Гончие: полевая работа и ее оценка

Полевые испытания, или, как они назывались раньше, «пробы», гончих начались в России более 100 лет назад.

     Сначала в них предусматривалось участие лишь сборных единиц, но впоследствии упор был перенесен на испытания одиночных собак в силу принятого в российском охотничьем собаководстве отношения к полевой проверке как к племенному отбору.
     Правила этих испытаний с момента их появления в 1901 г. пересматривались уже 6 или 7 раз, и их последний вариант принят в 2004 г. Казалось бы, все вопросы, относящиеся к проверке и оценке полевых рабочих качеств этой группы охотничьих собак уже должны быть окончательно разрешены. Однако и сегодня вновь слышны недоуменные вопросы и возражения, решительные протесты и несогласия. В чем же дело? По-видимому, в том, что до сих пор весь комплекс единой полевой работы гончей собаки не рассматривался на ставшей доступной только в последнее время физиологической и психофизиологической базе как собаки, так и животного – объекта охоты с ней. Данная работа представляет попытку осуществить такое рассмотрение с точки зрения уровня современных знаний и в меру возможности авторов. При этом мы безоговорочно стоим на традиционной для российского охотничьего собаководства точке зрения: для всех охотничьих собак во всех случаях проверки их полевых качеств выяснению подлежат природные наследуемые качества. Целью испытаний является определение племенной ценности собаки как производителя. Такое требование определяется тем, что в нашей стране охоты с собаками даже одной породной группы настолько многообразны, что осуществлять на полевых испытаниях проверку подготовки собак ко всем вариантам практической охоты просто невозможно. Задача испытаний – выяснить, кто из производителей может обеспечить пригодным для выращивания и подготовки к охоте материалом.
     Для того чтобы серьезно разобраться в том, что и как испытывать, рассмотрим работу гончих системно. Начнем с простейшего вопроса: какова задача гончей в подружейной охоте на зайца-беляка как наиболее частого объекта такой охоты?
     Гончая, наброшенная в поиск (полаз), должна побудить (добыть) зверя, принять след и преследовать его, отдавая голос (гон). При этом отдача голоса должна достаточно четко отражать взаимное положение собаки и зверя с наиболее активной отдачей голоса на горячем следу («яркий или азартный гон») по близкому зверю, снижением частоты отдачи по удалелому зверю («мароватый гон»), возобновлением азартного гона при приближении к нему и прекращением отдачи голоса при потере следа. При утере следа (скол) гончая обязана, никоим образом не бросая работы, молча отыскать продолжение этого следа или запавшего того же самого зайца и продолжить его гон до того момента, когда он будет взят из-под ружья или сгонен собакой. Вот эти три этапа или периода работы гончей (полаз, гон и скол) практически неизбежно присутствуют в работе гончей и определяют ее успех.
     Чтобы понять, на чем основывается возможность выполнения этих этапов, следует рассмотреть хотя бы вкратце образ жизни и черты поведения объекта охоты – зайца-беляка. Характерной особенностью зайца является сумеречный и ночной образ жизни. Заяц выходит на кормежку с наступлением сумерек, посещая кормовые участки – летом с травянистыми растениями, зимой с молодыми осинками, где жирует, передвигаясь медленной неспешной поскачкой, объедая растительный корм, оставляя на поедях остатки слюны и изредка отмечаясь мочевыми точками и пометом. К рассвету он кончает кормежку и уходит на лежку, как правило, расположенную в крепком месте, обеспечивающем ему хорошую маскировку и укрытие от непогоды. Основным способом обеспечения безопасности от многочисленных врагов для зайца служит затаивание при полной неподвижности даже в момент опасности. Такое западание, вкупе с маскирующим (за исключением ранней осенней линьки) окрасом, сильно затрудняет его обнаружение, поскольку запавший зверек не издает запаха. Эта особенность зайца, весьма существенная для охоты с гончими, состоит в своеобразии испускания им запаха. Дело в том, что запах, присущий зайцу, испускается им тремя путями: с потом через потовые железы, с экскрементами и, наконец, со слюной, оставленной на поедях. И экскременты (моча, помет), и остатки слюны, естественно, не могут указать местонахождение укрытия зверя, поскольку находятся в стороне от него. Казалось бы, что наиболее надежным средством для обнаружения лежки должны являться выделения пота. Однако уже давно было установлено, что у зайца, как и других зайцеобразных, потовые железы расположены лишь на подошвах лап, и, следовательно, единственными источниками его запаха могут служить следы, оставленные им при движении. Запавший, затаившийся на лежке зверь никакого запаха не издает. Однако и следы, оставляемые при подходе к лежке, также не дают возможности раскрыть ее местоположение, так как, направляясь к ней, зверек принимает меры, запутывая след и делая скидку. Запутывание следа, наряду с западанием, служит зайцу вторым способом обеспечения безопасности. Обычным способом запутывания следа служит двойка и скидка. При этом зверек, проложив след, резко разворачивается в обратную сторону, проходит некоторое расстояние (до 100–150 м) точно по своему следу и затем делает длинный, в несколько метров, прыжок в сторону, зачастую непосредственно в укрытие, где и затаивается. В результате преследователь теряет след в месте поворота зверя и даже, попытавшись вернуться обратным следом, не может причуять затаившуюся неподалеку добычу. Такой способ запутывания следа заяц применяет как при отсутствии непосредственной угрозы при уходе с жировки на лежку, так и во время преследования его собакой или другим врагом, не опасаясь делать двойку прямо навстречу преследователю. Поскольку заяц обычно занимает определенную жилую территорию, в пределах которой он и кружится под гоном, то он превосходно знаком с местными условиями и прекрасно знает, куда следует скинуться и где можно укрыться.
     Если след запутывается во время преследования, то после двойки и сметки он, переждавши некоторое время, пока преследователь окончательно запутается в следах, потихоньку уходит в сторону и, напетляв еще, вновь западает в укрытии.
     Вот с этими особенностями зайца-беляка и приходится постоянно сталкиваться гончей при выполнении своей работы,  и именно успех ее работы складывается из успешного решения ею задач, возникающих на каждом этапе.
Какими же природными наследуемыми качествами должна обладать гончая, чтобы решать эти задачи? С биологической точки зрения можно выделить три группы признаков, которые действительно являются наследуемыми и в преобладающей степени определяют племенное значение полевого работника. Это, во-первых, уровень развития органов чувств (для гончей – обоняния); во-вторых, анатомические особенности, обеспечивающие движение (для гончей – костяк и мускулатура) и отдачу голоса на ходу (сердце, легкие и т.п.), и, в-третьих, уровень развития высшей нервной деятельности (ВНД). Последняя должна включать наличие необходимых инстинктов (безусловных рефлексов), способность к выработке и закреплению условных рефлексов и способность к «умственной деятельности», т.е. к осмысленному поведению в нестандартных ситуациях, а также силу и подвижность ВНД, короче – ум и характер собаки. Определение необходимых биологических составляющих трех указанных групп наследуемых признаков дает возможность уточнения расцениваемых на полевых испытаниях элементов работы охотничьих собак и отделения их от не имеющих племенного значения фенотипических (приобретенных) признаков, которые нужны лишь в степени, позволяющей определить наличие и развитость природных качеств. Рассмотрим природу этих качеств и их использование собакой на всех трех этапах полевой работы.
     Обоняние – это способность собаки воспринять с помощью обонятельного аппарата попавшие в ее носовую полость молекулы запаха, характерные для животного (зайца), испускающего их, идентифицировать с определенным объектом и отправить эту информацию в отдел мозга, отвечающий за реакцию на запаховый раздражитель. И обонятельный аппарат, и процессы, протекающие в нем, ныне довольно хорошо изучены. Достаточно сказать, что в 2004 году Нобелевская премия в области медицины и биологии присуждена именно за раскрытие генетической природы обоняния. Обонятельный аппарат состоит из обонятельных клеток, каждая из которых несет 10–20 жгутиков, увенчанных белком-рецептором (приемником) запаха. Все рецепторы в одной клетке одинаковы и принадлежат к одному типу. Типов таких рецепторов у собаки насчитывается до тысячи (против 20 у человека). Число клеток с одинаковыми рецепторами меняется и зависит от породы, а более точно – от индивидуальной наследственности собаки.
     Современные исследования механизма обонятельного процесса показали отсутствие специфических рецепторов отдельных запахов. Как оказалось, молекулы запаха, даже мономолекулярного, взаимодействуют с набором рецепторов и вызывают в нервной системе обонятельного аппарата собаки в каждом случае определенный ансамбль сигналов, создающий «образ запаха». Концентрация молекул запаха, способная вызвать образование такого ансамбля, называется пороговой концентрацией. Она является индивидуальным признаком не только породы, но и отдельной собаки, определяя остроту ее обоняния. Острота обоняния не может быть замерена непосредственно и определяется только через поведенческую реакцию, которой (в случае с гончей) служит начало движения по следу с отдачей голоса (гона). Продолжение гона связано с продолжающимся раздражением обонятельного аппарата и поступлением сигнала в мозговой центр и должно прекращаться при утере запахового контакта, что определяет верность отдачи голоса. Таким образом, эта последняя часть процесса, относимого нами к чутью гончей, отражает уже участие в нем не обонятельного аппарата, а высшей нервной деятельности собаки.
     Таковы внутренние составляющие чутья – важнейшего для гончей наследуемого рабочего признака. Однако, как уже сказано, обонятельная реакция наступает только при попадании в носовую полость гончей концентрации молекул запаха не ниже пороговой, и тем самым к проблеме определения чутья привлекается фактор, лежащий вне собаки, а именно запах зверя. Значение этого фактора состоит в том, что запах достигает носовой полости собаки далеко не в той концентрации, в которой испускается зверем. Он может задерживаться, рассеиваться и вообще выдыхаться. В силу этого полевое определение пороговой концентрации запаха – меры остроты обоняния – нельзя решить без понимания этого фактора.
     Что касается источника запаха, то для основного объекта работы гончих – зайца, как уже говорилось, таковыми служат потовые железы, экскременты и слюна, оставшаяся на поедях. Молекулярный состав запаха зайца, по-видимому, никем еще не изучался, но можно предположить, что в него входят, по меньшей мере, два–три достаточно летучих компонента, определяющие вид, пол, состояние животного в сочетании, дающем возможность определить даже индивидуальную особь. Это подтверждается хорошо известной охотникам способностью гончей работать по выбранному зверю, не меняя его следа.
     Запах, оставленный зайцем на следах, с течением времени улетучивается, причем скорость падения его концентрации зависит от температуры и влажности воздуха, силы ветра, подложки следа (трава, листья, хвоя, песок, снег и т.п.) и ее состояния (сухая, влажная, мерзлая и пр.). При этом не только падает сила запаха, но меняется и его состав из-за разной летучести входящих в него компонентов. Процесс качественного и количественного изменения концентрации запаха над заячьим следом никем, естественно, не изучался.
     В то же время сам процесс изменения концентрации запахов в зависимости от условий их испарения с носителя исследован весьма подробно. Эта проблема за последние 20–25 лет связана с поиском средств борьбы с насекомыми с помощью феромонов (половых атрактантов) – пахучих веществ, привлекающих насекомых другого пола на большом расстоянии. Одним из важнейших методов борьбы с вредными насекомыми оказалось создание ловушек, загруженных синтетическим природным феромоном или его аналогом. На запах самки, распространяющийся из ловушки, со всей округи собираются самцы, которых остается только изничтожать. Изучение процесса испарения запаховых веществ из ловушек показало, что изменение концентрации запаха, во-первых, сильно зависит от носителя, на который он был нанесен, во-вторых, от условий окружающей среды и, наконец, в-третьих, всегда происходит неравномерно – сначала быстро, а потом постепенно, все более и более замедляясь по экспоненте. При этом на таких носителях, как асфальт или другие твердые поверхности, время испарения запаха оценивается минутами, значительно замедляясь при использовании песка или других впитывающих материалов, причем на таких носителях исходная концентрация запаха с самого начала сильно снижается из-за впитывания носителем. Заметное влияние на скорость улетучивания запаха оказывает и температура. Так, при повышении температуры с +15o до +30o процесс полного испарения ускоряется в два раза. Эти результаты ясно подтверждают то, что прекрасно знают все гончатники: одно дело работа гончих по прелой сырой листве, а совсем другое дело – по песку или пашне.
     Опыты по испаряемости запаха с таких характерных для условий работы гончей носителей пока не производились, однако они вполне могут быть поставлены по инициативе РФОС на базе Института защиты растений.
Судя по практике работы гончих, доступность запаха следа зайца для гончей не превышает 30 минут. Во всяком случае, во всех правилах полевых испытаний гончих принятие следа перевиденного зайца через 15 минут после его прохода расценивается уже очень высоко. Значительно дольше сохраняется так называемый «жировочный след» или, точнее, его остатки, включающий, помимо остывших следов заячьих лап, долго пахнущие экскременты, поеди и пр. Р.И.Шиян приводит пример: п.ч. Кучум 1639/рг, отдавал голос на «заячьих катышках» спустя много часов после их выделения.
Все сказанное о природе чутья четко указывает на недопустимость оценки чутья гончей без учета условий ее работы..
Высшая нервная деятельность собаки в применении к вопросам полевой работы охотничьих собак в охотничьем обиходе имела название «ум и характер». Этот термин довольно точно определяет интересующую нас сферу вопросов ВНД, которую следует рассмотреть. В понятие «ум», не научное, но четко определимое в отношении собаки, при этом войдут безусловные (инстинкты) и условные (обучаемость) рефлексы и способность к рассудочной деятельности (принятию правильных решений в нестандартной ситуации). Работа аппарата высшей нервной деятельности гончей имеет важнейшее значение для полевого досуга.
     К безусловным рефлексам, имеющим прямое отношение к ее работе и заложенным в гончую с самого рождения, но не всегда проявляющимся в щенячьем возрасте, относятся интерес к зверю и его преследованию с отдачей голоса. Нужно отметить, что отдача голоса на следу зверя – особенность гончих, свойственная только этой группе пород. Она не характерна ни для других пород собак, ни для волка, шакала, койота. В то же время генетика относит этот признак к доминантным (подавляющим), вследствие чего он может проявляться у помесей, несущих кровь гончих. Таким образом, хотя сама по себе отдача голоса на следу не является подтверждением чистоты гончей крови, отсутствие этого признака полностью исключает собаку из племенного состава.
     Условные рефлексы или навыки непосредственно собакой не наследуются, а возникают у нее и закрепляются в процессе обучения или приобретения опыта. В то же время сам процесс обучения, освоения опыта и закрепления навыка несомненно в определенной степени определяется генетически. Для возникновения условного рефлекса необходимо наличие базы в виде рефлекса безусловного. Так, выжленок, натолкнувшийся на свежий след зайца, заинтересуется им и даже начнет попискивать в силу врожденного инстинкта, но, увидев на некотором расстоянии пробегающего в стороне зверя, просто уставится на него в недоумении. И лишь связав этого зайца с пахучим следом, примется работать по зрячему. Возможен и обратный вариант, когда щенок, увидев пробегающего зайца, заинтересуется им как движущимся предметом (инстинкт «что такое?»), а подбежав, натолкнется на горячий след. Вот тут и проснется рефлекс преследования с голосом и гон по зрячему. Два–три урока – и условный рефлекс, связывающий вид зайца с его запахом, выработан. Другим необходимым для гончей условным рефлексом является ориентировка – способность запоминать окружающую местность. Этот рефлекс, называемый конгинетивным (познавательным) рефлексом, состоит в создании собакой на основании опыта некоего образа или примет окружающей обстановки, позволяющей выделять сходные участки ландшафта, например крепкие места, пригодные для лежки зверя.
     Вот эти врожденные и передаваемые по наследству качества гончей – способность к обучению и смекалка, то есть развитость высшей нервной деятельности, и являются тем, что объединяется термином «мастерство».
Н.П.Пахомов, определяя мастерство, как искусство гончей при выправлении следа или на сколах, когда след потерян, одновременно предупреждал против представления, «что мастерство – это весь комплекс работы гончей». Определение «мастерства», данное Н.П.Пахомовым, довольно близко совпадает с тем, что указывают В.И. Казанский («Гончая и охота с ней»), Б.Д. Протасов («Охота с гончими»), Б.В. Дмитриев («Гончие») и другие. При этом все они, признавая необходимость наличия чутья, тем не менее указывают, что основой «мастерства» является опыт и ум (способность собаки освоить этот опыт).
     Наконец, еще одна сторона полевого досуга гончей, неразрывно связанная с ее высшей нервной деятельностью, это подвижность ее нервных процессов. Необходимой особенностью работы подружейной гончей, в отличие от гончих комплектных псовых охот, является работа «до ружья». Гончая не имеет права бросать гонного или потерянного зверя, как и заменять его другим, подвернувшимся в процессе работы по поднятому ею. Исключение допускается только для лисицы или для стаи гончих по волку. Это качество гончих определяется как «вязкость» и биологически, по данным Е.Н. Мычко, состоит в затрудненности переключения внимания, связанной с невысокой подвижностью нервной системы. Этот признак, в значительной степени врожденный, является чертой характера, причем у собак (как и у людей) он может выступать двояким образом: в положительном качестве – упорство, либо в отрицательном – упрямство. Для гончей в первом смысле – это «вязкость», во втором – «непозывистость». Существенное значение имеет установление различия между ними. Считается, что собака должна выходить на вызов в том случае, если она не занята следом. Однако неясно, как определить это, не видя собаки.
     Наконец, третий комплекс врожденных качеств гончей, необходимых для успешной работы, включает анатомические особенности, обуславливающие ее способность гнать, то есть преследовать зверя одновременно с непрерывной отдачей голоса при сохранении достаточной быстроты преследования в течение значительного времени. Эта составляющая наследуемых рабочих качеств гончей связана с понятиями паратость и голос.
     Под паратостью принято понимать скорость передвижения гончей при преследовании зайца. Считается, что паратость целиком определяется ее физической возможностью проявлять большую скорость хода в течение длительного времени. Так ли это и какова на самом деле скорость хода зайца и преследующей его собаки? Единственным, кто интересовался реальной скоростью гончей, был Н.П. Пахомов. По его данным, скорость гончей на чистом месте и накоротке составляет примерно 60 м за 6–8 сек., то есть около 30 км/час. Гоньба же беляка по лесу происходит, несомненно, значительно медленнее, со скоростью не более 15–20 км/час. И этой скорости вполне достаточно для зайца, чтобы через 1,5–2 часа непрерывного гона он пополз. Гончая же, если она не совсем уж осенистая или засидевшаяся, может достаточно свободно выдерживать такую скорость на всей 20–30-километровой дистанции.  Почему же она не всегда показывает такую паратость? Очевидно, дело не только в физической приспособленности, но и в чутье, благодаря которому чутьистая собака может висеть непосредственно на хвосте у зверя. Таким образом, паратость, судя по всему, отражает две группы природных качеств гончей собаки – физическую (анатомическую) пригодность к работе и чутье. Анатомическая часть этих особенностей отражается в экстерьере (правильный постав конечностей и шеи, нужные углы сочленений, сбитые, правильной формы лапы и т.д.). В практике испытаний гончих паратости придается мало значения, хотя она, вкупе с остротой обоняния, в определенной степени компенсирует мастерство, затрудняя зверю запутывание следа. Аппарат, обслуживающий движение гончих, должен обеспечить еще и отдачу голоса на ходу, что связано с анатомическим устройством сердца, легких и голосового аппарата. Сказывается это на экстерьере гончих или нет, то есть можно ли хоть что-то сказать о возможном голосе гончей по внешним признакам, – неизвестно. Н.П. Кишенский утверждает, что силу голоса можно определить «по объему груди, а еще вернее, постукивая ей грудь за лопаткой», но предупреждает, что это возможно только при очень большом опыте. Может быть, что для силы голоса существенно наличие резонатора, характеризуемого шириной в ганашах, то есть расстоянием между углами нижних челюстей.
 

АЛЕКСЕЙ КАМЕРНИЦКИЙ, АНДРЕЙ МАТУШКИН 22 июня 2007 в 19:28






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑