СОСЕДИ НА РЫБАЛКЕ

ДЯТЛОВА ПОДКОРМКА

В то лето на берегах широкой и светловато-зеленой Карасу (вода в середине августа отстоялась) много деревьев высохло.

Это были тал, тополь, яблоня-дичок, изредка ива. Вроде бы воды вдосталь, а вот поди же… Выходит, дело не в воде, а в жучках-короедах или в других каких-нибудь вредителях.

Сижу я как-то под тенистым деревом, за поплавком наблюдаю. Тишина и прохлада от воды. Нет лучшего отдыха в летнюю жару для городского жителя. И вдруг до моего слуха донеслось дробно-барабанное: тук-тук-тук!

Отчетливо так.

Через некоторый промежуток времени стук повторился. Любопытно стало: кто же это?

Глянул направо и прямо-таки обмер от удивления: шагах в десяти на высыхающем тополе белогрудый и в шапочке… дятел.

Редкая птица в наших краях.

Тук-тук-тук! Мелкая труха осыпается прямо на воду.

Вот молодец! Первым прилетел на помощь к деревьям. И откуда только узнал, что они больны?

Дятел еще поработал минуты три-четыре и улетел.

И тут возле тополя на тростник уселся зимородок. Золотисто-голубой. Нарядный такой. Посидел-посидел и – плюх! – в воду. Взлетел с рыбешкой в клюве. Снова сел на тростник. Оглянулся по сторонам – рыбешка ярко так сверкает, словно блесна! – цвиркнул и полетел вдоль зеленоватого коридора к обрыву, где, должно быть, находилось его гнездо.

Я бы, наверное, не обратил особого внимания на зимородка, если бы и в другой раз не наблюдал подобную картину. На место, где работал дятел, обязательно прилетал зимородок. И тут только дошло до меня, что его там привлекало.

Ведь со всей этой трухой в воду падали жучки и всякие насекомые. Падали и манили стайки рыб. А зимородку только того и надо!

 

ЗИМОРОДОК БЕЗ ХВОСТА

Интересные картинки природы порою открываются удильщику, когда он остается один на один с тишиной около водоема.

Вот одна из них.

Я сидел на берегу Карасу под корявой шелковицей. Закатное солнце будто нехотя проваливалось за горизонт, тростники темнели и слабо колыхались от набегавшего со стороны степи ветерка.

Клев только начинался. Брали в основном караси. Но минут через пятнадцать-двадцать поплавок-гусиное перо вдруг застыл на месте. Клев внезапно оборвался.

И тут неподалеку от меня на стебель рогоза уселся зимородок. В золотисто-индиговом оперении. Глазом-бусиной покосился в мою сторону и, видимо, приняв меня за неодушевленный предмет – а я сидел действительно не шелохнувшись – уставился в зеленоватую гладь воды.

Зудели комары. На отмели плескалась рыбья молодь.

И тут зимородок камушком упал в воду. Без брызг, без шума, будто провалился. Я и раньше видел, как таким способом эти птицы ловят рыбешку… Но зимородок долго не появлялся. Утонул, что ли?

И только подумал об этом, как он пулей вылетел из воды. Сел на пригнувшийся к воде стебель тростника и как-то сконфуженно стал озираться по сторонам.

Тут я и заметил, что птица оказалась не только без добычи, но и… без хвоста.

Зимородок отчаянно зацвиркал, словно от обиды, и зигзагами полетел в сторону чинков, где находилось его гнездо.

Ну и ну! Пернатый рыболов, должно быть, сам чуть не оказался добычей сома или щуки…

«Хорошо еще отделался, только хвостом, – усмехнулся я. – Могло быть и хуже…»

А клев, как ни странно, возобновился.

Но на этот раз брали почему-то одни красноперки.

 

ПТИЧКА–«ВОДОЛАЗ»

На нашей речке летом объявилась птичка, бурая, размером со скворца. Я раньше такой не видывал. Она бойко прыгала по камням и вертела круглой головкой туда-сюда, будто чего-то выискивала.

Затем внезапно – плюх! – ныряла в светлые струи и… Первый раз, увидев такое, я даже испугался. А вдруг утонула! К счастью, через минуту-другую она выскочила из воды и снова – на камень. Зыркает глазками по сторонам…

Птичка – и купальщица?! Меня это так поразило, что я рассказал об увиденном отцу. Но он нисколько не удивился.

– Это оляпка, – объяснил отец. – Она легко ходит под водой. Выуживает личинок, червяков.

…Однажды шагал вдоль бережка с удочкой – искал, где лучше пристроиться порыбачить. За извилистым поворотом на камне снова увидел оляпку. Она ни минуты не стояла на месте, вертела головкой во все стороны.

И вдруг: плюх! – опять в воду.

Вот тут-то я и решил посмотреть, как же это она ходит под водой. Благо, речка у нас прозрачная, в ином месте до песчинки просвечивает.

Затаился на камне и стал вглядываться в чистые струи. Долго смотрел-высматривал. Ага, вот и она – моя знакомица! Снует, будто у себя дома, от камня к камню, от водоросли к водоросли. Что-то клювом цепляет, из песка выуживает…

И тут под темной корягой я заметил рыбину. Это была огромная щука. Оляпка, не подозревая опасности, с каждым шажком приближалась к страшному месту. Щука уже изготовилась, распахнула зубастую пасть. Еще секунда и…

Я схватил удилище и с криком – «Не смей!» – запустил им в щуку. Птичка, будто пробка, выскочила из воды. А щука, взметнув хвостом ил, упряталась под корягу.

Я был так рад за оляпку – выбралась живой и невредимой на берег! А рыбачить в тот день после всего увиденного мне почему-то совсем расхотелось. И я вернулся домой ни с чем, к удивлению всех домашних.

 

ГЕНИАЛЬНЫЙ ОКУНЬ

Окунь – известный разбойник. Особенно крупный, лунообразный. Но ему трудно маневрировать в воде неуклюжим телом.

И поэтому на охоте он менее удачлив по сравнению со щукой. Так я думал.

Но однажды окунь доказал обратное. Вот как это было. Летним утром я рыбачил на Буже. Лодка моя укрылась под кружевным шатром ивы. Рыба не клевала. Не прельщали ее ни опарыши, ни перловка… Поплавки удочек, понурив носы, скучали на воде. Я тоже, скучая, оглядывался по сторонам. Смотрел, как солнце плещется в латунной листве осокорей, как стрижи с металлическим визгом носятся над яристым берегом, как бархатно-малиновая бабочка села на весло. Сидит у самых светлых струй и не шелохнется… Только изредка пьет водичку. Жарко. Но постой, постой! Что это там (или кто) мелькнуло на дне?

Вода под лодкой прозрачная, видны даже мелкие камушки. И я увидел возле куста водяного перца крупного окуня-горбача. Затаился хищник, будто неживой. Трудно его разглядеть среди песка, травин, голышей…

Неподалеку проплывают резвые стайки мальков. Но почему их не трогает окунь?

Рыбья мелочь каруселью ходит вокруг лодки, постепенно уплотняя ряды. Вот она подошла близко к кусту перца, не замечая опасности. Еще секунда, еще… Бросок вперед – и малек пропадает в пасти окуня. Стайка рассеивается.

Через некоторое время, успокоившись, рыбешки снова собираются вместе и нарезают круги. И опять один из сеголетков попадает на завтрак прожорливому хищнику.

«Ну и ловкач», – подумал я с завистью об удачливом конкуренте. И так мне вдруг захотелось поймать его!

Наживил крючок пучком опарышей на запасной удочке и осторожно опустил их перед самым носом горбача. Он и не шелохнулся. Лениво повел бычьими глазами по сторонам, взметнул хвостом облачко тины и скрылся в просвете тростников. От досады даже сердце заныло. Было ясно, что удача ушла вместе с полосатым хищником до будущего раза.

Стал собирать снасти. Вдалеке на солнечном плесе вода с плеском скручивалась в «канаты». Это щука гонялась за молодью. Эх, зубастая… Она не знала, что ловкость и сила иногда уступают простой смекалке.

Николай КРАСИЛЬНИКОВ 31 июля 2007 в 13:49






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑