Сплошное везение

Фото Ильи Антонюка С добытым лосем в Сандовском районе Тверской области

Фото Ильи Антонюка С добытым лосем в Сандовском районе Тверской области

УАЗ уже заехал в лес и стал пробираться по едва заметным колеям лесной дороги. Преградой перед нами оказался незамерзший ручей, который «буханке» пришлось преодолевать с помощью лебедки. Юрин же прокачанный по-военному УАЗ легко проскочил сие препятствие.

 

Его не жалко поцарапать об ветки и камни, а в случае поломки легко отремонтировать своими силами и дешево, чего не скажешь о зарубежной технике. С рыком передвигаясь по снежной колее, уазик все же остановился. Дальше ехать не было никакой возможности, да и не нужно. Вылезли из машин и сразу тронулись за Василием.

Мне досталось место на открытой поляне, точнее бывшем заросшем поле. Обтоптав вокруг себя снег, я установил раскладной стул и огляделся. Справа от меня поле продолжалось еще метров триста до самого леса, а слева в низинке был овраг, густо заросший ольхой и ивняком. Сектор справа был великолепным, а вот слева для успешного выстрела были свободны лишь тридцать метров. Дело в том, что со стороны загона лес примыкал к дороге слишком близко, и лоси должны были буквально мелькнуть, пробегая дорогу, и скрыться в соседнем островке березняка.

Если с утра снег не шел, то теперь посыпался не переставая, да еще так плотно, что видимость значительно ухудшилась. Я снял шапку с козырьком, так как снег, падая на голову, шуршал и мешал слушать. Пришлось надеть вязаную шапочку. Дело пошло. После рева двигателя и человеческой речи в закрытом пространстве ко мне медленно, но верно возвращалась острота слуха. Белый лес тонул в дымке падающих снежинок, уже не было слышно никаких посторонних звуков, лишь в загоне несколько раз крукнул ворон, давая понять, что зверь в окладе есть. Я по-своему люблю зимнюю тишину леса. Никогда в другое время года здесь не бывает такой тишины, даже ночью.

Это по-своему феерично и заставляет тебя все пристальнее ловить каждый треск или любой другой звук, выхватывая ухом из зимней тишины. Даже писк полевок слышен намного дальше, чем летом, когда все заглушает шум листвы. Вот и в тот день крики загонщиков стали слышны еще издалека, постепенно усиливаясь по мере приближения к линии стрелков. Стараясь держать зауэр так, чтобы не залепило оптику падающим снегом, я стоял, превратившись в белое изваяние, на снегу, стараясь не дышать глубоко и не делая лишних движений.

До момента первых звуков из загона прошло не менее часа. И вдруг слева послышался хруст веток и сразу в том направлении резко взлаяла собака. Помню случай на охоте, когда я сидел на проезжей дороге и слева и справа у меня были абсолютно открытые сектора обстрела, метров так по триста. Помню удивленные лица водителей из проезжающих мимо машин, когда в огромном дядьке в белом камуфляже они узнавали меня. Один даже сдал назад, но посланный тихо на русском могучем, убрался восвояси, уже без желания пообщаться прямо там, у дороги. В итоге лишь на какое-то мгновение я задержал взгляд на секторе справа и когда повернул голову налево, заметил лишь неясно мелькнувшую серую тень немного поодаль в лесу, но уже за дорогой.

Продолжив дальше сидеть, проклиная незадачливых водителей, я дождался, наконец, выхода загонщиков из леса.

Деловито сворачивая стульчик, услышал интересный вопрос в спину: «Коля, а ты лося-то чего не стрелял?» Недоуменно повернув голову на возглас, я возразил: «Какого еще лося?» Мне было предложено подойти ближе. Когда я доковылял сто пятьдесят метров до стоящего на обочине дороги загонщика и взглянул на след в снегу, я понял, что облажался по полной.

Мало того, что лосей было двое, так корова еще резко затормозила перед дорогой, наверное, приметив меня, смотрящего вправо. Быстро смекнув свои шансы и понимая, что бонус вот-вот кончится, корова с бычком перемахнули десять метров дороги одним прыжком, не оставив мне никаких шансов и заставив краснеть перед товарищами, так как остальные лоси из загона благополучно обманули загонщиков, уйдя обратно в крепь.

В тот день под Сандово я это все хорошо помнил, и меня не устраивал вариант дружеского сожаления с похлопыванием по плечу и словами типа: «Ну ничего, со всеми бывает!» Только в этот раз десяти метров дороги с открытой обочиной у меня не было, и когда я услышал хруст веток, мое тело само на автомате стало проделывать нужные движения. К слову сказать, лоси появились все равно неожиданно, причем на хорошем галопе. Поймав бок второго и машинально сделав упреждение с поводкой, я сделал всего один выстрел.

Даже передернуть не успел, а лосей и след простыл. Лишь спустя мгновение, я услышал в низинке хруст сломанной ветки. «Ломится через крепь», — подумал я и горько представил себе свой очередной промах. Без веры в чудо, а мне показалось, что я промазал, подошел к переходу. Туда уже успел выйти загонщик. Видя мое волнение, без слов пошел дальше по следу, и его крик заставил меня резко вздрогнуть. Загонщик крикнул, что попадание было.

Он нашел вырванный пулей клок шерсти, а затем и кровь. Пройдя по следу еще метров сто, он заорал: «Дошел, дошел!» Сразу сердце наполнилось радостью, и все вокруг стало другим, каким-то веселым. Мы, взглянув на часы, могли констатировать, что солнце еще не село, а в нашем арсенале есть медведь и лось, причем оба из первых загонов.

Взбудораженные сегодняшним успехом, приехали в Сандово. В запасе было два часа на обед и потом надо было ехать караулить кабана. Василий предложил мне взять с собой его взрослого сына. Быстро собравшись, поехали на вышку. Ехать предстояло километров десять, не более. Окрыленные успехом, строили планы на кабана. Василий сказал, что если повезет, то я точно фартовый охотник. Загадали желание. Ну вы понимаете — какое. Мужики, кажется, сделали ставки.

УАЗ сделал очередное чудо, доехав до края заснеженного поля, где стояла огромная крытая вышка. В свете фар мелькнул кабан. Мы его заметили, но шансов стрелять он, естественно, нам не дал, уйдя в лес, пока мы вылезали из «буханки». Василий начал сетовать на то, что поздновато приехали, однако ушедший кабан вселил в нас некоторую уверенность в то, что все будет как раз наоборот. Вышка была высотой метров пять. Сколочена прочно, по-крестьянски, из мощной пятидесятки, дюймовки и бревен, привезенных, по всей видимости, из соседнего леса.

Поднявшись на верх по мощной лестнице, которая под моим весом даже не скрипнула, мы, помогая друг другу, засунули оружие и пару рюкзаков в лабаз. Закрыли за собой дверь и открыли заслонку, закрывающую переднюю бойницу. Внутри была прибита широкая доска, на которой было удобно сидеть двумя охотникам, совершенно не мешая друг другу. При желании один человек спокойно мог на этой скамье спать. Сюда не долетал ветер, и внутри было уютно и тихо.

Места было более чем предостаточно. Я разложил вещи по местам, чтобы потом не греметь термосом, ружьем, фонарем и всем остальным. В тот раз я взял с собой «Блазер 300» WIN MAG, так как ночной прицел еще не приобрел. Это после той памятной охоты я прикупил себе «Дедал» третьего поколения и нисколько об этом не жалею. А в тот вечер я вооружился чужим ружьем, понимая, что меня могут из-за этого ждать сюрпризы.

Такие сюрпризы случались со мной в Германии в загонной охоте на оленей. Выражалось все это в рассеченной брови, что было следствием малой длины приклада хубертовских «Зауэров». В случае с Юриным карабином запросто могло случиться то же самое. Но охота пуще неволи, и такие мелочи остановить моего порыва не могли в принципе.

Вчерашний долгий переезд после рабочего дня, баня, еда и короткий сон делали со мной свое дело, и, сидя на вышке, слушая тишину, вдыхая морозный воздух, я медленно, но верно засыпал. Но вот что интересно. Уже заснув окончательно, втайне надеясь, что меня разбудят, я слышал все, что происходило вокруг и в лесу. Поэтому когда слабые повизгивания отчетливо донеслись до моего сознания, я проснулся.

Глянув в ночник, я увидел трех небольших кабанчиков-сеголетков, неторопливо направлявшихся к ночному ужину. Порося вели себя так же, как ведут домашние свиньи. Сначала они устроили веселую возню с визгом на рассыпанной картошке, а потом дружно принялись за еду, то и дело толкая пятачками друг друга, если тот оказывался в непосредственной близости от своего собрата.

«И где же их мамаша?» — подумал я, разглядывая «бесплатный цирк» в окуляр ночного прицела. Вдруг что-то встревожило наших молодцов, и они дружненько, гуськом ретировались до леса, однако никто не вышел на поле.

Я снова начал кемарить. Уж не знаю, сколько прошло времени с момента ухода поросят, но только я начал различать еле слышимые шаги в лесу правее от вышки. Хруст снега под чьими-то шагами усиливался, и вот в лесу показалась черная фигура неторопливо идущего кабана. То, что это кабан, не было никаких сомнений. Неторопливая поступь выдавала в нем хозяина местной тусовки, хотя визуально на снегу он казался небольшим.

Отличала от других его черная масть. Он был хорошо различим на снегу и без всяких приборов. Дойдя наконец до картошки, кабан не долго думая принялся поедать корнеплоды, а я в свою очередь примерять прицел, чтобы улучшить момент для стрельбы. Свинтус никак не хотел повернуться ко мне боком, и мне приходилось ждать, наблюдая его пятую точку в прицел ружья. Его хвостик непрестанно находился в движении, замирая только тогда, когда его хозяин к чему-то прислушивался. Вдруг из леса донесся страшный рык.

 

Друзья остались в доме, отдавая должное блинам и лосиной печенке, а мы с сыном егеря поехали в ночную тьму за кабанярой.

Именно рык, а не что-то другое. Немного похолодело внутри. Не хотелось в этот момент оказаться где-нибудь в лесу нос к носу с обладателем этого рыка, да еще и без оружия. Наш кабан забеспокоился, занервничал. Рык повторился еще два раза, возвещая лес, что здесь есть кто-то еще, покруче нашего клыкастого, а клыки у него были отменные, их хорошо было видно в перекрестье «Дедала».

Памятуя об этом, я все время не спускал с нашего патрона настороженного взора. Наконец, видимо, для себя что-то решив, кабан засобирался к лесу и подставил долгожданный бок. Я не стал испытывать судьбу, дожидаясь хозяина громогласного рыка, а это могла запросто оказаться большая свинья, и нажал на спуск.
Вдалеке послышался рев движка уазика. Это Василий, узнав от сына по рации о нашем успехе, спешил к нам.

Подойдя к кабану, я постепенно начал понимать, какой же он большой и красивый. Впоследствии он украсил стену моего охотничьего кабинета. Клыки были большие, белые, без изъянов, да и шкура черной масти придавала ему особой мощной красоты.

Сфотографировавшись на память, загрузили кабана в УАЗ и отправились в Сандово рассказывать всем о нашей удаче. Воистину такие охоты бывают редко, и я бережно храню воспоминания о той безумно удачной вылазке в Тверскую область, где теперь тоже живут мои друзья.

Николай Валуев 27 января 2012 в 18:30






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑