Призрак Новотны

Мой товарищ, узнав, что я еду в Австрию, попросил навести справки об оружейнике Матиасе Новотны из Вены.

Фото Антона Журавкова

Фото Антона Журавкова

Казалось бы, чего проще: маршрут мой пролегал из Вены в Айзенштадт, где проходило первенство Европы по стрельбе из дульнозарядного оружия, а среди его участников-стрелков всегда есть коллекционеры оригинального (по-нашему антикварного) оружия — как-нибудь, думал я, информация да проявится.

В отличие от России, в Европе стрелять из антикварного оружия не возбраняется, и народ изучает его историю досконально. Даже фотографии ружья вызывают неподдельный интерес у стрелков, у которых пытливость коллекционера смешивается с азартом спортсмена, ведь среди стрелковых дисциплин есть и стрельба по тарелочкам именно из таких ружей (я сам наблюдал у английской команды ружья с маркировкой Manton и Egg). А чего стоят результаты стрельбы из фитильного оружия на 50 метров в стандартную мишень № 4 немецкой команды! Два стрелка выбили по сто очков из ста, и только замеры кучности попаданий выявили победителя. Разница была в 1 мм!

 

Использование дульнозарядного оружия требует наличия непривычных для сегодняшних охотников аксессуаров: пороховницы, специального шомпола, ключа для смены затравочных стержней.


Но вернемся к ружью Новотны, которое хранится у моего приятеля. Это классическая двустволка с капсюльными замками, врезанными в шейку. Общая длина составляет 1 150 мм, длина ствола 740 мм, вес 3 800 г. Во всей конструкции просматривается бюргерская добротность, свойственная немецким и австрийским оружейникам. Положив рядом с ним, к примеру, ружье французского мастера, вы непременно отметите его изящество и шарм. Конструктивно ружья особо не различаются, только у «француза» за правый ствол отвечает передний спусковой крючок, а у «австрийца» задний.
Такие конструкции охотничьих ружей были широко распространены с первой трети XIX века. Что же касается времени изготовления ружья моего приятеля, то с уверенностью можно сказать, что сделано оно после 1838 года, когда Новотны уже открыл свою мастерскую в Вене. Верхний предел изготовления оружия соответствует, скорее, 1856 году: по легенде, в этом году мастер застрелился из-за несчастной любви. Впрочем, ограничить время выпуска ружья годом его смерти нельзя, ведь могли остаться заготовки, сделанные ранее, и фирма после смерти мастера еще какое-то время выпускала оружие с именем Новотны. Подтверждением этой версии служит пара пистолетов, хранящихся у одного австрийского коллекционера. На его замках стоит еще имя Новотны, а уже на стволах — Шпрингера. Последний, начав работу у Новотны гравером, в 1857 году выкупил предприятие у вдовы мастера и назвал его своим именем. Определить временной промежуток более точно помогли бы похожие изделия, но о подобном ружье с годом производства 1856 я только слышал, видеть же его мне не привелось.

 

Мешочек для дроби кажется архаичным, но использовались подобные «емкости» даже в середине ХХ в.


Эти ружья предназначались для охоты дробью на некрупную дичь. Стволы из дамаска, достаточно мощные в казенной части, к дульному срезу утончаются. Диаметр обоих стволов одинаков — 19,6 мм. Цифра 1, стоящая на них, говорит, что был еще дополнительный ствольный блок, или же это была пара ружей. Приклад из фактурного ореха выполнен в классическом стиле, тыльник прикрыт стальным затыльником, украшенным травленым орнаментом. В ложу с боков врезаны замки с изображением охотничьих собак, снизу стальная спусковая скоба также украшена изображением собаки, бегущей за зайцем. Надо сказать, что рассматривать рисунки на старом оружии доставляет особое удовольствие: ты как бы совершаешь путешествие во времени, видишь, какие породы собак использовались на охоте, как одевались охотники и какие раньше были большие... зайцы. Стиль гравировки напоминает ранние работы


Йохана Шпрингера, но утверждать, что это именно его работа, никаких оснований нет. Данное ружье — одна из последних моделей классического дульнозарядного оружия. В это время на рынок потоком хлынули первые казнозарядные системы. Возможно, Матиас Новотны был одним из последних мастеров, кто многое делал сам, а не использовал готовые детали других производителей. По крайней мере никаких сторонних клейм ни на замках, ни на стволах я не обнаружил.


Посередине межствольной планки нанесена золотом надпись «M. Nowotny in Wien». Аналогичная маркировка стоит и на замочных досках: на правой имя мастера — Nowotnii, на левой — название места производства. Вызывает любопытство различие в написании фамилии на стволах и замке: Nowotny и Nowotnii. Есть мнение, что это связано с личностью заказчика. Ведь в ту пору в составе Австрийской империи каких только наций не было, и мастер мог писать свою фамилию, подстраиваясь под клиента. На ружье имеется герб заказчика, который, судя по всему, носил баронский титул. Впрочем, как сказал известный австрийский историк Джозеф Эхаммер, приехавший на турнир, отделка ружья чересчур хороша для барона. Ничего более о покупателе выяснить не удалось.


Раньше я думал, что достаточно приобрести справочник по оружейникам разных стран, и все будет ясно. Но нет, никакой даже самый подробный профильный «талмуд» не содержит полной информации. Некоторые оружейники упомянуты одной строкой: имя, фамилия, город и примерное время работы. А некоторые не упомянуты вовсе.

 

Многим непонятно, как скрепляются стволы капсюльных двустволок с колодкой. Окончания казенников стволов исполнены в виде крюков, которые входят в ответные пазы колодки.




Капитан словацкой команды Ян Светлик припомнил книгу чешского историка Владимира Долинека с выписками из разных архивов. Судя по ним, в одно и то же время существововали два человека не только с одинаковыми именем и фамилией, но и с одним и тем же родом занятий. Невероятно, но в истории такое встречается. Достаточно вспомнить, что в Нью-Йорке в 1860-х годах жили и творили два человека по имени Сэмюэль Слокум: один изобрел степлер, другой — револьвер с боковым заряжанием. И если о Сэмюэле Слокуме-оружейнике не сохранилось практически никакой информации, то биография его тезки достаточно известна. Нечто подобное, похоже, произошло и с Матиасом Новотны.


Судите сами. Матиас Новотны (условно первый) родился в 1783 году в городке Поричане, недалеко от Праги, а в 1823–1825 гг. в городке Йозефов (недалеко от города Карлов Градец) у мастера Карла Хопфа появляется ученик по имени Матиас Новотны. Если это один и тот же человек, то быть учеником в 40 лет уже поздновато. На Пражской промышленной выставке 1829 года работа М. Новотны — капсюльное ружье — отмечена бронзовой медалью. Согласитесь, для недавнего ученика это рановато. Затем нам известно, что в 1836 или 1838 году в Вену из города Карлов Градец приезжает оружейник Матиас Новотны, который в 1849 году по восшествии на престол императора Франца Иосифа становится придворным оружейником. А в это время в Литомержице, до самой смерти в 1863 году, продолжает работать тоже Матиас Новотны (первый). И такая чехарда в документах встречается постоянно. Более того, и в наше время в одной из мастерских по ремонту оружия в Праге работает мастер по фамилии Новотны. Я этих документов не видел, но репутация
В. Долинека сомнений не вызывает.


 

Novotnii или Novotny? На стволе и замках производитель обозначен по-разному. В чем причина? Однозначного ответа на этот вопрос нет.




Возможно, какая-то информация хранится в архиве семьи Шпрингеров, но там имя Новотны, похоже, табу, а сам он настоящий призрак: дату основания фирмы Шпрингеры приводят со дня ее открытия, но о самом Матиасе не говорят ни слова.


Пытаясь во всем разобраться, я невольно обратился к истории оружейного дела в России. В то время как в 1829 году на Пражской выставке выдающиеся мастера Европы получили медали за капсюльное оружие, у нас и в 40-х годах все еще шла дискуссия о преимуществе капсюля над кремнем.


 

Два ружья: слева — «австрияк» Новотны, справа — «француз» Лепажа. Насколько близки они по конструкции, настолько разнятся по исполнению.


Часто трудности, возникающие в поисках нужной информации, зависят не от нас. К сожалению, в разрушенном в Первую мировую войну бельгийском Льеже были потеряны архивы многочисленных оружейных фабрик; много белых пятен остается и в сравнительно недавней истории. Но, быть может, и хорошо, что мне не удалось выяснить все до конца о Матиасе Новотны. Возможно, именно за тайну, которую хранит старое оружие, мы его и любим?

Игорь Вербовский 12 ноября 2013 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑