В краю горных исполинов

Скалы подпирали небо. Но еще выше были сосны. Их кроны тихо шумели в далекой голубизне, а корни змеились под ногами, заползая в трещины между скал. Тропы расходились в разные стороны, однако, если подниматься все выше и выше, то непременно выйдешь к скальным исполинам.

«Если я десять раз за день не подымусь на Перья, то день, считай, для меня потерян», — признается скалолаз Андрей Дидух.

«Если я десять раз за день не подымусь на Перья, то день, считай, для меня потерян», — признается скалолаз Андрей Дидух.


 

Они, как былинные богатыри, вдруг вырастают между расступившимися деревьями, и кажется, делают шаг тебе навстречу.

Тропинка обегает скалу вокруг, и я, медленно обходя ее, знакомлюсь с «архитектурными деталями» этого необычного природного сооружения. Ученые называют их сиенитовыми останцами, а в народе окрестили Столбами.
Путешествуя по Сибири, я не мог не побывать в Красноярске, а заехав в этот светлый город, вольно раскинувшийся по холмистым берегам могучего Енисея, не мог не посетить заповедник «Красноярские Столбы». Этот уникальный уголок енисейской природы, являясь частью северо-западных отрогов Восточного Саяна, почти соприкасается с пригородом Красноярска. Так что добраться до заповедника по шоссейке совсем несложно. Природа как будто специально расположила два дива рядом с людьми: смотрите, радуйтесь, вдохновляйтесь!


ФИЛОСОФИЯ СТОЛБОВ
Первыми обратили внимание на Столбы старатели, звероловы, странники. Поражались этому удивительному творению природы и путешественники. Так, лет 130 назад красноярский натуралист, страстный любитель природы Прохор Селезнев писал о красноярских Столбах: «Зело превелики и пречудесны сотворены скалы. А находятся они в отдаленной пустыне, верст за пятнадцать, а может, за двадцать. Только попасть туда трудно, конный не проедет, пеший не пройдет, да и зверья дикого немало. Разно рассказывают о них. Пожалуй, правду говорят, что даже в других странах не увидишь такие...».


В 1847 году в Красноярске открылся детский приют имени святого князя Владимира. Его воспитанники проводили летние каникулы за городом, чаще всего в районе Столбов. Ребятам пришлась по душе вольная жизнь на природе с регулярными подъемами на скалы. С тех пор началось их освоение скалолазами. Время редких восторгов и отдельных подвигов переросло в устойчивую любовь красноярцев к краю причудливых скал. Восхождения на Столбы, увлечение ими (даже, скорее, некая философия вольной жизни посреди дикой природы) получили название столбизм, а скалолазы и подвижники Столбов, самоотверженно радеющие об охране этого уникального природного явления, стали называться столбистами.


О Столбах написано множество книг и статей, сняты фильмы. Им посвящены стихи и песни, они служат источником вдохновения для художников и зачастую становятся перекрестком судеб. Перед входом в заповедник я прочитал приколотую к сосне записку: «Встречу девушку для серьезных отношений, которая любит Столбы». Вот так: от любви к Столбам до семейного очага.


 

47,2 тыс. га составляет площадь заповедника «Красноярские столбы».


Все скальные гиганты не похожи друг на друга. У каждого своя высота (от 50 до 100 метров), конфигурация, свои вековые «морщины» и «шрамы» на каменном лице, свой характер. Сиенит — магматическая горная порода — состоит из полевого шпата розовой окраски, слюды и роговой обманки (вкрапления черного цвета). В сиените нет кварца, чем он и отличается от гранита. Ветер и вода изрядно потрудились над ним, придав скалам причудливые формы. Своими очертаниями Столбы напоминают драконов, рыцарей, людей, птиц, средневековые замки. Соответствуют им и точные, звучные названия, которые дал этим большим и малым каменным башням (а их тут более ста) народ: Грешник, Пятак, Монах, Внук, Прадед, Каин и Авель, Жаба. Происхождение каменных изваяний овеяно сотнями легенд, которые столбисты разных поколений с удовольствием рассказывают туристам. Одна из них, например, гласит, что когда-то некие злодеи изобрели бомбу огромной разрушительной силы и готовились начать войну. Но им противостояли люди, которые хотели мира на Земле. Они выкрали эту злосчастную бомбу и замуровали ее в камень, оставив сверху памятный знак. Так появилась скала Перья, форма которой напоминает оперение бомбы...
Легко находя опоры для ног и зацепки для рук, я стал взбираться на скалу. Сначала это было легко — с валуна на валун, как по ступенькам; потом — по наклонной поверхности глыбы, которая была как бы первым цокольным этажом каменного исполина. Однако когда я добрался до первого балкона и посмотрел вверх, куда к скальному гребню уводила трещина, а потом кинул взгляд вниз, где люди казались маленькими шахматными фигурками, сердце ёкнуло. Мне говорили, что на скалах проложены ходы, которые выводят к вершинам: короткие, отнесенные к категории «ходиков», и «хитрушки» — узкие карнизы, отвесы, извилистые трещины, требующие особого мастерства. Одна из таких «хитрушек» и была передо мной. Без специального снаряжения и страховки тут не обойтись. Что ж, на Столбах, как, наверное, и в жизни, у каждого своя высота. И своя красота.


На Перьях я встретил веселого, отчаянного столбиста Андрея Дидуха. Вид у него был довольно экзотический: старенький свитерок, драные джинсы, капитанская кепка, кержацкая седовато-рыжая борода. И поразительно добрые детские глаза. Кстати, его фамилия удивительным образом соответствовала внешности, ведь украинское «дид», «дидуган» означает бородатый старик, а «дидух» — сноп пшеницы, который на святки ставят в красный угол. Андрею уже за пятьдесят. Сорок из них, по его словам, он отдал Столбам. Когда чуть позже я стал расспрашивать о нем столбистов, один сказал, посмеиваясь: «А он и паспорт потерял», и этой характеристикой как бы дал понять, что Столбы стали для Андрея вторым домом, малой родиной.


НА ТАЕЖНОЙ ТРОПЕ
Я присел на теплый камень. Огляделся. Вокруг простиралась тайга. С той небольшой высоты, которую мне удалось взять, она казалась зеленым молчаливым морем с трудноразличимыми соснами, пихтами, кедрами, лиственницами, березами, осинами. В полной мере в этом дивном краю представлено все богатство и своеобразие сибирской лесной флоры. Поднимаясь к скалам, я то и дело обращал внимание на пронизанные солнцем сосняки по берегам нешумных речек, любовался живописными и самыми неожиданными сочетаниями разнообразных цветов: оранжевых жарков, лиловых ирисов, ярких причудливых башмачков, малиновых пионов, синих с кремовой каймой цветков водосбора сибирского.


И птиц, и всяких мелких зверушек тут было достаточно, и крупного зверья (медведей, лосей) хватало. Однако на обихоженных туристами маршрутах, вокруг самых знаменитых и приметных Столбов встретиться с представителями местной фауны непросто. Серьезный зверь прячется в таежной чаще. Охотно идут на контакт с людьми лишь вездесущие бурундучки. О них стоит рассказать подробнее.


 

ВСЕ ПОД КОНТРОЛЕМ. В рамках зоологических исследований с 1949 года в заповеднике ведутся постоянные наблюдения за охотничье-промысловыми видами животных. Ежегодно проводится зимний маршрутный учет лося, марала, косули, кабарги, волка, рыси, росомахи, лисицы, колонка, горностая, выдры, норки американской, соболя, белки обыкновенной, зайца беляка, глухаря, тетерева, рябчика. ропинка обегает скалу вокруг, и я, медленно обходя ее, знакомлюсь с «архитектурными деталями» этого необычного природного сооружения. Ученые называют их сиенитовыми останцами, а в народе окрестили Столбами. Путешествуя по Сибири, я не мог не побывать в Красноярске, а заехав в этот светлый город, вольно раскинувшийся по холмистым берегам могучего Енисея, не мог не посетить заповедник «Красноярские Столбы». Этот уникальный уголок енисейской природы, являясь частью северо-западных отрогов Восточного Саяна, почти соприкасается с пригородом Красноярска. Так что добраться до заповедника по шоссейке совсем несложно. Природа как будто специально расположила два дива рядом с людьми: смотрите, радуйтесь, вдохновляйтесь! ФИЛОСОФИЯ СТОЛБОВ Первыми обратили внимание на Столбы старатели, звероловы, странники. Поражались этому удивительному творению природы и путешественники. Так, лет 130 назад красноярский натуралист, страстный любитель природы Прохор Селезнев писал о красноярских Столбах: «Зело превелики и пречудесны сотворены скалы. А находятся они в отдаленной пустыне, верст за пятнадцать, а может, за двадцать. Только попасть туда трудно, конный не проедет, пеший не пройдет, да и зверья дикого немало. Разно рассказывают о них. Пожалуй, правду говорят, что даже в других странах не увидишь такие...». В 1847 году в Красноярске открылся детский приют имени святого князя Владимира. Его воспитанники проводили летние каникулы за городом, чаще всего в районе Столбов. Ребятам пришлась по душе вольная жизнь на природе с регулярными подъемами на скалы. С тех пор началось их освоение скалолазами. Время редких восторгов и отдельных подвигов переросло в устойчивую любовь красноярцев к краю причудливых скал. Восхождения на Столбы, увлечение ими (даже, скорее, некая философия вольной жизни посреди дикой природы) получили название столбизм, а скалолазы и подвижники Столбов, самоотверженно радеющие об охране этого уникального природного явления, стали называться столбистами. О Столбах написано множество книг и статей, сняты фильмы. Им посвящены стихи и песни, они служат источником вдохновения для художников и зачастую становятся перекрестком судеб. Перед входом в заповедник я прочитал приколотую к сосне записку: «Встречу девушку для серьезных отношений, которая любит Столбы». Вот так: от любви к Столбам до семейного очага. Все скальные гиганты не похожи друг на друга. У каждого своя высота (от 50 до 100 метров), конфигурация, свои вековые «морщины» и «шрамы» на каменном лице, свой характер. Сиенит — магматическая горная порода — состоит из полевого шпата розовой окраски, слюды и роговой обманки (вкрапления черного цвета). В сиените нет кварца, чем он и отличается от гранита. Ветер и вода изрядно потрудились над ним, придав скалам причудливые формы. Своими очертаниями Столбы напоминают драконов, рыцарей, людей, птиц, средневековые замки. Соответствуют им и точные, звучные названия, которые дал этим большим и малым каменным башням (а их тут более ста) народ: Грешник, Пятак, Монах, Внук, Прадед, Каин и Авель, Жаба. Происхождение каменных изваяний овеяно сотнями легенд, которые столбисты разных поколений с удовольствием рассказывают туристам. Одна из них, например, гласит, что когда-то некие злодеи изобрели бомбу огромной разрушительной силы и готовились начать войну. Но им противостояли люди, которые хотели мира на Земле. Они выкрали эту злосчастную бомбу и замуровали ее в камень, оставив сверху памятный знак. Так появилась скала Перья, форма которой напоминает оперение бомбы... Легко находя опоры для ног и зацепки для рук, я стал взбираться на скалу. Сначала это было легко — с валуна на валун, как по ступенькам; потом — по наклонной поверхности глыбы, которая была как бы первым цокольным этажом каменного исполина. Однако когда я добрался до первого балкона и посмотрел вверх, куда к скальному гребню уводила трещина, а потом кинул взгляд вниз, где люди казались маленькими шахматными фигурками, сердце ёкнуло. Мне говорили, что на скалах проложены ходы, которые выводят к вершинам: короткие, отнесенные к категории «ходиков», и «хитрушки» — узкие карнизы, отвесы, извилистые трещины, требующие особого мастерства. Одна из таких «хитрушек» и была передо мной. Без специального снаряжения и страховки тут не обойтись. Что ж, на Столбах, как, наверное, и в жизни, у каждого своя высота. И своя красота. На Перьях я встретил веселого, отчаянного столбиста Андрея Дидуха. Вид у него был довольно экзотический: старенький свитерок, драные джинсы, капитанская кепка, кержацкая седовато-рыжая борода. И поразительно добрые детские глаза. Кстати, его фамилия удивительным образом соответствовала внешности, ведь украинское «дид», «дидуган» означает бородатый старик, а «дидух» — сноп пшеницы, который на святки ставят в красный угол. Андрею уже за пятьдесят. Сорок из них, по его словам, он отдал Столбам. Когда чуть позже я стал расспрашивать о нем столбистов, один сказал, посмеиваясь: «А он и паспорт потерял», и этой характеристикой как бы дал понять, что Столбы стали для Андрея вторым домом, малой родиной. НА ТАЕЖНОЙ ТРОПЕ Я присел на теплый камень. Огляделся. Вокруг простиралась тайга. С той небольшой высоты, которую мне удалось взять, она казалась зеленым молчаливым морем с трудноразличимыми соснами, пихтами, кедрами, лиственницами, березами, осинами. В полной мере в этом дивном краю представлено все богатство и своеобразие сибирской лесной флоры. Поднимаясь к скалам, я то и дело обращал внимание на пронизанные солнцем сосняки по берегам нешумных речек, любовался живописными и самыми неожиданными сочетаниями разнообразных цветов: оранжевых жарков, лиловых ирисов, ярких причудливых башмачков, малиновых пионов, синих с кремовой каймой цветков водосбора сибирского. И птиц, и всяких мелких зверушек тут было достаточно, и крупного зверья (медведей, лосей) хватало. Однако на обихоженных туристами маршрутах, вокруг самых знаменитых и приметных Столбов встретиться с представителями местной фауны непросто. Серьезный зверь прячется в таежной чаще. Охотно идут на контакт с людьми лишь вездесущие бурундучки. О них стоит рассказать подробнее. Во время путешествий по Сибири мне нередко приходилось проводить ночь в тайге. Досаждал гнус, настораживали шорохи, пугали хоть и отдаленные, но откровенно грозные звериные рыки и вскрики. Я чувствовал себя чужаком в таежной глуши. Но наступало утро. Я откидывал полог палатки. И первый, кто встречал меня и как бы здоровался со мной легким кивком головы, был маленький пушистый зверек с характерными продольными полосами на светло-серой или рыжеватой шерстке. Бурундучок (иногда даже несколько), примостившись на пне, подгрызал остатки моей вечерней трапезы, а иногда просто с любопытством наблюдал за поведением большого и неопасного для него зверя, каковым, наверное, я ему казался. В заповеднике бурундучки встречаются повсеместно. Особенно они любят лакомиться семечками, которыми их угощают туристы. Этот почти ручной забавный зверек распространен по всей восточной части России, Северной Монголии, Среднего Китая и Японии, однако называют его сибирским (остальные виды обитают в Северной Америке). Живут бурундуки в хвойных, смешанных и лиственных лесах, предпочитая опушки, осветленные участки, ветровалы и захламленные медвежьи углы. Гнездо, как правило, помещается под сваленным ветром большим деревом, в пустотах среди корней или камней, реже — в дуплах деревьев и скворечниках (в заповедных лесах). Бурундуки хорошо лазают по деревьям, но в случае тревоги прячутся в своих подземных или наземных убежищах. Когда возникает опасность, они свистят или издают резкую трель, похожую на птичью; самки во время гона кричат «крюк-крюк». Перед дождем бурундук издает особый звук «бурунбу-рю-бурун», из-за которого и получил свое название. Питаются бурундуки семенами, предпочитают семена хвойных деревьев (в первую очередь кедра), от урожая которых часто зависит их жизненное благополучие. Зимой они впадают в неглубокую спячку (просыпаются лишь для коротких трапез). Чтобы в теплой норе пережить суровую сибирскую зиму, этим лесным грызунам требуется около пяти килограммов отборных семян. Не брезгуют зверьки и ягодами, грибами, лишайниками, насекомыми. Вскоре после весеннего пробуждения проходит гон. В приплоде бывает от 2 до 10 (обычно 4–6) детенышей. ЯЗЫК ПРИРОДЫ Красноярские Столбы — природная жемчужина Красноярска и всей Сибири. Охрана ее скал, деревьев, птиц, зверей — будни красноярцев, их повседневные заботы. На улицах города я встретил ребят в аккуратных ярких костюмах с лопатами и граблями. «Это наши экологические дружины», — с гордостью объяснили прохожие. Юные радетели природной чистоты края наравне со взрослыми трудятся в заповеднике, убирая мусор, оборудуя кормушки для животных, расчищая родники. «Не сорить! Не рвать! Не жечь! Не рубить! Не мять! Не мазать! Тяжело для ваших плеч? Но зато… приятно глазу!» — на подобные «воспитательные» стихи взгляд натыкается повсюду. Удивительная любовь к местной природе выражена и в рисунках детей, присланных на конкурс, организованный столбистами. Тропинка во взрослую жизнь для юных красноярцев начинается со Столбов. Здесь они постигают науку доброты. Неслучайно именно в заповеднике был создан «Приют доктора Айболита». Надпись у входа гласила: «Сюда принимаются попавшие в беду звери и птицы». В этом уникальном живом уголке собралось более двухсот видов зверей и птиц. Позднее всех животных, которых здесь приютили, переселили в парк фауны и флоры. Скалы и деревья провожали меня. И мне вспомнились слова странствующего монаха, с которым я познакомился на берегу Енисея: «Язык молчания — самый трудный язык. Не всем он дается». Кажется, здесь, возле Столбов, я стал постигать азы этого столь необходимого человечеству языка природы.


Во время путешествий по Сибири мне нередко приходилось проводить ночь в тайге. Досаждал гнус, настораживали шорохи, пугали хоть и отдаленные, но откровенно грозные звериные рыки и вскрики. Я чувствовал себя чужаком в таежной глуши. Но наступало утро. Я откидывал полог палатки. И первый, кто встречал меня и как бы здоровался со мной легким кивком головы, был маленький пушистый зверек с характерными продольными полосами на светло-серой или рыжеватой шерстке. Бурундучок (иногда даже несколько), примостившись на пне, подгрызал остатки моей вечерней трапезы, а иногда просто с любопытством наблюдал за поведением большого и неопасного для него зверя, каковым, наверное, я ему казался. В заповеднике бурундучки встречаются повсеместно. Особенно они любят лакомиться семечками, которыми их угощают туристы. Этот почти ручной забавный зверек распространен по всей восточной части России, Северной Монголии, Среднего Китая и Японии, однако называют его сибирским (остальные виды обитают в Северной Америке). Живут бурундуки в хвойных, смешанных и лиственных лесах, предпочитая опушки, осветленные участки, ветровалы и захламленные медвежьи углы. Гнездо, как правило, помещается под сваленным ветром большим деревом, в пустотах среди корней или камней, реже — в дуплах деревьев и скворечниках (в заповедных лесах). Бурундуки хорошо лазают по деревьям, но в случае тревоги прячутся в своих подземных или наземных убежищах. Когда возникает опасность, они свистят или издают резкую трель, похожую на птичью; самки во время гона кричат «крюк-крюк». Перед дождем бурундук издает особый звук «бурунбу-рю-бурун», из-за которого и получил свое название.


Питаются бурундуки семенами, предпочитают семена хвойных деревьев (в первую очередь кедра), от урожая которых часто зависит их жизненное благополучие. Зимой они впадают в неглубокую спячку (просыпаются лишь для коротких трапез). Чтобы в теплой норе пережить суровую сибирскую зиму, этим лесным грызунам требуется около пяти килограммов отборных семян. Не брезгуют зверьки и ягодами, грибами, лишайниками, насекомыми. Вскоре после весеннего пробуждения проходит гон. В приплоде бывает от 2 до 10 (обычно 4–6) детенышей.

ЯЗЫК ПРИРОДЫ
Красноярские Столбы — природная жемчужина Красноярска и всей Сибири. Охрана ее скал, деревьев, птиц, зверей — будни красноярцев, их повседневные заботы. На улицах города я встретил ребят в аккуратных ярких костюмах с лопатами и граблями. «Это наши экологические дружины», — с гордостью объяснили прохожие. Юные радетели природной чистоты края наравне со взрослыми трудятся в заповеднике, убирая мусор, оборудуя кормушки для животных, расчищая родники. «Не сорить! Не рвать! Не жечь! Не рубить! Не мять! Не мазать! Тяжело для ваших плеч? Но зато… приятно глазу!» — на подобные «воспитательные» стихи взгляд натыкается повсюду. Удивительная любовь к местной природе выражена и в рисунках детей, присланных на конкурс, организованный столбистами. Тропинка во взрослую жизнь для юных красноярцев начинается со Столбов. Здесь они постигают науку доброты. Неслучайно именно в заповеднике был создан «Приют доктора Айболита». Надпись у входа гласила: «Сюда принимаются попавшие в беду звери и птицы». В этом уникальном живом уголке собралось более двухсот видов зверей и птиц. Позднее всех животных, которых здесь приютили, переселили в парк фауны и флоры.


Скалы и деревья провожали меня. И мне вспомнились слова странствующего монаха, с которым я познакомился на берегу Енисея: «Язык молчания — самый трудный язык. Не всем он дается». Кажется, здесь, возле Столбов, я стал постигать азы этого столь необходимого человечеству языка природы.

Владимир Супруненко 12 ноября 2013 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑