ЗАТЕРЯННЫМИ ТРОПАМИ ИЗ ВЕКА В ВЕК

Павел Кикин «Охотники на слонов», ООО Чебоксарская типография № 1, 2006 г.

Название рецензии родилось как-то само по себе из простого синтеза двух рубрик нашего журнала «Охота и Рыбалка – ХХI век», но оно не было случайным. С одной стороны, автор только что прочитанной книги «Охотники на слонов» Павел Павлович Кикин  уже давно начал знакомить наших читателей с будущими своими героями на страницах журнала именно в рубрике «Затерянными тропами», а с другой – он привел этих легендарных людей к нам из прошлого, а некоторых и позапрошлого века. Основным авторским  посылом к этому, на мой взгляд, вполне могут послужить его слова, обращенные к читателям: «Кто будет оспаривать, что честь и достоинство, смелость и порядочность не являются и в наше время главными приоритетами человека. Безусловно, трусость и ложь, предательство и слабость и через сотни лет будут презираться».
Я прочитал эту книгу запоем, как в молодости «проглотил» «Охотника» Джона Александера Хантера – одного из нынешних, полагаю любимых, героев Павла Кикина. А впрочем, я зря взял на себя смелость предположить особую любовь автора к Хантеру, скорее всего он не делит этих великих охотников на любимых и нелюбимых, неподдельно восхищаясь всеми без исключения. Он прекрасно осведомлен о темных сторонах их характеров, но «эти герои решали свои проблемы сразу и на месте».
Впервые в отечественной литературе Павел Кикин высветил имена людей, оставивших неизгладимый след в истории освоения Черного Континента. Джон Бойс – король народа ва-кукуйю, великан среди охотников на слонов Джим Сазерленд, который в жизни не был великаном, Ганс Шомбургк, Иан Нэшинс, Фредерик Кортни Селу, с которым по вопросам охоты консультировался Президент США Теодор Рузвельт.  Пусть по современным критериям их вклад не так уж бесспорен, пусть добытые ими трофеи покажутся современникам чудовищными, однако не будем ханжески строгими, «все боролись за выживание и теплое место под солнцем».
Я почему-то уверен, что эта прекрасно изданная книга не предназначена для так называемого «широкого круга читателей», но читающей аудитории, связавшей свою судьбу с охотой, она жизненно необходима как средство познания образа мыслей и логики наших далеких предшественников.
Конструкция книги донельзя проста и доходчива: краткий биографический очерк в аромате исторической обстановки и наиболее яркие зарисовки устами самого героя. Но этим создается тот правдивый и органичный портрет, достаточный для воссоздания облика и мировоззрения персонажа, логически вызывающий симпатию заинтересованного читателя. Боюсь, что мизерный тираж книги, увы, не насытит желающих ее прочесть, а значит, перенестись в фантастический мир первооткрывателей нетронутой природы Африки, окинуть взглядом ее первобытные просторы с неисчислимыми стадами животных,  прикоснуться к участию в великих охотах, уже недоступных нашим поколениям.
Что еще особенно впечатлило меня в этой только что вышедшей, но  редкой книге? Как принято сейчас говорить – это видовой ряд. Дивное обаяние лиц на старых черно-белых фотографиях, с огромными трудами добытых автором. Благородство и мужество, мечтательность и целеустремленность, достоинство и воля. Нашему поколению только мечтать о подобном отображении, к великому сожалению. И, конечно же, слоны Павла Кикина, предваряющие каждый очерк. Лаконичные, как экслибрисы, достоверно отображающие динамику животного. Графически четкие, всецело завершенные, напрочь исключающие краски.
И, наконец, о планах автора, доверительно сообщенных читателю в послесловии, «перевести на русский язык и издать несколько самых ярких и лучших произведений» своих героев. Дай Вам Бог, уважаемый Павел Павлович, многих сил и великих стараний в нужном для всех нас деле.

Вадим ЖИБАРОВСКИЙ 13 июня 2007 в 13:58






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑