Особенности нашей охоты

Не за горами окончание сезон зимних охот. Кто-то уже хвастается добытыми трофеями, а кто-то лишь с сожалением вспоминает безрезультатные выезды в заснеженные леса. Успех любой охоты зависит от умения, навыков, терпения и, наконец, просто от большого желания добыть трофей. Если всего этого нет, то охота превращается в долгую, порой утомительную, порой веселую, но все равно надолго запоминающуюся прогулку по лесу.

 фото: Антона Журавкова

 фото: Антона Журавкова

«Я сейчас не могу разговаривать, я как раз стою на номере. Да я сам не знаю на каком. Узнаю — потом перезвоню».

Олег Пятаков
«Особенности национальной охоты в зимний период»

Можно выделить несколько основных факторов, влияющих на успешный исход коллективной охоты. Одна из самых распространенных коллективных охот в России — это облавная охота на копытных. Традиционный объект такой охоты — кабан, реже лось и косуля.

Без знания особенностей поведения, мест обитания каждого из них охоту можно не начинать. В этом аспекте главная роль отводится руководителю охоты, обычно это егерь или охотовед. Если егерь досконально знает свои угодья, постоянно следит за перемещениями животных, то трофей обеспечен.

Однако все чаще приходится встречаться с чисто формальным подходом к организации охот. Иначе как можно объяснить случаи, когда егеря загоны проводят втемную. Нежелание топтать ноги, обходя оклад, с лихвой компенсируется сказками о большом стаде кабанов, виденном в этом квадрате леса накануне.

Одно изречение запомнилось надолго: «...Кабанов много, следов натоптано до черта, но ничего не разобрать. Наверное, зверь здесь. Сделаем загон — увидим...».

При этом стараются обложить как можно больший участок. Авось кого и выгоним. В этих случаях загонщики не представляют, где расположены номера. Гон идет под углом к линии стрелков, а то и уходит в другую сторону. Зверь благополучно выходит из загона не увиденный ни загонщиками, ни стрелками. А может быть, его в загоне и вовсе не было.

Как сказал бы егерь Кузьмин: «Зверь на дальний кордон ушел».

В результате загонщики измотаны, на номерах все окоченели. Но видимость охоты создана, и езжайте домой на здоровье.

Приходилось видеть и другое. Оклад на краю леса небольшой, в загон идет только егерь с собакой. Собака останавливает сеголетка, егерь с пяти метров валит его из «Лося». Охота закончена, все не понимают, зачем шли до леса несколько километров по полю по колено в снегу (егерь, однако, шел на лыжах).

Все реже проводятся перед загоном инструктажи по технике безопасности и о поведении на номере. Егерь прошел по стрелковой линии, ткнул пальцем в место для очередного номера и, не указав ни сектор обстрела, ни место соседнего номера, пошел дальше.

 

фото: Антона Журавкова

В конце декабря два дня делали пустые загоны по такому принципу в одном из хозяйств Подмосковья. И за эти два дня почти никто не знал, каких кабанов стреляем. По команде ходил слух, как будто егерь сказал, что все, что ниже пояса. Предполагалось, что все и так всё знают, и повторяться не стоит.

Да, опытные охотники знают, как организуется облавная охота. А начинающие даже не догадываются. Откуда им знать? Последние десять лет охота стала модным занятием. Заплатил вступительные, купил ружье — и вперед.

Вот тут и начинаются нелепости, превращающие охоту в пустое времяпрепровождение. Воссоздам собирательное описание одной из охот, а уж читатель пусть сам решает, правда это или нет, смеяться или плакать. А может быть, снимать очередной фильм из серии «Особенности национальной охоты...»?

На номера пошли без предварительного обхода. Шли долго, и на всем протяжении выдвижения несколько участников вели не тихие разговоры. Как потом выяснилось, кабан лежал близко, его подшумели уже на подходе к стрелковой линии. Он стронулся, когда на номер успел встать только первый стрелок. А поскольку загонщики поехали на «УАЗе» в дальний угол загона, то шансов уйти незамеченным у зверя было предостаточно. Но это выяснилось потом, а пока все шли на номера.

Недоумение вызвало то, как расставлялись стрелки. Где-то расстояние между ними составляло 30 метров, а где-то превышало 100 метров. При этом стрелковая линия шла по руслу реки и, естественно, не могла быть прямой. Место предыдущего номера примерно известно, куда поставили следующего — загадка.

Расставляя стрелков, егерь остановился, поджидая растянувшуюся цепь охотников. Дождавшись последнего и поговорив немного о жизни, он, подчиняясь каким-то своим ориентирам, направился расставлять номера перпендикулярно предыдущей линии стрелков. И только недоуменные вопросы оставшихся вернули его на «праведный» путь. Стоим на номерах. Начался загон или нет, неизвестно. Зато усилился ветер, который, как читатель правильно догадался, дул прямо в загон.

Прошел час, загонщиков не слышно. Неподвижно стояли только самые выдержанные. Послышавшиеся было голоса загонщиков неожиданно начали удаляться в глубь леса. Что дальше делать — неясно. Помните, что делал Олег Пятаков на номере? Правильно, он общался по сотовому телефону. Так и наши.

От скуки, холода и голода один звонит по мобильнику другому, зовет его к себе, и они с аппетитом поглощают предусмотрительно захваченное с собой сало. Правый сосед, закинув ружье за плечо, бродит в поисках дерева, к которому можно прислонить уставшее тело.

Через один час и сорок минут часть загонщиков находят закоченевшую на ветру стрелковую линию, все медленно направляются к машинам. Подходим к очередному номеру — охотника нет. Внимательно смотрим вокруг и находим ответ на вопрос: что стоит на втором месте после еды? Естественно, сон. Обнявшись с ружьем, охотник сладко спит в некотором отдалении от номера. Hу и правильно: кабанов-то так и не было! Думаю, многих читателей уже пробивает на смех: «Ну и охотнички, ну и команда»!

 

фото: Антона Журавкова

Но это еще не все. Когда собрались у первого номера, одного загонщика не обнаружили. «Нет, я не понял. Вас же четверо было. Где этот, маленький?» (опять Кузьмич). Ждали, кричали, даже стреляли. Пусто, пропал.

Обнаружился, наконец, когда вернулись к машинам. Не зная местности, да и не очень ориентируясь в лесу, в середине загона он умудрился развернуться на 180 градусов и выйти из леса прочь от стрелков. А тут машины, а в них теплее, да и черт с ним, с кабаном!

А может быть, и вправду — черт с ним? Отрицательный результат — тоже результат, все равно будет что вспомнить и посмеяться над собой. Как сказал генерал Иволгин: «Но совсем не обязательно стрелять в животных, мы, собственно, и не делаем этого. Для нас важнее процесс приобщения к миру природы». Что мы успешно и делаем. Трофеев нет, зато впечатлений масса. «Ну, за охоту!»

Сергей Коробков 27 ноября 2015 в 14:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 0
    Сергей Ковалевский офлайн
    #1  28 ноября 2015 в 21:45

    Автор безотносительно к региону утверждает: "Традиционный объект такой охоты — кабан, реже лось и косуля".
    В Московской - это лось. Кабана очень много побили, оставляя 0,5 особи на 1000 га угодий, частично подох. Причём егеря в 2015 году во всех хозяйствах в один голос отвечают, что не находили павших. Говорят:"Мигрировали".
    Не надо объяснять,что найденное, павшее от АЧС дикое животное, - это закрытая на 2 месяца охота в охотхозяйстве.

    Ответить

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑