Когда приходит песец…

2000 шкурок песца добывали за одну зимовку на Командорских островах русские зверо­промышленники

Фото: Юрий Артюхин Фото: Юрий Артюхин

Командорские острова, расположенные у северо-восточного побережья Азии на границе Берингова моря и Тихого океана, населяет только один аборигенный вид наземных млекопитающих — голубой песец.

Точно не известно, каким образом эти животные сюда попали. Георг Стеллер, натуралист, участник 2-й Камчатской экспедиции под руководством Витуса Беринга, полагал, что их занесло сюда с севера плавучими льдами. Однако, скорее всего, песцы проникли на острова во время одного из ледниковых периодов, когда зимой льды соединяли Командоры с материком. В любом случае произошло это довольно давно — десятки тысяч лет назад. Заселив два основных острова Командорского архипелага — Беринга и Медный, — животные успели настолько измениться, что сегодня ученые-систематики признают их самостоятельными эндемичными подвидами.

 

Морские птицы — одно из самых любимых лакомств для командорских песцов. Фото: Юрий Артюхин

Командорские песцы — самые крупные среди своих сородичей: самцы медновского подвида величиной со среднюю собаку — длиной до 75 см (не считая хвоста) и весом до 8 кг.

Становление командорских популяций протекало в необычных экологических условиях, сильно отличающихся от таковых в материковых арктических тундрах — основной части ареала этого вида. Во-первых, на Командорах песцы существуют на небольшой, полностью изолированной территории (площадь острова Беринга — около 1700 кв. км, Медный — почти на порядок меньше), что значительно ограничивает возможности их расселения и полностью исключает характерные для этого вида протяженные миграции. Во-вторых, до недавнего времени здесь отсутствовали мышевидные грызуны, являющиеся важнейшим компонентом питания материковых песцов. На остров Беринга в конце 19 века завезли красных полевок, которые вскоре чрезвычайно сильно размножились. Тем не менее эти грызуны до сих пор не играют заметной роли в жизни беринговского подвида.

 

Фото: Юрий Артюхин

Основной источник корма песцов это море, которое круглый год в избытке снабжает их рыбой, морскими ежами и ракообразными, погибшими птицами, тюленями и китами. На лежбищах морских зверей песцы деловито снуют в поисках падали. В колониях морских птиц им удается поживиться яйцами и птенцами, а на нерестилищах — лососями. В поисках пищи песцы неутомимо патрулируют все морское побережье, регулярно наведываются и во внутренние районы суши. Командорские острова покрыты сетью троп, по которым звери предпочитают передвигаться. Основная «магистраль» — по берегу моря. За зиму песцы так утрамбовывают этот путь, что снег на тропе выдерживает вес человека. Знаю это по собственному опыту: на маршрутах сам не раз пользовался песцовыми тропами, чтобы не проваливаться в рыхлом мартовском снегу.

 

Северные олени, погибшие в период зимней бескормицы, становятся добычей песцов, помогая им дожить до весны. Фото: Юрий Артюхин

Нацелившись на добычу, песцы проявляют поразительное упорство и смелость. К примеру, на лежбищах морских котиков они не довольствуются ролью санитаров, «утилизируя» павших животных, но и способны в одиночку одолеть живого щенка, который по своей величине не уступает песцу. Известны случаи нападения на детенышей сивучей. Новорожденный сивучонок в 3 раза тяжелее песца, и к тому же самка активно его защищает. Однако это не пугает песцов. Собравшись группой, они неотступно осаждают мать с детенышем; кусают по очереди и в итоге изводят сивучонка до смерти.

Своеобразные островные условия наложили отпечаток на уклад семейной жизни командорских песцов. В отличие от материковых популяций, в которых потомство выводят объединившиеся в пару самец и самка, на Командорах песцы в брачный период часто образуют сложные семейные группы. В таком семействе щенков обычно выращивают самец, одна или две самки-роженицы и еще одна самка-помощница. Для размножения семья занимает свою старую выводковую нору либо выкапывает новое убежище. Каждый год зверьки подновляют и расширяют свое жилище, в результате чего со временем оно превращается в сложный подземный лабиринт со множеством ходов-отнорков, скрытых в зарослях травы.

 

Щенки командорского песца любят погреться на скудном северном солнышке. Фото: Юрий Артюхин

Потомство появляется на свет в начале июня. В помете обычно 4–5 детенышей. Первые две-три недели после родов самка много времени проводит в норе, бережно выхаживая щенков.

Пока выводок греется на скудном солнце или резвится на лужайке у норы, его караулит один из взрослых членов семейства. Обычно он дремлет, лежа неподалеку, и как только заметит опасность, отрывистым лаем заставляет щенков поспешно прятаться в норе.

Щенки подрастают быстро. С полумесячного возраста они выбираются из норы на поверхность. В дополнение к молочной диете начинают получать мясную пищу.

Основные заботы о пропитании семьи возлагаются на самца и самок-помощниц. Благо, кормов на острове в эту пору предостаточно.

 

Фото: Юрий Артюхин

Затем у песцового выводка начинаются переселения. Редкая семья остается все лето в одной норе. Обычно звери подыскивают новое жилище ближе к кормным угодьям. В период нереста рыбы они перебираются к озерам и речкам, а к концу лета концентрируются на лайде (морском пляже). Поначалу семейство продолжает держаться вместе, но затем родители оставляют повзрослевших щенков. Выводок распадается, и молодежь приступает к самостоятельной жизни, расселяясь по всему острову. Пройдет целых два года, прежде чем молодые животные возмужают и смогут обзавестись своей семьей. Однако далеко не всем из них удается дожить до зрелого возраста. Основные причины ранней гибели — различные болезни и зимняя бескормица. Естественных врагов у песцов в природе немного. Для молодняка наибольшую угрозу представляют свои же соплеменники — взрослые самцы способны загрызть чужих щенков, причем случаи каннибализма нередки.

 

Бесстрашные и любопытные в природе командорские песцы и к человеку относятся с большим интересом. Фото: Юрий Артюхин

Характерная черта поведения командорских песцов — отсутствие страха перед человеком. Первооткрывателям Командор во время зимовки на острове Беринга песцы причиняли неисчислимые бедствия. Зверей было неимоверное количество, и они совершенно не боялись людей. «Они пробирались днем и ночью в наши жилища и тащили все, что только способны были унести… Они наблюдали за всеми нашими действиями и сопровождали нас повсюду, куда бы мы ни отправились… Если нам случалось ночевать под открытым небом, они стаскивали у нас с головы шапки, а из-под нас вытаскивали бобровые одеяла и шкуры», — писал Георг Стеллер о повадках этих животных. С той поры прошло более двух с половиной веков, но и в наше время на Командорах осталось немало «бесстрашных» песцов.

Мне самому неоднократно приходилось их встречать. Стоило только оказаться на территории такого песца, как он уже сам спешил навстречу, недружелюбно рассматривая незваного гостя тяжелым взглядом желтых глаз. С протяжным и нудным воем песец неотступно семенил за мной, иногда даже хватал зубами за пятку (но, к счастью, ни разу не прокусил резину). Порой такое внимание, проявленное ко мне и моему снаряжению, казалось слишком навязчивым. Бывало, только сбросишь рюкзак на землю, чтобы легче было смотреть в бинокль или фотографировать, а песец его уже обнюхивает и, ничуть не смущаясь моего присутствия, задрав заднюю ногу, ставит на незнакомую вещь пахучее клеймо — заявляет свои права на эту территории и все, что на ней находится.

С момента открытия Командорских островов песцы стали важным объектом пушного промысла. Благодаря их необычайно высокой численности, русские зверопромышленники за одну зимовку умудрялись заготавливать до 2 тыс. и более шкурок.

«Превосходные качества шкуры… создали громкую славу командорскому песцу, и на заграничных рынках он ценится выше многих своих сородичей из других мест», — писал в 1912 году известный исследователь Командор Е.К. Суворов. Медновского песца, отличавшегося особенно крупными размерами и более дорогим темным окрасом меха, пытались акклиматизировать на других островах Северной Пацифики (Курильских, Алеутских, Шантарских), вывозили даже на Европейский Север на Соловки и остров Кильдин.

 

Медновский песец попал на страницы Красной книги Российской Федерации. Фото: Юрий Артюхин

Расцвет командорского песцового хозяйства пришелся на первые десятилетия Советской власти. В 1930-х годах здесь была организована система островного звероводства, основанная на селективном промысле песцов в сочетании с их круглогодичной подкормкой. Диких зверей приучали заходить в специально построенные сетчатые дворики — кормушки-ловушки (их развалины до сих пор сохранились кое-где на побережье), куда выкладывали корм. Десятки, а то и сотни песцов сбегались со всей округи к кормушке, учуяв запах приманки. Многие животные становились почти ручными, они часто селились прямо в поселках, устраивая норы под хозяйственными постройками и жилыми домами.
С наступлением зимних холодов промысловики регулярно отлавливали зверьков в кормушках, но часть пойманных животных (лучших производителей) выпускали обратно на волю для продолжения рода. В 1950-х годах систему островного звероводства заменили более эффективным клеточным разведением голубых песцов, сначала местных, а затем привозных норвежских. Интерес к дикому песцу как объекту пушного промысла стал постепенно угасать. Пути дальнейшего развития популяций на островах Беринга и Медный существенно разошлись.

Современное состояние беринговского песца достаточно благополучное (в период выхода щенков из нор в популяции насчитывается около одной тысячи зверьков), и он продолжает служить источником получения «мягкого золота». А вот медновский песец оказался на грани вымирания.

Юрий Артюхин 1 ноября 2011 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑