Забока

Наступило долгожданное время, когда снега еще нет, а землю по утрам прихватывает морозцем

Фото: Сергей Борисов Фото: Сергей Борисов

Есть в наших краях одно примечательное место, и называется оно странным на слух словом Забока. Услышал я о нем от своего отца. Он рассказывал, что еще во времена коллективизации, в начале прошлого века, местные комсомольцы организовали коммуну, собрались из всех окрестных деревень в эту самую Забоку, построили себе жилье, для скота – дворы, вспахали близлежащие поля и жили здесь, пока эта коммуна не распалась. Постепенно построенные кое-как дома и строения развалились, осталось только название.

Так вот, если посмотреть на карту, это место находится внутри мохового болота, огромной подковой охватившего большой участок леса с полянами и сосновыми борами, небольшими озерами и ручьями. Болото это растянулось на многие десятки километров, оправдывая свое название Кривое. Из одного конца гигантской подковы берет свое начало небольшая речка с непритязательным названием Ивановка. Дорог внутрь Забоки нет. Наверняка они когда-то были, но теперь заросли, как заросли и поля, кормившие людей. Отец вспомнил об этих местах, когда мы с ним готовились к предстоящему охотничьему сезону и, загоревшись желанием непременно побывать там, заразил им меня.
Наступило долгожданное время, когда снега еще нет, а землю по утрам прихватывает морозцем. Самая пора для нашего путешествия.

В мотоцикле нас трое. Отец за рулем, я сижу на заднем сиденье, а в коляске, на коротком поводке, – русская гончая Асман. Три года назад отец привез из соседнего города лопоухого месячного щенка, который быстро стал всеобщим любимцем. За эти годы он вырос, возмужал, научился исполнять основные команды, необходимые для воспитанной собаки, и в прошлом году погнал своего первого зайца. Мы очень рассчитывали на его помощь.

Асфальтированную часть дороги мы проехали еще в темноте. Когда свернули в лес, стало совсем светло. Лесная дорога, проложенная, вероятно, людьми, ездившими на покос, была знакома по первой поездке. Проехали покосы, углубились в сосновый лес; долго ехали по краю заросшего мелким осинником поля. Понравившаяся нам дорожка со следами гусеничного трактора повела нас не туда, куда мы стремились, и пришлось вернуться и искать другую, идущую в нужном нам направлении. Все это время собака с интересом смотрела по сторонам, поглядывая на нас и ожидая, когда же наконец закончится надоевшая тряска.

Порядком устали и мы и были рады размять ноги, когда мотоцикл остановился у брошенного колодца, без веревки на вороте. Виднелось какое-то строение, но не жилье, а скорее навес для сена, огороженный забором из жердей. Других следов пребывания людей видно не было. Немного дальше, за деревьями, мы устроили лагерь. Я ушел за дровами для костра, отец приготовил легкий перекус для всех троих – разогрел на костре тушенку. Отец сказал, что это то самое место, где лет пятнадцать назад жили коммунары, которые поочередно пасли стадо телят, заготавливали и солили грибы, собирали на болоте бруснику и клюкву.

Отец с собакой направился вглубь леса в надежде на встречу с зайцем, а я решил подманить рябчиков на манок (собирая дрова, я слышал их перекличку). Продвинувшись в сторону на пару сотен метров, я встал за небольшую елочку и зарядил оба ствола мелкой дробью. Рябчиков не слышал, но знал что они где-то рядом. Мой манок издавал примерно такие звуки: «Ти-и-и-и-у… Ти-и-и-иу… Ти-триу-и-ть». Тишина. Выждав пару минут, я повторил песню. В ответ услышал хрипловатое «ти-и-уи-ти ти». Это была самочка рябчика. Я тихонько переместился метров на пятьдесят вперед. В ответ на мою трель я сразу же услышал громкий и очень чистый голос петушка. Подождал минуту. Снова услышал нетерпеливую песню. Откликнулся, повернув голову с манком в сторону. Часто махая крыльями, пролетел петушок и сел на нижнюю ветку осины. Я поднял ружье. Выстрел семеркой, и птица комком упала на землю.

Я направился в ту сторону, куда ушли отец и собака. Шумно махая крыльями, взлетел рябчик, но к выстрелу я оказался не готов, и, мелькая среди стволов деревьев, он благополучно улетел от меня. Ничего! Главное, что рябчики здесь. Продвигаясь по осиннику дальше, я размышлял о том, что хорошо бы найти место рядом с чистой водой, построить избушку и приезжать сюда уже не на один день. Погода стояла отличная, солнце растопило иней, который покрывал траву белесым налетом. Впереди я услышал азартный голос нашего Асмана – это он поднял зайца и гнал его по зрячему. Так, подумал я, нужно остановиться, послушать, в какую сторону пойдет заяц. Отец наверняка останется ждать на месте его подъема с лежки, а мне придется подстраиваться под гон. Я остановился на краю узкой поляны под соснами, маскируясь кустом шиповника. Место было выбрано хорошее, с большим обзором. Я ждал и любовался осенним разноцветьем листвы на деревьях, глубокой синевой неба, вдыхал запах прелой листвы. Звуковой фон этой картины тоже был великолепен: медленно приближающийся гон звонким колокольчиком разносился по всей округе.

Заяц появился неожиданно. Сначала я почувствовал какое-то движение, затем увидел его, светлым пятном мелькающего среди деревьев. Он не пошел на открытое место, повернул под девяносто градусов и стал приближаться ко мне по краю той самой поляны, в конце которой я стоял. Оставалось тридцать метров, можно было стрелять. Я поднял ружье. Реагируя на мое движение, заяц резко поменял направление бега. Теперь он уже летел, распластавшись в стремительном прыжке, и выскочил на поляну. Выстрел. Заяц продолжал стремительный бег. Второй выстрел. Зверек, мелькнув белым пятном, скрылся за молодыми елками. Два промаха! Как же так?! Семерка! У меня в обоих стволах была заряжена семерка на рябчика!

– Гав! Гав-гав! Гав! – это Асман, не обращая на меня никакого внимания, бежал по следу зайца, пригнув голову. Уши болтались в такт прыжкам. На месте, где зверек резко изменил направление, пес закрутил хвостом, прекратил лаять, сделал несколько движений вправо-влево и, подхватив нужный запах, с ускорением пересек поляну. Я перезарядил ружье, вложив в стволы патроны, снаряженные тройкой. Гон уходил. Прислушиваясь, я двинулся в том же направлении.

Идя по лесу, я размышлял о том, как нелегко мне будет объяснить отцу свои промахи. Мне очень нравилась охота на рябчика с манком осенью. Отец должен меня понять.
Мое внимание привлекло большое количество молодых елочек – от полуметра до двух метров высотой. Все они выросли на участке, бывшем когда-то покосом. А вот и их родители – несколько стеной стоящих елей, увешанных шишками. Среди них было много красивых, ровных и пушистых елочек, радующих глаз. Я прошел краем этой естественной посадки, внимательно посматривая по сторонам. Под ногой что-то хрустнуло. Остановившись, я увидел, что наступил на самый настоящий рыжик – гриб, особо почитаемый в наших краях. Он хорош и жареный и, особенно, соленый. Да и внешне симпатичный. Округлая шляпка с загнутыми краями оранжево-зеленоватого цвета. Низ ярко оранжевый, ножка светлая, внутри полая. Красавец! Этот гриб привлекателен не только для людей. Насекомые часто пользуются им для продолжения рода, откладывая в них свои яйца. В августе, когда насекомых много, очень сложно найти целый, не источенный червячками рыжик. Сейчас же все рыжики были на редкость крепкими и свежими, а утренние заморозки пошли им только на пользу. Грибов было много, оставлять их не хотелось, но охота продолжалась, собака снова гнала зайца в мою сторону. Выбрав подходящее место, я затаился в ожидании.

Асман, в отличие от некоторых (я имею в виду себя), работал на загляденье. Замыкая второй круг, он снова приближался, украшая звуками гона осенний лес. Выстрел! Двенадцатый калибр – это серьезно, у отца именно такой. Я прислушался: собака продолжала гон, затем все смолкло. Мне нужно было идти к своим – они меня ждали.

Зайца я увидел на краю поляны. Рядом, высунув язык и часто дыша, лежал Асман – герой дня. Отец стоял в сторонке, широко улыбался. Я попытался было рассказать ему про промахи, но он только отмахнулся:

– Ну, промазал – так что ж теперь?! Подумаешь! А Асман-то у нас каков? Молодец!

Я подошел к собаке, погладил ее, сказал ласковые слова. И я был доволен и рад вместе со всеми. Вспомнил про рыжики, достал их из кармана, показал отцу и предложил пойти к тому месту, где росли елочки. Мы уложили зайца в рюкзак и тронулись в путь.

Рыжики стали попадаться уже по дороге. Выбрав сухое место, мы повесили ружья, сняли рюкзаки и занялись так называемой тихой охотой. Собака сначала наблюдала за нами лежа, свернувшись колечком, затем подошла ко мне, пытаясь понять, чем это я занимаюсь. Грибы как добыча ее не интересовали, и она скрылась в лесу. Все рыжики были примерно одного размера. Последние теплые деньки осени послужили толчком для их появления, а наступившие утренние заморозки остановили их рост. Я представлял, как обрадуются домашние нашей находке, как будут весело суетиться, рассматривая и перебирая грибы – последние дары уходящего лета и осени.

День клонился к вечеру, пора было двигаться к мотоциклу. Но сначала мы решили перекусить, да и собаку нужно было подождать. Быстро развели костер, за водой сходили к ручью, вытекающему из-под камня, в котелке вскипятили чай. До свидания, Забока! До новой встречи!

Николай Ермаков 2 ноября 2010 в 16:06






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑