охотников в то время нарезного оружия.

Анатолий Дурандин 21 сентября 2015 в 03:39






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 0
    Александр Васильев офлайн
    #1  21 сентября 2015 в 13:38

    Все-таки поможет, раз такой подход полезен. Значит, к этому и надо стремиться, а разных особенностей и трудностей, у нас хватает, в числе которых социальные потрясения которые всегда влияли на численность в первую очередь. Примечательно, что тему эту поднимает мелкий охотпользователь, а не государственные органы управления охотой.

    Ответить




Принимать участие в голосовании могут только зарегистрированные пользователи. Авторизоваться / зарегистрироваться











наверх ↑