Как дальше охотиться?

Статья вторая: современные проблемы охотничьего хозяйства и возможные пути их решения

фото автора фото автора

Охотники перестали заниматься организованной заготовкой пушнины. В основном это произошло из-за того, что спрос на пушнину сильно упал, нет пунктов ее приема, потеряна преемственность поколений пушников.

Сегодня многие стали стрелять бобров «направо и налево», без всяких норм и правил, при этом совершенно не подозревая, что подорвать численность любого вида можно за несколько лет. А вот на ее восстановление могут потребоваться десятилетия и вложение немалых сил и средств.

С постройкой новых автодорог и значительным увеличением личного автотранспорта (в т.ч. повышенной проходимости) угодья стали доступнее. Где раньше ходили только пешком, теперь ездят машины, скутеры, квадроциклы и снегоходы. Возрос фактор беспокойства для животных и смертность их на дорогах (лоси, кабаны, олени, лисицы, бобры, куницы и др.). Ежегодно на дорогах Владимирской области гибнет минимум 25 лосей (Ежегодный доклад под редакцией А. А. Мигачева. Владимир, 2009 г.), что составляет порядка 10% от общего лимита изъятия лося (Постановление губернатора Владимирской области от 29.07.2010. №870 «Об утверждении лимита добычи охотничьих ресурсов на территории Владимирской области на период до 1 августа 2011 г.). Теоретически сбитых лосей (и других животных) можно отнести к упущенной выгоде для государства минимум в 37,5 тыс. рублей (сбор за пользование объектами животного мира 1500 рублей), а для охотпользователей в 875–1250 тыс. рублей (при организации охоты на лося стоимостью 35–50 тыс. рублей). Для природы эти потери вообще бесценны! Обычно все столкновения с дикими животными происходят в одних и тех же местах. Для решения проблемы необходимо в таких местах, кроме предусмотренного Правилами дорожного движения знака, устанавливать огромные предупреждающие щиты (типа рекламных) для информации водителей о возможном столкновении с дикими животными. Так же было бы неплохо, чтобы в атласах автодорог такие участки выделялись особым предупреждающим цветом.

Пару слов о браконьерстве. Для них должны быть предусмотрены особые меры наказания. Согласен с Н. Полковниковым, автором статьи «Дикая охота должна уйти в прошлое» («РОГ» № 40, 2010 г.), что исторически в России сложилось так, что к браконьерам относились достаточно снисходительно и устанавливались для них «мягкие» наказания. В сложившейся ситуации следует сделать наказания за злостное браконьерство жестче. Например, за добычу утки вне сроков охоты лишать права охоты на год (или свободы на тот же срок) и штрафовать на 25 тысяч рублей, бобра – на три года и 100 тысяч рублей, лося или любого краснокнижника – на 10 лет и 500 тысяч рублей. Тогда, возможно, многие призадумаются…

О наших любимцах и любимицах – о собаках. Я думаю, что часть читателей (владельцы собак или их друзья) сталкивалась с такой ситуацией, когда им были совершенно непонятны оценки кинологов (судей-экспертов). А все из-за того, что в основном на выставках (реже на состязаниях или испытаниях) охотничьих собак судьи предвзято выставляют оценки. Потом таких собак допускают к вязке. И если потребуется, вставят искусственные имплантаты (кобелям крипторхам). И это при «бешеных» ценах на щенков практически любой породы! А ведь приобретенного щенка еще надо вырастить и натаскать (а не превратить его в диванную собаку), чтобы в будущем получать от охоты с ним удовольствие. Если спаниеля можно натаскать за 7-8 месяцев, то на дратхаара уходит минимум два года! Притом что дратхааров натаскивать гораздо сложнее, на мой взгляд, из-за своеобразного характера этих собак. Мой спаниель в семь месяцев активно подавал сбитых уток. А в полтора года получил диплом второй степени на областных испытаниях по выпускной утке. Купил же я его вначале 2000 г. в Кировской области всего за 150 рублей. В дальнейшем щенки от него, как от рабочего кобеля, успешно продавались. Также мне хотелось бы, чтобы охотники умели правильно выбирать щенков и их натаскивать. А то возьмет охотник лайку, начинает она активно работать по белке и другой пушнине, а хозяин пытается ее отучить, заставляя работать по копытным.

Не понимаю тех, кто против того, чтобы у угодий был хозяин! Он должен быть, тот или иной. Если раньше «хозяин» был один – общества охотников (Росохотрыболовсоюз), то теперь их множество. Однако многие из них, к сожалению, не имеют понятия, что такое охотничье хозяйство и как его вести. Например, это те, для кого охотхозяйство начинается с создания инфраструктуры, направленной в первую очередь на досуг останавливающихся у них охотников. Это строительство бань, бильярдных, беседок и т.д.

Государственное управление охотой должно предусматривать возможность выбора для охотника: охотится самостоятельно в общедоступных угодьях или идти в организованное хозяйство. Пусть каждый выбирает сам. Поэтому частные хозяйства могут и должны быть разноплановыми (зависеть от типа охотничьих угодий), а не являться только свинофермами. А ведь встречаются «специалисты» разводить кабанов на бывших торфоразработках, где гнездится большое количество водоплавающей дичи. Ведь еще в 70-х годах прошлого века учеными было установлено, что хозяйственное использование ресурсов леса должно ориентироваться на максимальный выход всех видов биологической продукции с единицы площади, а не на получение преимущественно какого-либо одного вида продукции в ущерб остальным.

Основная проблема большинства владельцев частных охотхозяйств состоит в том, что они хотят сразу получать прибыль от ведения охотничьего хозяйства, при этом ничего не делая. У них отсутствует интерес к традиционным видам и способам охот, для них охотники своего рода обуза. Работа их егерей часто состоит из:

– выдачи разрешений на право охоты и путевок (договоров) от 1000 до 5000 р. за каждое разрешение на массовые виды (при штрафе за нарушение правил охоты от 1 до 2 тыс. руб.);

– постройки вышек и подкормочных площадок для кабанов, и их охраны.

С таким подходом данные охотхозяйства, вероятно, долго не просуществуют. Для ведения современного охотничьего хозяйства нужны инвестиции и специалисты-охотоведы для грамотного вложения привлеченных средств и организации работы в угодьях. Не последнюю роль в данном вопросе играет и доверие к охотоведам, т.к. часто бывает, что их мнение не совпадает с мнением руководителя (спонсора). Для чего тогда они пять лет обучались в Кирове или Иркутске? Чтобы потом в магазинах торговали или окна пластиковые ставили!

В настоящее время в соответствии с законодательством угодья, закрепленные за ООиР, являются такими же частными угодьями. Разница лишь в том, что охотники, состоящие в обществе, приобретают разрешения на охоту по более низкой цене, чем те, кто в этом обществе не состоит (это охотники, имеющие членские охотничье-рыболовные билеты из других областей, билеты военного общества охотников и «Динамо», охотничьи билеты государственного образца). Так происходит в той части угодий, куда выдают сезонные разрешения. В другую часть угодий (коммерческую) выдаются чаще только разовые разрешения. Охота в таких угодьях проводится только в сопровождении егеря. Причем стоимость суточного разрешения часто превышает цену сезонного в некоммерческих угодьях. Сделано это, видимо, для того, чтобы охотники своим присутствием не беспокоили копытных на подкормочных площадках и лежках.

Частники останутся частниками со своими проблемами. Но что мешает нам, истинным охотникам, своими усилиями сделать так, чтобы в общедоступных угодьях водилась и размножалась дичь и охота была более разнообразной и добычливой, чем в частных охотничьих хозяйствах? Для этого следует проявлять активную гражданскую позицию в части внесения предложений в проекты федеральных законов и приказов и заниматься биотехническими мероприятиями. А не кричать на всех углах, что все плохо! Ведь если каждый сделает хоть немного на благо угодий (или того единственного водоема, где он охотится всю жизнь), то воз уже сдвинется с места! А охотнадзор нам должен помогать в плане наказания браконьеров. Ведь основными полномочиями любого областного охотнадзора являются:

- государственный контроль и надзор за соблюдением законодательства в области охраны и использования объектов животного мира и среды их обитания на территории области;

- государственный охотничий контроль и надзор на территории области.

Но никак не ведение охотничьего хозяйства. Хоть многие и предлагают, чтобы охотничьи угодья были в основном общедоступными, а работники охотнадзора должны вести там охотхозяйство. При этом сотрудники охотнадзора при условии достойной оплаты труда отлично справятся с такой задачей. Животный мир является достоянием России и каждого гражданина. Сохранять и приумножать его – наша общая задача.

И наконец, о законодательстве. Самым бурнообсуждаемым документом в последние полтора года среди охотников стал, несомненно, закон «Об охоте …». Он даже затмил «правила добИвания». По мнению большинства, он не идеален и повернулся от простых охотников к частному бизнесу. Это реалии рыночных отношений, и теперь нам по нему жить и охотиться. Надеюсь, что изменения в законодательстве на всех уровнях смогут сгладить противоречия, существующие сегодня.

Таким образом, как бы ни развивалась охота и охотничье хозяйство, необходимо быть оптимистом, проявлять себя и надеяться на позитивные изменения.

P. S. Выражаю глубокую признательность Владимиру Курганову, моему спутнику по охотничьим странствиям, за помощь в подготовке статьи.

Статья 1. "Российская охотничья газета" № 852

Илья Комаров, г. Владимир 30 ноября 2010 в 16:02






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑