В краю лотоса

Сплошные заросли непроходимых тростников и камышей, мелководные ильменя и извилистые протоки дельты Волги представляют собой идеальное место для размножения, кормежки и отдыха многочисленной водоплавающей дичи.

Помимо уток в дельте Волги трофеями становятся и гуси. Фото автора

Помимо уток в дельте Волги трофеями становятся и гуси. Фото автора

Осенью к местной птице добавляется еще и пролетная, и поднять в укромном ильмене стаю кряквы или чирка-свистунка в сотню-другую голов — не редкость. Казалось бы, при таком обилии дичи охота представляет собой дело почти тривиальное. Ан нет, в октябре-ноябре, когда открытие уже «отгремело», не все так просто.

Так сложилось, что вот уже почти десять лет мы ездим в одно и то же место нижней Дельты — на старый Иголкинский банк. Основным объектом охоты тут является кряква. Раньше в округе было еще очень много чирка, но в последнее время его численность заметно снизилась. Иногда бывает много шилохвости и серой утки, но эти виды пролетные, попасть на них случается не каждый год.

Не часто в качестве добычи попадаются и нырки, в основном красно­головый молодняк, высиженный, скорее всего, в окрестностях базы. А массово эти утки скапливаются на раскатах Каспия, километров на двадцать ниже базы. Так что основным объектом нашей охоты всегда оставалась кряква. И вот на нее классическая охота с чучелами в октябре-ноябре зачастую бывает совсем неэффективной.

Все зависит от погоды. Впрочем, все последние года в это время она была одинаковая — ясное небо, яркое солнце, постоянный ветер. В такую погоду кряковая утка летает очень неохотно, а на места ночных и дневных кормежек предпочитает перемещаться потемну. И если на вечерке еще можно застать интенсивный лет уже после заката, по глубоким сумеркам, и хорошо пострелять минут 10-20, то за все утро редко бывает больше 2-3 налетов.

Правда, могут выручить чирки и шилохвость с серой, но, как я уже сказал, не всегда удается с этими утками совпасть по времени. Так что можно от зари до зари сидеть в камышах у чучел и за день дождаться от силы только десятка налетов. Зато ночью ор жирующих крякашей и свист крыльев над базой могут запросто лишить сна. Это очень быстро наводит на мысли о том, что надо бы охоту разнообразить. И лучшего способа для этого, чем охота с подъезда, пока не придумали.

Что она из себя представляет? В двух словах: это тот же самотоп, только в лодке, планомерное прочесывание угодий с целью выпугнуть утку на верный выстрел. Лучше всего для такой охоты подходят куласы — узкие легкие плоскодонки с острым носом и кормой, хотя бывают и с транцем под легкий моторчик. Кулас может идти по самым мелким местам, его легко проталкивать через заросли рогоза (чакана по-местному), тростника и прочей водной растительности, легко замаскировать в камыше.

Местные охотники для передвижения на куласе используют длинный шест — стоя отталкиваются им от дна на мелких местам, им же подгребают на глубоких. А нам как-то привычнее управляться рафтовым или катамаранным веслом. Все то же самое, только сидя.

Охотиться с куласа лучше всего вдвоем. Один отталкивается шестом или веслом, а второй сидит с ружьем впереди. Можно охотиться и одному, но это требует особых навыков, как в стрельбе, так и в управлении, в общем-то, капризным суденышком. А управлять куласом непросто, особенно поначалу.

Из-за совершенно плоского дна он тяжело разгоняется, неважно сохраняет направление движения и довольно медленно реагирует на управляющие действия. Последние приходится совершать буквально каждым гребком или толчком от дна, так как в процессе охоты лодочку надо вести вдоль границы роста камыша, которая редко когда бывает прямой.

Камыш, который рогоз, он же чакан — это вторая важная составляющая охоты с подъезда после куласа. Чакан растет на мелководье, обычно между тростником и чистой водой, и образует зачастую целые стены в сотни метров длиной и больше полусотни шириной.

По границе чистой воды молодой чакан растет особенно плотной стеной, а внутри более старый зачастую ложится, да и растет не так плотно. Поэтому внутри стены всегда находятся участки почти чистой воды, особенно на границе с тростником. Вот на них крякаши жируют в течение всего дня, при малейшей опасности прячась в заломы чакана или под тростник. И чем плотнее стена, тем плотнее сидит утка. Впрочем, в укромных ильменях утка днем спокойно себя чувствует и на чистой воде. Но лишь до тех пор, пока не увидит или не услышит лодку.

Если в ильмене чакана нет, то прятаться ей некуда и она вся разлетится не на выстрел. Поэтому для охоты с подъезда годятся лишь те ильменя, где растет чакан. Исключение — когда линия тростника сильно изрезана плотными мысами и глубокими дворами. В таких местах можно рассчитывать поднять утку на выстрел. Также перспективными для нашей охоты могут быть мелкие узкие и извилистые протоки. Их кряква любит и бывает, что затаивается до последнего, взлетая зачастую практически из-под лодки. Но так бывает далеко не всегда.

Охотясь с подъезда, надо смириться с тем, что основная масса дичи уходит без выстрела. В очень широких стенах чакана, шире 30 метров, крякаши зачастую вообще не взлетают, либо взлетают, пропустив кулас. Как бы тихо вы не толкались, утка все равно слышит лодку и старается отплыть подальше.

Три из десяти пропустят лодку, либо взлетят, не дожидаясь, когда вы до них дотолкаетесь. В общем, когда стена чакана широкая, на выстрел поднимутся в среднем 2 из 10 кряковых. Когда стена уже 20 метров, эта статистика будет лучше. А бывают места — обычно укромные дворики, — в которые изо дня в день заходишь, как в магазин. Главное — правильно зайти.

Обход ильменя надо всегда начинать с подветренной, тихой стенки. Наветренную сторону кряква не очень любит. Если у вас есть карта или вы уже были в этих местах, то надо представлять, где в данный момент самые тихие дворики. В таких двориках утка будет скапливаться быстрее всего.

И тут надо спланировать свои перемещения таким образом, чтобы заходить в такие места из-за мысов, а не вдоль противоположной стенки камыша, особенно если ильмень в этом месте узкий. Иногда для этого приходится даже пересекать чистину, уходя под противоположную стенку. Но иначе кряква из таких укромных дворов разлетается, как только увидит лодку под противоположной стенкой.

Напротив, один хороший заход может подарить экипажу пару удачных дуплетов. В случае удачной стрельбы, конечно, а стрельба с куласа достойна отдельного внимания.

Кулас, в зависимости от ширины, лодочка либо валкая, либо очень валкая. То есть легко кренится с борта на борт до определенных, довольно больших углов. Перевернуть-то совсем его сложно, а вот вывалиться — намного проще. Все перемещения в куласе должны совершаться как можно ближе к оси суденышка, а стрельба требует особой осмотрительности. Лучше всего стрелять вообще сидя, либо лишь слегка отрывая «сидя» от банки, в полуприседе.

Вскакивания с размашистыми разворотами в сторону взлетевшей утки исключены. Если ветер допускает обход ильменя в любую сторону, то лучше идти так, чтобы стенка чакана была под естественным прицелом (для стреляющих с правого плеча — слева). В противном случае стоит банку (лодочную скамейку) развернуть наискось, чтобы стрелку сидеть к стенке как можно более фронтально. Ну и, конечно, многое зависит от гребца.

Даже можно сказать, что от гребца зависит почти все. Он должен вести кулас максимально бесшумно. Он не должен отходить от стенки дальше пары-тройки метров — это позволяет лодке оставаться в отражении стенки на воде при взгляде с противоположной стороны ильменя.

Иначе, если ильмень неширокий и вы отойдете от стенки на чистую воду, утка с противоположной стенки начнет разлетаться. И прижимать кулас вплотную к стене гребец тоже не должен — это мешает стрелку стрелять, поскольку из-за высокого камыша тот позже видит взлетевшую утку. Впрочем, за тяжкий в прямом смысле труд по толканию куласа гребец зачастую бывает вознагражден трофеем.

Дело в том, что где-то в половине случаев утка сидит маленькими стайками — 3–4, иногда больше птиц в одном дворике или изгибе стены. И очень редко такая стайка взлетает вся сразу. Чаще всего 1–2 птицы поднимаются на крыло уже от выстрелов, либо даже значительно позже. Нередко после успешных первых выстрелов успеваешь даже перезарядиться и взять еще трофей.

Найти битую птицу в камышах — целое искусство. Что касается поиска сбитой птицы своими силами, то он начинается с четкого запоминания направления. Лучше с привязкой к конкретной камышинке или другому ориентиру. Причем надо учесть, что лодка после выстрела продолжает двигаться. Правильное же направление — это три четверти успешного поиска. Просто потому, что в камышах очень плохой обзор. И если в чакане еще видно в среднем на 3–4 метра, а может и вообще повезти, и утка упадет на чистинку, то в тростнике видно только у себя под ногами.

Кстати, поэтому верный выстрел на такой охоте в случае, когда утка взлетает над камышом, — не дальше 25 метров. Иначе просто сложно искать. Это все касается чисто битой птицы. Подранка же, если упал не на чистую воду вдали от камыша, удается взять исключительно случайно. А для успешного поиска, помимо правильного направления, так же важно правильно экипироваться.

Еще: если утка упала в крепь и поиск предстоит трудный, лучше снять куртку, поскольку бродить в камышах жарко, оставить в лодке ружье и взять с собой шест или весло, поскольку на топком дне легко оступиться, и лишняя точка опоры пригодится вам значительно больше ружья.

А заталкиваться придется. Чтобы кулас не отогнало ветром во время поисков битой птицы, чтобы жахнуть по маленькой «с полем!» или просто так, да и в глубоких протоках с течением порой толкаться лучше, чем грести, а веслом до дна уже не достать. Да, в камыш заталкиваться еще и на вечерке придется. Приятно же временами охоту разнообразить, тем более когда результат уже достигнут.

500 рукавов, протоков и мелких речек насчитывают в дельте великой русской реки Волги.

1 000 000 уток десятков видов до поздней осени держится в дельте Волги и на взморье Каспия.

ТОНКОСТИ ЭКИПИРОВКИ

Удобнее всего на такую охоту надевать болотные сапоги. В лодке их закатываешь, а на мелких ильменях высоты болотников обычно хватает, чтобы свободно передвигаться пешком по топкому, илистому дну. Иногда глубина доходит до пояса и даже по грудь. Глубже — уже нет смысла охотиться, так как кряква глубокую воду не любит, но все равно будут места, где сапог точно не хватит, а протолкнуть лодку через чакан к битой птице не будет возможности.

Поэтому нужны либо вейдерсы, либо, что удобнее всего, штаны от противохимического комплекта. Их можно надеть прямо на сапоги, и места в лодке они занимают относительно мало. Не лишним будет иметь в лодке и легкое мачете. Им удобно прорубаться через чакан, и особенно через тростник, когда надо протащить кулас через заросли. Обязательно надо взять с собой либо запасное весло, либо даже лучше шест — заталкивать кулас в камыш шестом удобнее, чем веслом.

КРАЙ ЛОТОСА

В дельте Волги расположена северная граница распространения лотоса на земном шаре. Площадь зарослей редкого растения, сохранившегося с доледникового периода, здесь составляет около 7–10 тысяч гектаров. Летом огромные, в метр диаметром, круг­лые, кожистые листья царствуют над водой. И повсюду на высоких стеблях, поднимаются тысячи изумительных цветов с тонким и нежным ароматом, напоминающим запах миндаля.

Алексей Попов 11 сентября 2014 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".


Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑