В погоне за весной

Первыми из нас не выдержала команда Андрея Черкашина и помчалась в Чаплыгинский район Липецкой области утром 4 апреля.

Фото автора Фото автора

По его словам, снега на прошлогоднем месте охоты было по колено, и, чтобы проехать к месту ночлега, пришлось нанимать грейдер. Три дня, проведенные в снежных окопах, ни к чему не привели. Гуся не было. Так что решено было вернуться 7 апреля домой. Наша команда, учтя этот горький опыт, с выездом не торопилась. Уладив все проблемы на работе и дома, наметили выехать 10 апреля.


Прибыв на место в Краснинский район, произвели разведку местности на наличие гуся, заняв господствующие высоты. Снега в полях уже не было, Дон разлился, выйдя из берегов. Множество пролетной утки отдыхало на воде, в основном чирковые (свистунки, трескунки), гоголь и чернеть. Кряковых же было немного. А гуся не было вовсе! И ночью мы его не слышали, хотя в прошлые годы в это время он не давал нам спать.
Утром повторная разведка основных коридоров пролета не принесла никаких результатов. Увидели только стаю белощекой казарки из пяти птиц, отдыхающих на луже, в зеленях, в трехстах метрах от дороги.


Поддерживая постоянную связь с ребятами из первой команды, узнали, что много гуся скопилось на границе с Воронежской и Тамбовской областью. Состоялся короткий совет, и наша дружная команда сорвалась с места. Двести тридцать километров южнее – и мы в Добрянском районе. Весь день колесили в поисках гуся и наконец в 19:00 увидели первую стаю голов в тридцать. За ней вторую, третью. Две стаи по шесть и восемь гусей завертелись над полем, за лесополосой, и сели. Их вид вскружил нам голову. Захотелось побыстрей определиться с местом, обустроить лагерь и приступить к подготовке самой охоты. Проехать мы смогли только в одно место, не очень удобное в плане охоты, но выбирать не приходилось. Пока разбили лагерь, над полем прошло четыре стаи, заманчиво гогоча. Чучела расставляли уже глубокой ночью, чтобы с рассветом приступить к охоте.


Утром оказалось, что основной коридор пролета гусей проходит левее на километр – полтора. Легкий завтрак у костра, и японский внедорожник, одетый в цепи, ласково урча, пополз месить липецкий чернозем. Наши усилия не прошли даром. Было найдено поле кукурузы размером 1,5х1 км, с пятью лужами, на котором кормился гусь. Второй джип проехать до места не смог, так что лагерь остался на прежнем месте, а чучела и скрадки мы перевезли к месту предстоящей охоты.
Пару слов о погоде. Дождь лил с 10-го по 13 апреля с перерывами на час, порывистый ветер опрокидывал стулья и прижимал к земле палатку. Погода наладилась к вечеру 13 апреля. Ветер разогнал дождевые облака, на горизонте появилось робкое весеннее солнце, наполовину прикрытое плотным одеялом облаков. Словно сонная красавица, ежась от ветра, оно не хотело показываться целиком. Мы поспешили на поле, заходя, подняли стаю около ста гусей, сидящих в низине и не видимых в бинокли. Это придало уверенности в успехе. Но получилось следующее. Улетевшая стая приземлилась на соседней пахоте у большой лужи, и все остальные, привлеченные невообразимым базаром, уходили туда. Несколько стаек нам все же удалось завернуть, что для гусей обернулось легким испугом. А мы, насладившись гусиным концертом под пологом ярких звезд, полностью удовлетворенные прожитым днем, поехали спать.
Утро встречали на поле в ожидании налета гусей. И не обманулись! Каждый из нас имел немало шансов добыть желанный трофей, но некие высшие силы распорядились по-своему. На то она и охота! Впрочем, никто не уехал огорченным. У всех на лицах сияли улыбки.


Отдельное спасибо хочется сказать коллективу егерей Добринского охотхозяйства под руководством районного охотоведа Николая Васильевича Внукова, и особенно – Владимиру Васильевичу Сигорских. Это добрые, отзывчивые люди, стоящие на страже и защите природы, всегда готовые прийти на помощь правильному и честному охотнику и наказать нерадивого браконьера, помочь советом. Долгих лет жизни им и удачи в нелегком труде!
Многие спрашивали: «А стоило это того?» Конечно, стоило! Первая охота в этом сезоне открыта, а с гусем мы встретимся уже совсем скоро, на Ивановской земле! Лети, дорогой! До скорой встречи!


ТВЕРСКАЯ
Утром 24 апреля выезжаю в Тверскую область. Пять часов дороги пролетают незаметно. Оставляю машину, надеваю сапоги и иду к дому охотоведа пешком. Юрия встречаю улице за разделкой глухаря.
– Начальство попросило на чучело, – кивнув головой на висевшего на сосне глухаря, говорит он.
Пообщавшись за чаем, получив лицензию на глухаря и тетерева, еду к Ивану Александровичу. Днем ставим шалаш на тетеревином току, а вечером идем на тягу. Пытаюсь снять на камеру свою охоту, но делать два дела одновременно не получается. Видел десять вальдшнепов, стрелял по двум, оба раза мимо. Иван Александрович двух взял.


В четыре утра я уже сижу в шалаше и жду подлета тетеревов. Через час первое «чуфыш-ш-ш» раздается в ста метрах от меня. Не успеваю подумать, что ток сместился в сторону, как приближающийся шум крыльев заставляет замереть мое сердце. И вот уже в темноте, в метре от шалаша, с грохотом приземляется первый петух и через пару секунд оглушает меня очередным своим «чуфыш-ш-ш». С разных сторон слышатся подлеты приглашенных на турнир соперников. Сердце выпрыгивает из груди, барабанит по ребрам, его удары отдаются эхом в висках. Поляна вокруг меня наполняется льющейся, словно ручей, нескончаемой бурлящей песней, будоража и без того переполненную эмоциями душу. Темнота отступает, уже видны белые подхвостья бормочущих тетеревов, но туман портит все. Фотографировать не получается – камере не хватает света. А жаль: ведь самые интересные моменты происходят именно сейчас. На арене любовных игр страсти идут лавиной Вот прилетевшая тетерка важно расхаживает между желающими ей понравиться кавалерами. Появление «дамы» вмиг превращает их в соперников, которые налетают, молотят крыльями и выдирают друг из друга перья, всеми силами пытаясь привлечь к себе внимание. Но вот счастливый избранник удаляется за наградой, и страсти, пылающие еще минуту назад, постепенно стихают.


Туман немного рассеивается, я снимаю токующих тетеревов на камеру. Но пора и поохотиться! Выбрав ближнего ко мне тетерева, плавно жму на спуск. Грохот выстрела эхом проносится по току – на русой траве остается отливающий синевой краснобровый черныш. Петухи, тревожно вытянув шеи, минутой молчания проводят в последний путь своего собрата. Но жизнь не стоит на месте, и вскоре ток бурлит снова…
Больше я стрелять не стал. Тетерева покинули ток, я вылез из шалаша, разминая затекшие от долгого сидения ноги. Поднял добытого краснобрового красавца и, налюбовавшись великолепным трофеем, двинулся в сторону деревни.
В обед мы пошли на глухариный ток, а на следующее утро добыли там его величество глухаря. Но это отдельная история. В обед
26 апреля я уже мчал обратно, чтобы утром 27-го уехать в Ивановские края.


ИВАНОВСКАЯ
Взяв путевки, наш большой дружный коллектив двинулся к месту предстоящей охоты. После того как устроились в доме, мы приступили к разведке. Места присад и пролетные коридоры гуся мы знали хорошо, но было опасение, что он уже прошел, так как друзья, охотившиеся на открытие 21 апреля, неплохо постреляли. Мы же смогли все собраться только 27 апреля, а это поздновато. Правда, этот факт никого не смущал. Подсадные в корзинах, местный вальдшнеп никуда от нас не денется, и тетерева непременно порадуют своим бормотанием страстную охотничью душу.
Разведка показала, что гусь, хоть и не многочисленный, есть. Но места кормежки (присады) были уже заняты местными охотниками – на больших лужах стояли их профили. На наших глазах стая из пятнадцати гусей пыталась сесть на одну из луж, но что-то смущало осторожных птиц. То ли плоские профили, то ли блестящая роса, то ли еще что, но гуси, делая круг за кругом, никак не садились. Покружив, ушли за лес, потом вернулись и сели в трехстах метрах от профилей. Значит, других полей поблизости не было.


Окопы и скрадки сделаны, осталось дождаться вечера. Все собрались за большим столом, накрытым на свежем воздухе. Закипела работа: кто чистил картошку, кто резал лук, кто накрывал на стол, я же варил шулюм из привезенной бобрятины. Вокруг все гудело, словно большой пчелиный улей. Чувствовалось всеобщее возбуждение – от предстоящей охоты, пьянящей свободы и начинающегося застолья…
Вечером Петр Михайлович поехал ждать гусей, охотовед Сергей Синицын с сыновьями отправился на реку поохотиться с подсадными, остальные устремились на тягу. А когда собрались вместе, подвели итоги вечерней зорьки. Синицын и сыновья – два селезня, Николай и я видели двух вальдшнепов, один пролетел стороной в 21:35, второй налетел на нас через десять минут и был добыт. Остальные тоже видели и стреляли, но, по общему мнению, вальдшнепа намного меньше, чем в прошлом году. Петр Михайлович остался без выстрела, но пару транзитных гусиных стай видел.
Утро встретили на поле. Расставили больше полусотни полнокорпусных итальянских обманок, замаскировались и замерли в ожидании гусей. Три стаи залетело на поле, и можно было стрелять, но одним казалось, что на соседей гуси зайдут ближе, другие, «зевнув», упустили свой шанс. Короче, утром никто так и не выстрелил. Забегая вперед, скажу, что за пять дней Петр Михайлович так и не добыл своего гуся. Снимаю шляпу перед ним за его терпение! Общим итогом нашей охоты стали два тетерева, пять селезней и два вальдшнепа. Немного! Но удовольствие от проведенных вместе дней не измерить количеством добытой дичи. Все получили положительный заряд энергии и эмоций от общения с друзьями на лоне природы и пообещали друг другу встретится на открытии в августе.


ПОДМОСКОВЬЕ
В этот раз открывать весенний сезон в Подмосковье меня пригласил Николай Алексеевич Курков в Орехово-Зуевский район, где на разливах реки Нерская он с друзьями каждый год охотится с подсадными на утренних зорях.
Извилистая лесная дорога привела нас на живописный берег. В кругу вековых сосен, на большой поляне, развели костер. Кто-то суетился у костра, приготавливая ужин, кто-то надувал лодки – в общем, жизнь на берегу бурлила рядом с быстро текущей рекой. Не дожидаясь ужина, мы с Алексеем, сыном Николая Ивановича, поплыли выбирать место для постройки моего шалаша. В этом году река разлилась настолько, что приготовленные заранее шалаши целиком ушли под воду. Такого разлива не было как минимум лет двадцать. С трудом отыскав подходящее место на большом бугре, приступили к постройке шалаша. Вдвоем дело спорилось, и через час шалаш был готов. Оставалось самое трудное – дождаться утра. Возвращаясь обратно, Алексей показывал верхушки затопленных шалашей, повествуя, как хорошо он охотился здесь прошлой весной.


Вот лодки причалили к берегу, где трещал поленьями жаркий костер, лился заразительный смех, эхом отражающийся от воды и стены темнеющего соснового бора. Запах жареных шашлыков и печеной картошки кружил голову, заставляя то и дело сглатывать слюну. За разговорами, тостами незаметно опустилась ночь. Костер, переливаясь всеми оттенками красного, время от времени выбрасывал вверх сноп искр, словно салютуя угасшему дню и приветствуя наступающую ночь. Накрапывающий дождик быстро кончился, и через какое-то время появилась первая робкая звезда. За ней еще одна, и скоро весь небосвод засиял белоснежными кристаллами. Сытный ужин и тепло костра сделали свое дело, на веки навалилась пудовая тяжесть, и не в силах ее побороть я провалился в глубокий сон…
Будильник настойчиво напоминал, что я приехал на охоту. Самые «сильные» все еще сидели у костра. Чашка чая, чтобы взбодриться, подсадная в лодку и – вперед. Тихо гребя веслами, лавируя между затопленных кустов, плыву в темноте к своему шалашу. Наконец в предрассветных сумерках показывается светлый бугорок. Высаживаю Катьку и мигом к своему укрытию. Лодку в кусты, закидываю ее заготовленным лапником и ныряю в шалаш. Катерина уже отдает свой голос, призывая кавалеров. Только устроился, как первый зеленоголовый жених, без облета, плюхнулся на плес рядом с подсадной. Эхо громом прокатилось по разлившейся реке, оповестив, что первый в этом сезоне селезень добыт. Катерина старалась, зазывая кавалеров, но больше подлетов, увы, не было.
Каждый добыл по селезню, отмечая при этом, что утки гораздо меньше, чем в прошлом году. Вечером все разъехались по полянам послушать длинноносого лесного отшельника – вальдшнепа. Я стоял последним на лесной просеке. Первый кулик протянул за спиной в 20:45. Через пять минут я услышал приближающееся «цвиканье», и второй вальдшнеп показался над верхушками берез, летя в мою сторону. Быстрая поводка, выстрел, и он, расправив крылья, по наклонной полетел вниз. Добавил вдогонку вторым, для уверенности. Чисто битая птица упала в пятнадцати метрах от меня. Пулей помчался подбирать первого в этом сезоне добытого вальдшнепа. Красавец! По методике, описанной в «РОГ», определил, что птица взрослая, но очень худая. Еще два вальдшнепа прошли стороной, один на виду. Пауза около пятнадцати минут, и ухо уловило отдаленное «цвиканье» приближающегося кулика, сопровождаемое выстрелами стоящих передо мной охотников. Вот он вынырнул и натек на меня по центру просеки. Первый выстрел был в штык, второй прогремел салютом вслед за ним, и невредимый вальдшнеп скрылся за верхушками деревьев.


– Везунчик! – прокричал я ему в след, сняв шляпу.
Незаметно опустились сумерки. Мы возвращались к машинам, обсуждая прошедшую тягу, как вдруг приближающееся «цвиканье» заставило всех замолчать как по команде. Темное пятно вальдшнепа было еле видно на угасающем небосводе. Выстрел навскидку, и кулик, оборвав свой полет, комом упал на землю. Хороший финал нашей охоты! Команда, стоявшая на поляне, хорошо постреляла. В общей сложности видели десять долгоносиков, но добычей стал один.
Вот так прошел наш праздник – в дружной веселой компании, под вальдшнепиное цвиканье и зазывистые голоса подсадных, под звонкий смех и охотничьи байки у костра. Спасибо, друзья, за незабываемое время, проведенное вместе! Ни пуха ни пера!

Дмитрий Васильев 5 июля 2012 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑