Ты где? В Тунгуде…

Катамаран, пожалуй, лучшее средство для водных маршрутов: что пороги проходить, что озера пересекать.

Катамаран, пожалуй, лучшее средство для водных маршрутов: что пороги проходить, что озера пересекать.

Собираясь летом в очередной водный поход, искали мы с друзьями речку по Интернету. Речку красивую, спортивную, но самое главное — рыбную. Хотя в Карелии почти все реки рыбные и красивые, хотелось отвести душу на рыбалке. Хотелось вдоволь половить рыбу, побороться с большими щуками и порадоваться беззаботной походной жизни.

Теперь почти все начинается с Интернета. Сидишь, читаешь отзывы, смотришь фотографии, а все равно думаешь про рыбную ловлю. Что нам пороги, прижимы и шиверы? Главное, какая там рыба, какие снасти с собой брать? Потом обзваниваешь знакомых, друзей: кто, где был в прошлом году, и опять разговор про рыбалку.
«Да что вы мучаетесь, — сказал старый дружок по походам, — если хотите рыбалку, то на Тунгуду. Если на машине, то вообще нет проблем. Оставляете ее в деревне, договариваетесь, сплавляетесь, за вами приезжают в конце сплава, забираете машину, и — вперед, домой. Только нужно, чтобы телефоны работали да сеть была. Мы в том году были: и рыбалка была, и грибы, да еще и купались в августе, и в майках плыли».

Тунгуда так Тун­гуда. «Нива», в которую еле поместились все участники похода со всем снаряжением, мчится по Ленинград­скому шоссе. Ночевка на реке Свирь, утром нас встречает любимая Карелия, а вечером уже умываемся в водах Тунгуды. День на сбор катамарана, праздничный ужин по поводу спуска «судна» на воду, да и вообще — за отпуск и путешествие. А утром уже первый взмах весла, плеск воды, и — вперед, навстречу рыбалке и активному отдыху. Команда из четырех человек дружно налегла на весла, и новый, «с иголочки», катамаран под названием «Юрий Долгорукий» отправился в свое первое плавание.

Мы все большие любители рыбалки, да и в походе не первый раз. Юрий — владелец плавсредства, в честь которого и было оно названо, высокий, худощавый, интеллигентный парень, с длинными тонкими, как и он сам, руками — не только рыболов, но и лесной бродяга. Любит походить по окрестностям реки, по лесам, сопкам и болотам. Юра романтик и созерцатель, и он днями может пропадать в лесу и приходить в лагерь под вечер.

Кирилл — наш негласный капитан — на­оборот, с реки никуда не уходит, рыбалка его страсть. Он, чтобы получить большее удовольствие, старается ловить разными способами: от твичинга до жерлиц, от фидера до обычной поплавочной удочки. Ну, а как «капитан», много работы берет на себя, когда все разбредутся по берегам, лесам и сопкам. И баньку построить может, и ужин накрыть. Капитан — походный трудоголик.

Андрей тоже рыбак, но от случая к случаю. Веселый, активный малый, и в его увлечениях (гонки на джипах по бездорожью, горные лыжи, авторская песня, карты и навигаторы) рыбалка на втором плане. Но как человек увлекающийся, к походу он подготовился лучше некуда. Не считая множества рыболовных снастей (по совету Кирилла), он купил фонари, карабины-куканы, стол, стульчики, штаны-забродники и даже десяток файеров отпугивать медведей. Мы все смеялись над ним: «Мечтаем увидеть медведя в живой природе, а ты собираешься их пугать».
Первый день мы гребли, проходя озеро, а ловить стали только под вечер, и два десятка окуней и три щуки, запеченные в коптильне, стали прекрасным ужином. И как же вкусна была эта первая рыба! Это потом пойдут кулинарные изыски: уха из щучьих голов и сами щуки с чесноком и хреном, запеченные в фольге, заливное из окуней, язи копченые с брусникой, филе щуки, зажаренное в манке с корочкой, уха грибная (когда ради интереса в уху кладут и грибы), невкусная, кстати. Кирилл даже сварил рыбное хаши: кости от приготовления филе щуки варил с язями весь день, подливая в котел воду. Все переварилось, кости стали мягкими, как в рыбном холодце, но ели мы их как горячее блюдо.

Второй день решили посвятить только рыбалке. Катамаран медленно дрейфовал по реке. Мы только изредка подгребали, держа курс, а сами ловили рыбу. Кирилл предложил попробовать половить на каролинскую оснастку: набор скользящих грузов, офсетные крючки, жало которых прячется в теле силиконовых насадок, чтобы не было зацепов за травку и коряги. Ловили в отвес с катамарана, и груз еще не успевал дойти до дна, как чувствовался хороший удар, и красавец окунь уже на палубе. У Андрея на «каролинку» взяла и щука, но не было поводка, и она благополучно ушла у нас на глазах.

А окуни были хороши. Все как на подбор, от 400 до 600 граммов. Черно-золотистые, уже с явным горбом и яркими красно-оранжевыми плавниками и хвостами. Это не наши окские бледные «матросики-полосатики», это «боцманы и капитаны» окуневых стай. Мы все ждали, что возьмет блесну и «адмирал» на килограмм весом. Но «адмиралов» мало, они умны, мудры и хитры, поэтому и дожили до своих высоких званий, до «речных пенсионных лет». Держатся они своим «генштабом» на глубинах, в коряжнике, не соблазнить их ни чем: ни «каролинкой», ни мепсами, ни чудо-воблерами. В молодости, видать, побывали в переделках.

 

172,4 тысячи кв. км — площадь территории Карелии, из которой 18 процентов занято озерами. Это «страна тысячи озер».

В «окуневом азарте» не заметили, как наловили полный садок, а садок — это картофельная сетка. Запас на ужин был сделан, потому решили половить щук. Щуки брали намного реже, чем окуни, но то с одного борта, то с другого доносилось: «Есть, взяла красавица!» И сразу начинались суетливые поиски подсачека, который, как всегда бывает, завален вещами.
Это только вначале щука вызывает волнение в душе и дрожь в руках. Как же — первая щука в сезоне, не ловил ни весной, ни летом. Все караси, плотва, густера — на поплавок и фидер. Спиннинг взял в руки только здесь, в Карелии. Потом привыкаешь и ждешь удар рыбы, деловито подсекаешь и можешь позволить себе роскошь подержать ее на крючке, не спеша подвести к сачку и вытащить без суеты на борт. Да и то, когда мы с Андреем поймали по три щуки, а Кирилл с Юрой — по четыре (у нас было соревнование команд «корма» — «нос»), поняли, что такое количество рыбы нам не съесть. Не съедим ни за вечер, ни за утро. Полиэтиленовая, в 40 литров, бочка с продуктами так и стояла, почти не тронутая. Чай и кофе, соль и сахар — вот только это из нее доставалось. Сало, колбаса, тушенка, консервы, супы в пакетах, да и многие другие продукты были не востребованы. Поистине «рыбные среды» на весь поход.
И Кирилл, как самый опытный и продвинутый рыбак, читающий журналы и сидящий в рыболовных сайтах в Интернете, сказал нам, что сейчас среди любителей рыбалки стало модным отпускать пойманную рыбу. Даже проводится конкурс, кто больше отпустит щук, и денежный приз довольно большой. Правда, участие технически сложное. Надо все подтвердить видеосъемкой и послать в журнал. И хотя у нас не было видеокамеры и участвовать в конкурсе мы не собирались, Кирилл, как капитан, объявил амнистию на пойманную рыбу. Приказы капитана хоть и обсуждаются, но выполняются.

«Что, нам есть нечего? — говорил он. — Бочка полная продуктов, везти назад ее что ли?»
«Поймал сверх нормы, отпусти, а то щуки все большие икряные, они потомство дадут, — все горячился и доказывал Кирилл, — всю щуку выбьют такие, как мы, и не будет щуки больше: все, по две штуки в день и по десять окуней на человека».
Андрей робко возразил, что если не мы, так другие выловят.
«А у других пусть будет на их совести, лишь бы ты отпустил», — парировал Кирилл.
«Отпускать так отпускать, — вмешался вдруг Юрий, — смотрите, какая большая взяла, на 5 кг, наверное. Что делать, капитан?»
Юра действительно выводил большую щуку.
«Она же борется, глупая, даже не знает, что ее отпустят, — говорил Юра. — Что делать, уйдет ведь?»
«А ты подними ее из воды, она глотнет воздуху, свечку сделает, блесну выбросит и с достоинством, после борьбы сойдет с крючков», — продолжал Кирилл.
Но щуке не помогли ни глоток воздуха, ни свечка. Она раза два уходила под понтоны катамарана, била хвостом, устраивала буруны, но в конце оказалась в подсаке.
«Юра, внимание! Фото­сессия с трофеем! — закричал Андрей. — Все, выпускаем «золотой фонд» реки Тунгуды».
«Считайте, наш конкурс начался, и Юра уже лидер, — сказал Кирилл. — Приз будет щедрый, капитанский, — за каждую отпущенную щуку вечером лишняя стопка водки, сверх нормы. Хотите выпить — ловите щук».

А ведь действительно — ты и сам испытываешь двойную радость. Радость, что поймал, поборолся, победил, и радость, что отпустил, даровал жизнь рыбе. Легко быть рыбным богом. Жаль, что щуки не говорят, как в сказке про Емелю. Сколько слов благодарности услышали бы мы. Сколько наших желаний было бы выполнено.
Правда, вечером, под ужин, Андрей пришел с прогулки по реке и заявил: «Кирилл, мне еще наливай четыре стопки сверх дневных двух и трех, положенных по норме, — всего девять».
«Это надо еще доказать, а то вы здесь сопьетесь», — ответил Кирилл.

«А как ты хотел, живых не донесу, я их сфотографировал, на, смотри и наливай, а то я замерз очень», — все горячился Андрей.
Они долго спорили, смотрели в экран фотоаппарата. Кирилл говорил, что щука поймана одна, но снята в разных положениях: то на траве, то на бревне, то со спины, то боком, а по величине одна и та же — была бы видна разница в размере, то и с водкой не было вопросов. Да и условия конкурса предполагают свидетелей выпуска щуки или видеосъемку, а так все это фотомонтаж и растрата винных запасов.

 

В «окуневом азарте» не заметили, как наловили полный садок, а садок — это картофельная сетка.

Андрей все же признал подлог, сказал, что девять стопок для него слишком много и ему хватит нормативных трех, что завтра утром он на пороге поймает хариуса и в палатке сонному Кириллу настучит хвостом по щекам и потребует уже стопку коньяка или виски из неприкосновенных капитанских запасов.
«И подашь на весле, с сыром и маслинами, — говорил он, — мне, простому штурману похода, а то заведу в озера да болота, до конца месяца плыть будем». Андрей действительно был нашим штурманом и имел навигатор, который нас очень выручал при ориентировании на местности.

Потом мы ловили щук и на жерлицы, и на живца с простой поплавочной удочкой, правда, поплавком служила пластиковая бутылка. При ловле на спиннинг порой попадались и старые, полусгнившие сети. Прочная плетеная леска на катушке помогала вытащить их. Обычно это были дешевые китайские сети: дешевизна их позволяет не мучиться, чтобы вынимать и распутывать, их легче бросить, когда они зацепятся за топляк и коряги. Сети эти подвергались сжиганию в «очистительном огне» костра, чтобы они даже не валялись на берегу.
Двух щук нам хватало на завтрак и ужин да еще пары десятков окуней. Остальные благополучно отпускались в родную стихию. Уже варилась каша с тушенкой, пошел по утрам и начавший плесневеть сыр, поедались бутерброды с колбасой, рыбные консервы и сало. Продуктовая бочка пустела, сухари заканчивались, да и поход подходил к финальной стадии.
Не знаю, есть ли такой конкурс «поймал — отпусти» на ту же щуку, или Кирилл сам придумал его. Но конкурс толковый и очень разумный, скорее он есть среди «любителей правильной рыбалки». Да и зачем ловить больше рыбы, чем ты можешь съесть.

И еще, не возвращайся в те места, в которых ты уже был. Ведь в России столько мест, где ты не был. Спеши увидеть их. Но если «эта красота запала в твою душу», то когда-нибудь она опять позовет тебя, может, даже во сне.

Владимир Симачев 16 января 2013 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑