Мой друг Юшка

Ну вот я пришёл к тебе, как обещал. Здесь всё так же, как и было год назад: снова молодая зелень на берёзах, снова оглушающе поёт соловей в тальниках вдоль старицы, и старица ещё полна неушедшей полой воды. Снова такой же тёплый майский вечер. Только песчаных холм над тобой уже стал зарастать травой, и донца гильз, что вдавлены в него, покрылись ржавчиной.

фото: fotokia.com

фото: fotokia.com

Мне не забыть никогда тех прошлогодних мучительных дней, той открытой балконной двери. За этой дверью, на балконе ты умирал, а внизу ходили люди, смеялись, громко разговаривали, там внизу всё жило, радовалось тёплым майским дням.

Умирал ты долго и мучительно, не реагируя уже ни на что, и только лапы твои всё бежали и бежали куда-то, бежали целые сутки, сбивая подстилку, рождая невыносимый звук, от которого я уходил курить на кухню, пряча слёзы. Как много я выкурил в эти последние твои часы!

Куда ж ты бежал тогда? Может в страну бескрайних утиных болот? Или хотел убежать от смерти? Как ты хотел жить! Мы же кололи тебя всякой дрянью. Кололи, кололи, кололи… И, не переносивший уколов, ты поначалу рычал, вырывался, и мы наваливались на тебя, держали. А под конец лишь чуть дёргал лапой и приподнимал губу, обнажая ещё совсем белый, здоровый молодой клык.

 

фото: fotokia.com

Ты появился в моей жизни в конце зимы, уже на излёте её, когда по вечерам мерцала в голых ветках низкая звезда, и наносило вдруг откуда-то тот чудный, чуть уловимый запах, от которого что-то крепко сжималось внутри. Я привёз тебя поздним вечером на такси, совсем маленького, трёхнедельного. И всю ночь проспал с тобой в кресле, держа тебя на руках, грел.

Моя жена спросила тебя в тот вечер: «Кто тебя звал?» Незло спросила, но только всю свою недолгую жизнь ты и прожил под этим вопросом. Кто же тебя звал? Я принёс тебя в наш дом, но не смог уберечь, поэтому крепко виноват перед тобой.

 

фото: fotokia.com

А в те первые дни я говорил тебе: «Ничего, брат, не боись.» Говорил это глупое, непонятное слово: «Прорвёмся!» Куда?

Но пока ты ещё не ходил на улицу и делал все свои дела дома, и жене моей очень трудно было всё это терпеть. Но она терпела и любила всё-таки тебя.

В первое твоё лето я возил тебя в луга за Волгу. Ты не знал ещё охоты, и это было для тебя – охота. Ты искал в осоке утиное крыло, которое я прятал тайком от тебя. Потом прошёл август и первые твои настоящие охоты, да и мои охоты стали с тобой настоящими, полными и красивыми.

Помнишь своих первых чирков? Тогда ты поднял их с лужи, извечного водопоя лосей в большом верховом болоте. После моих выстрелов одного подал, другого подавать наотрез отказался и долго, шумно втягивал воздух, зарывшись носом в перо, лежащей во мху чирушки.

 

фото: fotokia.com

По своей работе я часто надолго уезжал из дома, а ты оставался, причиняя беспокойство домашним, и скоро я стал брать тебя с собой. На работу мы ходили пешком, шли через частный сектор, где мне приходилось отбивать тебя от местных собак. Потом садились в машину и ехали. Наверно, вряд ли найдётся ещё один спаниель, столько поездивший по России.

Экстерьером ты не вышел: твои передние лапы были немного кривы, и от этого ты казался немного несуразным. И в охоте ты не стал выдающейся собакой, но с тех пор, как появился ты, мы не потеряли с тобой ни одной битой дичины, ни одного подранка.

Мы плавали с тобой в лодке, мёрзли в палатке, согревая друг друга, сидели, прячась от дождя, под огромными елями, и по твоему маленькому телу побегала время от времени крупная дрожь, после чего ты ещё плотнее прижимался ко мне своим мокрым боком. А сколько было у тебя азарта! Вся жизнь твоя стала или охота, или ожидание её.

 

фото: fotokia.com

Говорили, что у тебя злой взгляд. Но это было не так, твой взгляд был задумчивым, ты как-будто думал, мечтал всё время о чём-то. Особенно во время наших дальних поездок ты любил смотреть в окно и мечтать.

Дома же у нас всё было сложнее и сложнее. От тебя были волосы и иногда грязь, ты порыкивал на домашних, не признавая никого кроме меня, суетился не вовремя под ногами, бывало укладывался спать на диван. И я смалодушничал, сделал то, за что не могу себя простить до сих пор – я отправил тебя на жительство к отцу.

Нет, отец мой обожал тебя, но меня уже часто не было рядом. Мы продолжали с тобой охотиться, колесить по дорогам, даже спали иногда вместе, но теперь ты как бы был уже не со мной.

Потом же наступила та проклятая, последняя твоя весна, и ты подхватил где-то клеща, который впрыснул в твою кровь эту смертельную заразу… Мы не сразу стали лечить тебя, не сразу осознали, что с тобой случилось, а потом, наверное, было уже поздно. Мне надо было работать, и я уехал, а ты лежал даже не в моём доме и умирал.

 

фото: fotokia.com

Когда я вернулся, ты уже почти не ходил. Отец сидел на кухне, курил, смотрел в окно. Я подошёл к тебе. Ты узнал меня: твой куцый хвост несколько раз стукнул по полу, но головы ты уже не смог поднять. Но потом всё-таки поднялся и пришёл, шатаясь, к нам на кухню. Наверное, это стоило тебе невероятных усилий. Тогда я сносил тебя на улицу в последний раз.

Через сутки, вечером мы везли тебя в багажнике в те края, где лазил ты по камышам, поднимая тяжёлых уток. На берегу старицы по очереди копали яму, отец положил тебе две карамельки (ты очень любил карамель), и мы опустили тебя в холодный песок.

Потом я собрал ружьё и выстрелил – всего-то три раза. И это были твои последние выстрелы. А отец отвернулся, чтобы я не видел, как он плачет. Я подумал, что и гильзы надо было оставить тебе, только было уже поздно, и я вдавил гильзы пальцем в податливый ещё, сырой песок.

 

фото: fotokia.com

Вдруг совсем рядом опустился на воду селезень.

- Ну вот, Юшка, и утки с тобой попрощаться прилетели, - сказал отец. И тогда отвернулся уже я.

В городе, поздним вечером мы курили у подъезда, тускло горел фонарь над дверью, и было тихо-тихо вокруг. И грустно, потому что вместе с тобой ушло из моей жизни что-то большое, светлое и бескорыстное.
Стояли мы молча, и не мельтешил под ногами, маленький криволапый пёс – друг мой Юшка.

Илья Магрычев 5 марта 2013 в 12:36






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 15
    Евгений Кавура офлайн
    #1  5 марта 2013 в 13:14

    Илья, пусть вашем Юшке Там будет всегда везти.
    Обещал себе никогда таких материалов не читать. Этот прочёл. Слезу не удержал. И не стыдно.

    ... Одновременно призываю охотников-собачатников: до начала клещевого сезона остались считанные дни; заблаговременно запасайтесь инсектицидами, регулярно обрабатывайте своих напарников, а, главное, не ленитесь профилактически их осматривать каждые 15-20 минут. Для тех. у кого "шерстянки", рекомендую носить с собой собачью расчёску и периодически собу прочёсывать по шерсти и обратно - есть шанс обнаружить или стряхнуть суку-клещатину.

    Ответить
  • 12
    Михаил Сёмин офлайн
    #2  5 марта 2013 в 13:32

    Для настоящего охотника с собакой - тяжелые строки. Душевно и трогательно написано, спасибо Вам Илья! Искренние переживания настоящего Человека. Когда я представляю себя на месте автора, подкатывает неприятный комок к горлу, пролетают в голове все прошлые года, когда я охотился БЕЗ собаки, а когда стал с ней...
    Без собаки - для меня, уже не будет той прелести и загадочности в каждом поле, в каждом колке и овражке. Собака - это глаза и нос охоты. Собака изменила меня внутренне - сделала душевно богаче, заставила взглянуть на охоту совсем по-другому, поставив процесс и тандем понимания "охотник-собака, собака-охотник" на первое место, а всё остальное - на второй, третий план...

    Ответить
  • 7
    Юрий Александров офлайн
    #3  5 марта 2013 в 14:34
    Михаил Сёмин

    Для настоящего охотника с собакой - тяжелые строки. Душевно и трогательно написано, спасибо Вам Илья! Искренние переживания настоящего Человека. Когда я представляю себя на месте автора, подкатывает неприятный комок к горлу, пролетают в голове все прошлые года, когда я охотился БЕЗ собаки, а когда стал с ней...
    Без собаки - для меня, уже не будет той прелести и загадочности в каждом поле, в каждом колке и овражке. Собака - это глаза и нос охоты. Собака изменила меня внутренне - сделала душевно богаче, заставила взглянуть на охоту совсем по-другому, поставив процесс и тандем понимания "охотник-собака, собака-охотник" на первое место, а всё остальное - на второй, третий план...

    Решимости хватило прочитать лишь комментарии. Сам терял безвременно четвероногих друзей, до сих пор при воспоминаниях, становится тяжело и грустно.

    Ответить
  • 9
    Борис Соколов офлайн
    #4  5 марта 2013 в 14:58

    Талантлтиво написано. Ей-Богу ! А уж об эмоциях лучше и не начинать говорить...

    Ответить
  • 6
    Александр Кузнецов офлайн
    #5  5 марта 2013 в 21:42

    Действительно, талантливо написано, комочек к горлу подкатывает.Все собаки мои уходили по старости, но, к сожалению, уже больные- смотреть тяжело было. Несколько дней после ухода друга ходил сам не свой...

    Ответить
  • 7
    С.Ю. офлайн
    #6  5 марта 2013 в 21:59

    Смерть каждой своей собаки- страшная трагедия для охотника. Написано с большой душой. Сразу вспоминаются все наши с братом собаки, ушедшие в мир вечной охоты за 30 лет наших охот со своими собаками. Сейчас они лежат рядом на нашем "собачьем кладбище" в березняке за Озером: спаниели Дина и Лапка, дратхаары Хантер и Чак, гончие Пройда и Гобой. Еще один выжлец Заливай лежит под елкой в угодьях недалеко от Горьковского шоссе, где попал под машину во время яркого гона, а другой выжлец Дунай два года назад, почувствовав приближение смерти, каким-то образом выбрался из вольеры, оторвав сетку-рабицу и убежал в лес умирать, так и не нашли...

    Ответить
  • 6
    Сергей Поясов офлайн
    #7  5 марта 2013 в 23:59

    Илья, спасибо за статью! Если честно, то еле-еле дочитал до конца, нахлынули воспоминания... У самого было 3 кокера, собак любил безумно... Вся отдушина моей жизни была в них. Это были более, чем помощницы на охоте, это были - ПОДРУГИ!!!! Одна ушла по старости, одну сбил на глазах у моего ребенка какой-то урод таксист...(поймать не успел). Но самую любимую потерял практически также... Я очень извиняюсь перед коллегами, что длинно и сумбурно пишу, просто накатило... Уже болела, тоже колол, делал что можно. Как-то прихожу с работы, Линдуха чуть живая меня все-таки встретила, хвостом машет, мне даже показалось, что ей легче стало... Пришел убитый, лег не раздеваясь на диван, руки за голову, задремал, а когда проснулся, думал уже не встану... Рядом со мной лежала моя собака, прижавшись ко мне и с головой на моей руке...как будь-то мы как обычно с ней любили спать. Думал умру!!!!
    Вот уже порядка 10 лет после этого регулярно охочусь, но никак не могу снова завести собаку, все думаю, что буду сравнивать с Линдой, а лучше ее, наверное, уже не будет...

    Ответить
  • 7
    андрей rn3dlt офлайн
    #8  6 марта 2013 в 10:13

    Все чаще с неба слышу лай
    Он сыплется, как звездный дождик
    Собаки попадают в рай
    И там нас ищут безнадежно.
    И, свесив чуткие носы,
    Они по райским кущам бродят,
    И почему, не знают псы,
    Своих хозяев не находят.
    Собачий бог не виноват.
    Он, как умеет, с ними лает.
    Они безгрешны и про ад
    По чистоте своей не знают
    И не возьмут последний след
    Своих хозяев безутешных.
    Но даже там, где горя нет,
    Они за нас страдают, грешных.
    Я не святой. И буду рад,
    Приговоренный к крайним мерам,
    Хоть постоять у райских врат,
    Как у собачьего вольера.
    И напоследок посвистеть,
    А хватит сил - подать команду,
    Да что мне ад и что мне смерть!
    Жизнь без собаки хуже ада.




    Они уходят. Это неизбежно.
    Так короток собачьей жизни век!
    Они нас любят преданно и нежно,
    Все эти несколько не долгих лет.
    Они уходят. Мы же остаемся.
    Так горько, жалко!...Но не отменить
    Смертей, болезней. Да, мы остаемся -
    Мы остаемся помнить и любить.

    Мы остаемся вспоминать их взгляды,
    Их лай с утра и порванный диван,
    И как они всегда нам были рады,
    И как упрямы были - как баран.

    Они уходят. Память остается.
    Мы эту память им за всё должны.
    ...Но снова лай в квартире раздается.
    "Он так похож..." И мы опять нужны.

    Ответить
  • 3
    Борис Соколов офлайн
    #9  6 марта 2013 в 11:47
    Сергей Поясов
    Илья, спасибо за статью! Если честно, то еле-еле дочитал до конца, нахлынули воспоминания... У самого было 3 кокера, собак любил безумно... Вся отдушина моей жизни была в них. Это были более, чем помощницы на охоте, это были - ПОДРУГИ!!!! Одна ушла по старости, одну сбил на глазах у моего ребенка какой-то урод таксист...(поймать не успел). Но самую любимую потерял практически также... Я очень извиняюсь перед коллегами, что длинно и сумбурно пишу, просто накатило... Уже болела, тоже колол, делал что можно. Как-то прихожу с работы, Линдуха чуть живая меня все-таки встретила, хвостом машет, мне даже показалось, что ей легче стало... Пришел убитый, лег не раздеваясь на диван, руки за голову, задремал, а когда проснулся, думал уже не встану... Рядом со мной лежала моя собака, прижавшись ко мне и с головой на моей руке...как будь-то мы как обычно с ней любили спать. Думал умру!!!!
    Вот уже порядка 10 лет после этого регулярно охочусь, но никак не могу снова завести собаку, все думаю, что буду сравнивать с Линдой, а лучше ее, наверное, уже не будет...

    Ну, Вы, Сергей, вообще "добили" своим комментарием !

    Ответить
  • 3
    Борис Соколов офлайн
    #10  6 марта 2013 в 11:49
    андрей rn3dlt
    Все чаще с неба слышу лай
    Он сыплется, как звездный дождик
    Собаки попадают в рай
    И там нас ищут безнадежно.
    И, свесив чуткие носы,
    Они по райским кущам бродят,
    И почему, не знают псы,
    Своих хозяев не находят.
    Собачий бог не виноват.
    Он, как умеет, с ними лает.
    Они безгрешны и про ад
    По чистоте своей не знают
    И не возьмут последний след
    Своих хозяев безутешных.
    Но даже там, где горя нет,
    Они за нас страдают, грешных.
    Я не святой. И буду рад,
    Приговоренный к крайним мерам,
    Хоть постоять у райских врат,
    Как у собачьего вольера.
    И напоследок посвистеть,
    А хватит сил - подать команду,
    Да что мне ад и что мне смерть!
    Жизнь без собаки хуже ада.




    Они уходят. Это неизбежно.
    Так короток собачьей жизни век!
    Они нас любят преданно и нежно,
    Все эти несколько не долгих лет.
    Они уходят. Мы же остаемся.
    Так горько, жалко!...Но не отменить
    Смертей, болезней. Да, мы остаемся -
    Мы остаемся помнить и любить.

    Мы остаемся вспоминать их взгляды,
    Их лай с утра и порванный диван,
    И как они всегда нам были рады,
    И как упрямы были - как баран.

    Они уходят. Память остается.
    Мы эту память им за всё должны.
    ...Но снова лай в квартире раздается.
    "Он так похож..." И мы опять нужны.

    А вот это бы не лишне и в журнале опубликовать. Мне кажется, там такого жанра не хватает. Респект Андрею.

    Ответить
Ещё 10 комментариев...
все

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑