Неправильный медведь

            На Николу получил весточку из деревни. “Приезжай, - пишут, - берлогу нашли, да не больно-то тяни - медведь лежит чуть не в огороде, долго ли подшуметь”.

Прочитал и подумал:”Негоже одному-то”.

Приходилось, конечно, медведей стрелять и с подъезда, и с лабаза, только ведь зимой медведь другой, “хараЂктерный”, как мужики говорят. Опять-таки охота - дело артельное, надо и друзей потешить.

Собрались, как говаривал наш старшина, “шустрым барсом” и к полудню следующего дня подкатили к околице деревни, где наш егерь проживает, а он стоит посреди дороги, страсть какой серьезный, и по всему видно, что из леса.

- Не томи, говори, как есть, видал ты его?

- Ну как же.

- Большой хоть медведь-то?

- Нет, вовсе пиЂхотный*. Голова, как у настоящего, а сам невелик - в рюкзаке снесешь.

Мы переглянулись. На одного п`ихотного мишку у нас было взято два карабина и два самозарядных ружья. Егерь смекнул, что переборщил:

- Не пошто жалеть. Медведь непутевый. Все лето возле деревни отирался, да так и не выгулялся. По снегу на озимь ходил. Знать, не добрал. И залег-то не по-людски. От опушки метров триста елушка ветровальная, а кругом хмызник - не продерешься. Под комлем лежит, ухо видать, и куржа на стволе, по ней и приметил.

Помолчали.

- Мужики его летом видели. Голова, говорят, здоровая, а сам не больно-то... Я думал, уйдет, а он наколесил по всему лесу и на краю лег. Ошибиться не должон. След у него подходящий, да у меня и мерка с собой.

Он вытащил из кармана шнурок, а на нем два узелка сантиметров, эдак, через двадцать .

- Ну, ты салазки не загибай, - урезонил я его, - медведь-то серьезный, шапкой не прибьете.

Уселись мы в кружок и стали рядить, как к медведю подступиться. Егерь нарисовал на снегу схему. Показал, откуда заходить, где стрелков поставить, куда медведь кинется, если не удержим.

Бросили жребий - кому стрелять, кому страховать, кому собак держать.

- Дадим ему выйти, набросим собак, пусть поработают, после можно и застрелить, - рассуждали стрелки.

- Ну, там поглядим, - кивнул егерь.

Погода портилась, поэтому решили не откладывая отправляться на берлогу. Зашли вполветра, лыжи оставили на просеке, проверили ружья, и егерь, поманив стрелков, стал подводить к берлоге. Подошли шагов на пятнадцать. Егерь показал рукой в просвет между елками и, подталкивая охотников, тайком перекрестил их. Стрелки глядели во все глаза, да по неопытности понять ничего не могут. Под лесиной что-то темнеет, вот куржа на стволе, вот кора сорвана.

Сделали еще несколько шагов, и тут у одного ветка под ногой хрустнула. Медведь шевельнулся, и сразу показалась вся голова. И такое, доложу я вам, было зрелище, что стрелки мои, напрочь забыв о намерении дать собакам поработать, толкаясь и тяжело дыша, принялись выцеливать зверя.

Медведь повел носом и, почуяв недоброе, привстал. Из пасти вместре с паром вырвался низкий рык:

- Вы по какому вопросу, граждане?

Два выстрела прозвучали почти одновременно. Медведь было осел, но тотчас справился и рванул вперед.

- Стрелять?! - заревел он. - Вот я вас, чертей!

Снова выстрелы прозвучали дуплетом. Зверь с размаху ткнулся мордой в снег, густо окрасив его кровью.

- Пускай собак, - заорал егерь, видя, как попятились стрелки.

Тут же появилась рыжая сука и завертелась вокруг медведя, захлебываясь лаем. Со стороны было хорошо видно, как медведь подбирал под себя лапы, готовясь к последней атаке. Скрытно подтянулся страхующий стрелок. Голова медведя дернулась от выстрела, и он обмяк. А собаки уже рвали лежащего ничком зверя. Здоровенный рыжий кобель, хватая полной пастью, мотал головой так, что вся туша ходила ходуном.

- Снимай шубу, барин, - рычал он сквозь зубы.

- Ишь, вырядился, - вторила ему злобная маленькая сучка.

С верхушки соседней ели за всем, что творилось у берлоги, наблюдал старый ворон:

- Ну и времена, - ворчал он, скосив глаз, - ни шапок снять, ни поклониться Хозяину. Знай себе орут во все горло, вот уже и бутылку достали. Эх, уходят традиции.

А внизу обрадованные скорой развязкой охотники, поздравляли друг друга, громко кричали и смеялись, словно ненормальные.

- Я как увидел его всего-то, чуть в обморок не упал. Не медведь, а вагон какой-то!

- Ну уж и вагон! Средний мишка, пудов, поди, на десять будет, - скромничал егерь

Снятую шкуру расстелили на снегу, оказалась она больше двух метров. Медведь был нормально упитан и одет, но сильно съеденные зубы говорили о почтенном возрасте.

- Пожил мишка, ну и будет, - заключил егерь. - Наливай, пожалуй.

На обратном пути груз приятно оттягивал нам плечи, а в душе каждый испытывал облегчение. Егерь - от того, что сумел все правильно организовать, “по толку”. Стрелки - что не оплошали. Собаки - что наконец-то “оторвались”, отвели душу. Уж больно досаждал им мишка.

А мне было радостно от того, что мы не просто ловкие ребята, стрелки и все такое прочее. Мы хоть и маленькая, но команда, а лучше сказать, артель.

... На следующий день у сельмага встретились две молодухи.

- Слышь, Катерина, твой вчера на медведя ходил, что ли?

- Москвичей водил.

- Чего говорят-то?

- Так что, пришли на берлогу, ну медведя колом пихать. Медведь оЂтутобел** и давай калеганиться***. Мужики взялись палить. Попасть не попали, а медведь помёр. Они на испуг слабые.

- Да полно.

- Ну, не знаю. Так сказывали. Охотники врать не будут, это не рыбаки какие не то.

* Пихотный - маленький (ярославск.)

** Отутобел - очнулся (ярославск.)

*** Калеганиться - ворочаться, возиться (ярославск.)

Олег Филиппов 9 октября 2000 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑