Со спаниелем на глухарей

  Глухари - очень интересный объект охоты со спаниелем. Во-первых, глухарь - это завидный трофей. Матерый петух, взятый из-под хорошей работы, вспоминается потом всю оставшуюся жизнь. Во-вторых, места обитания глухарей очень живописны. Это суровые северные леса, моховые болота, ягодники, на которых редко бывают люди. Пожалуй, из всех подружейных собак спаниели наиболее приспособлены для этой охоты. Глухари обычно не выдерживают стойку легавой, особенно матерые петухи, они стараются убежать, чуть только заслышат подозрительный шум, и взлететь так, что только услышишь хлопанье могучих крыльев. Молодые глухарята чаще затаиваются и дают возможность сработать легавой. На этой охоте нужна следовая собака, которая бы по глухариным набродам подвела охотника к птицам на выстрел. Конечно, опытная легавая может подвести к глухарям и без стойки, но тогда она будет работать, как спаниель.

     Глухариная охота немного напоминает тетеревиную, только следовая работа бывает гораздо длиннее, так как глухари более осторожны и подпускают не так близко. На такой охоте от спаниеля требуется умение работать по следу, не ковыряться в жировках, а быстро разбираться, находить выходной след или самих птиц. Глухариный запах очень сильный, поэтому от собаки не требуется особенного чутья. Главное, что необходимо в охоте на глухарей, это хорошая постановка собаки, она должна работать в полном контакте с ведущим, работать на него, на то, чтобы выставить птицу под выстрел. Здесь собаку легко испортить; если она привыкнет срываться по следу за птицами, не обращая внимания на охотника, и поднимать их далеко, то это в дальнейшем трудно исправить. В этом плане глухариная охота требует серьезной предварительной подготовки.

     Первый раз с глухарем Лада познакомилась, когда ей не было еще года. Мы бродили по лесам Вологодской области, пытаясь найти на вырубках вальдшнепов. Мне тогда удалось сбить неожиданно слетевшего с елки матерого петуха. Получился подранок. Лада быстро загнала его в густой еловый подрост. Петух сопротивлялся, пытался ударить собаку клювом или крылом. Лада старалась его схватить, но побаивалась, такую большую птицу она видела в первый раз. Собака с лаем нападала на глухаря, как лайка на медведя, и при малейшем выпаде отскакивала назад. Пришлось самому его добить и дать немного потрепать собаке, чтобы не боялась.

     Следующая встреча с глухарями состоялась на Северном Урале, в походе. Мы находились тогда в верховьях Большой Сосьвы. В этих местах водились глухари и рябчики, на речке встречались утки. На одной из стоянок я решил осмотреть округу с небольшой горки, которая виднелась невдалеке, взял ружье и Ладу с намерением по пути добыть чего-нибудь к столу. Мы вышли на небольшое моховое болото, заросшее по краю брусничником. Надо сказать, что брусники тогда было мало. На краю болота я увидел глухариные перья, собака не обращала на них внимания, видно, глухари оставили их давно. В голове мелькнуло: места хорошие, здесь может что-то быть, надо проверить ягодники по краю болота. Пустил собаку в поиск, она пошла нешироким челноком и вдруг потянула в полветра и наткнулась на свежие наброды. По тому возбуждению, с которым Лада пошла по набродам, чувствовалось, что запах очень сильный. «Наверняка глухари», - подумал я и перезарядил правый ствол тройкой, в левом она уже была. Временами Лада вела очень уверенно, временами начинала путаться в набродах, видно, птицы здесь кормились и больше наследили. Я старался держаться поближе к собаке. Иногда приходилось бежать за ней, иногда ждать, пока разберется в жировках. Так мы прошли примерно полкилометра. Я старался ступать как можно тише, однако под ногой громко треснула ветка, которую не было видно во мху. Впереди, довольно далеко, послышалось сильное хлопанье крыльев и тревожное квохтанье глухарки. Эх, подшумел! Но Лада продолжала отрабатывать след. Мне показалось, что она ведет по выводку, примерно так она работала по тетеревиным выводкам, но здесь азарта было больше. Взлет, кажется, был один. Наверное, кто-нибудь остался. Стал идти еще осторожнее. Собака вела к месту взлета. Вдруг впереди, метрах в двадцати, послышалось громкое хлопанье крыльев, поднялись три глухаря. Справа я услышал еще подъем. Выбирал черную птицу, это петух, вскинул ружье. Промах! Надо выцелить. Навел мушку прямо в голову птицы. Выстрел. Глухарь тяжело плюхнулся в мох. Почти над головой раздалось тревожное квохтанье глухарки. Она сидела на сосне метрах в тридцати. Стрелять ее я, конечно, не стал. Пусть бережет выводок.

     Длинная следовая работа по глухарю типична для спаниеля. Гораздо реже собака берет птицу сразу верхним чутьем. Наткнуться на свежие глухариные наброды можно гораздо чаще, чем на самих птиц. Но случается и это.

     Однажды на Лопсии, это речка на Северном Урале, мы с Ладой возвращались с рыбалки. Из моего рюкзачка торчала телескопическая удочка, там же лежал полиэтиленовый мешок с хариусами. Мы шли по каменистому руслу речки. Воды было мало, речка струилась по самому центру русла, из воды торчали крупные камни. По берегам дремучая тайга, большие ели, пихты и кедры, очень густой подлесок вперемешку с поваленными деревьями, и недавно упавшими, и уже покрытыми мхом, и совсем сгнившими, делали ее почти непроходимой. По краям этой крепи можно было встретить выводок рябчиков, иногда к речке выходили глухари. На всякий случай ружье я держал под мышкой. Впереди речка разбивалась на два рукава. По одному проходило основное русло. Между рукавами образовался островок метров в тридцать шириной, густо заросший, как и берега. Я пошел по сухому рукаву. Лада бежала впереди. Вдруг она остановилась, развернулась на островок, немного присела и интенсивно заработала хвостом. Так она делала, когда на чутье была птица. Собачий нос усиленно работал. Лада старалась уточнить место, откуда исходит запах, казалось, она старается «увидеть» птицу чутьем. И вот она резко пошла на источник запаха. Впереди, в самой крепи, послышалось мощное хлопанье крыльев. Это взлетел матерый петух. Его подъем ни с чем нельзя спутать. В крепи было видно только его мелькание. Выстрелил наудачу, в надежде на то, что двойка должна пробить листья и тонкие ветки и достать глухаря. После выстрела - тишина, не слышно ни хлопанья крыльев, ни удара об землю. Второпях продираюсь сквозь эту гущу, выскакиваю на другой рукав речки и вижу: Лада держит за шею матерого глухарища. Командую: «Подай!» Она приносит, с трудом волоча по камням, огромную птицу прямо к моим ногам.

     Глухариный запах очень сильный, иногда собака причуивает птиц метров за пятьдесят или более. Сильно пахнут и глухариные следы. Однажды мне пришлось наблюдать, как собака идет по заметному глухариному следу. Мы с приятелем шли по рукаву Лопсии. Воды в рукаве почти не было, местами среди камней виднелись небольшие лужи. Лада замешкалась где-то сзади. Я заметил на камнях свежие отпечатки мокрых глухариных лап. По величине следа это была глухарка. Она прошла здесь совсем недавно, следы еще не успели высохнуть. Тихим свистом я подозвал собаку. Она подбежала и сразу повела по следу. Я обратил внимание: Лада шла не по самому следу, а примерно в метре в стороне. Видимо, запах был настолько сильным, что забивал чутье собаке, и она, чтобы вернее отработать след, шла рядом с ним.

     Глухариные запахи сильно горячат и возбуждают собаку. На этой охоте особенно важно, чтобы собака работала в полном контакте с охотником. Здесь требуется очень хорошая постановка. Если ваша собака в условиях сильного возбуждения не срывается, не уходит далеко, а подводит к птицам на выстрел, то такую постановку можно считать очень хорошей. Правда, и от самого охотника требуется выдержка, иначе собаку легко испортить.

     Однажды, когда Лада вела по глухариному следу, она сильно обазартилась и сорвалась, ушла вперед, не реагируя на мои свистки и команды. Через некоторое время я услышал метров за двести ее визгливый лай. Подойдя, увидел такую картину. На сосне сидит матерый петух и недовольно скиркает на собаку. Лада под деревом облаивает его, как настоящая лайка. Глухарь был на выстреле, и я не смог отказаться от такого трофея. Это была большая ошибка. Когда мы опять набрели на глухариные следы, Лада сразу пошла по ним, не обращая внимания на меня. Через некоторое время вдалеке послышался ее лай. Она посадила на деревья целый глухариный выводок. Я понял свою ошибку, не стал стрелять, а срезал хороший прут и устроил Ладе урок послушания. Правда, у самого от жалости сердце сжималось. На следующий раз повторилось то же самое. Но после второго наказания Лада больше никогда не срывалась, а четко подводила к птицам. Она была уже опытная собака и четко понимала самое главное в охоте - птицу надо выставлять под выстрел. Конечно, из спаниеля лайка никудышная, это не его профиль. Когда собака поняла, что так охотиться с ней не будут, что за это еще и попадает, она сразу перешла на привычный способ.

     Надо сказать, что глухари очень осторожные птицы. Особенно это относится к матерым петухам. Часто они стараются убежать в крепи, а почувствовав, что обнаружены, поднимаются хоть и близко, но так, что выстрелить по ним невозможно. Молодежь в выводках не так осторожна, бегает меньше, чаще затаивается. При охоте на глухарей надо соблюдать полную тишину, стараться не хрустнуть сухой веткой, команды отдавать тихим свистом и жестами. Тихий свист означает «Внимание!» Собака должна оглянуться. Поднятая рука: «Стоять!» Взмах руки в сторону: «Ищи в том направлении!» Этих команд вполне достаточно.

     Охота на глухарей с хорошо поставленным спаниелем может быть довольно добычливой. Однажды мы стояли в устье уральской речки Нахор, это была последняя стоянка нашего маршрута. Вечером ребята засиделись у костра, поэтому утром я не нашел себе компаньона на охоту. По берегам Нахора были брусничники, значит, по утрам здесь должны кормиться глухари. Я взял Ладу и пошел вверх по речке, метрах в тридцати от берега. Метров через триста от палаток Лада заработала и повела следом сначала вдоль речки, потом приостановилась и развернулась в сторону берега. Я понял: птица на чутье. Собака еще продвинулась вперед и резко пошла на птицу. Глухарь поднялся за кустами на самом берегу в двадцати метрах от меня. Увидеть его мне не удалось, выстрелить тоже. Я пожалел, что со мной никого не было. По речкам хорошо охотиться вдвоем. Один с собакой идет метрах в сорока от берега, другой по берегу немного сзади. Глухари, заслышав идущих, стараются убежать и затаиться в зарослях около самого берега. Взлетать на чистом месте им легче. Собака поднимает их, и они попадают под удобный выстрел. Одному в таких условиях лучше идти по берегу, а собаку запустить в лес, есть шанс, что она сработает с заходом. В данном случае это не проходило, растительность почти везде подступала к самой воде, идти было бы очень неудобно. Мы пошли дальше краем леса. Через некоторое время собака верхом потянула вперед, ближе к берегу. На этот раз с квохтаньем поднялась глухарка. Она тоже взлетела на речку, и я через кусты увидел только мелькание ее крыльев. Если глухарка квохчет, то выводок рядом. В месте подъема была песчаная коса метра четыре шириной. Мы вышли на нее. На другом берегу - скальная стенка высотой метров десять, ее подножье образовывало небольшую террасу, поросшую маленькими елочками. Под ними виднелся брусничник. Лада потянула на другой берег. Там, несомненно, что-то было. Она остановилась у воды и оглянулась на меня, как бы говоря: «Надо идти туда». Я махнул рукой, и она поплыла. На другом берегу Лада сразу резко пошла в елочки, перед ней с шумом поднялись три глухаря: два петушка и одна курочка. Курочка полетела прямо на меня и прошла над самой головой. Петушки разлетелись в разные стороны, один вверх, другой вниз по речке. Я выстрелил сначала по тому, который летел вниз, он плюхнулся в воду и течение понесло его. Быстро развернулся на второго, до него было метров тридцать, дистанция хорошая. Выстрел. И этот в воде. Оглядываюсь на собаку, а она уже плывет, догоняет первого. Вот она его схватила, подплыла к берегу, здесь высоко и неудобно, с большой птицей не вылезти. Собаку с птицей сносит течение. Но вот удобная ложбинка, и она выбралась на берег, положила добычу, отряхнулась. В это время течение принесло второго глухаря, он плыл возле самого берега. Лада сплавала и за ним. У меня не хватило выдержки ждать, когда собака подаст птиц в руки, и я подошел к ним, приторочил их за спину и решил возвращаться домой. Но Лада пошла назад, оглядываясь на меня, как бы приглашая за собой. Мы вернулись на то место, где я стрелял, прошли немного дальше. Лада опять потянула на другой берег, переплыла речку и довольно быстро пошла по террасе под стенкой. Она повела метров пятьдесят, и впереди поднялись еще два глухаря. Видимо, сразу взлетел не весь выводок, эта пара отбежала и затаилась. Стрелять я больше не стал, добычи было достаточно. Удивительно, собака через речку смогла не только причуять птиц, но и сосчитать их. Когда я вернулся к палаткам, ребята уже встали и собирались готовить завтрак. Я посмотрел на часы, оказывается, мы отсутствовали не более сорока минут.

     На глухарей с Ладой мы охотились много. Всего с ней я взял более тридцати птиц.

    

Олег Янушкевич 1 декабря 2001 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑