Как охотились 100 лет назад...

Граф В. Л. МУРАВЬЕВ. Семья лосей. 1907 г. Граф В. Л. МУРАВЬЕВ. Семья лосей. 1907 г.

Кимрское общество, одно из многих в то время, явилось как бы предшественником современных общественных организаций районного масштаба. Судя по всему, членов общества было немного. Но они имели свои угодья, в которые допускались прежде всего члены общества и их гости.

Как охотились наши прадеды 100 лет назад? Какой была тогда наша русская охота?

В «РОГ» № 29 за 2010 год мы уже рассказывали нашим читателям о «Правилах об охоте» 1895 года, принятых при Императоре Николае Александровиче.

Сейчас передо мной другой уникальный документ – «Правила внутреннего распорядка Кимрского общества охоты» (далее – «Правила…»), датированный 1905 г.

Охотник, пожелавший вступить в общество, должен был пройти кандидатский стаж. Высшим органом общества было общее собрание.

Всю организационную работу вело выборное Правление общества, которое созывалось его председателем или лицом, его заменяющим по мере необходимости. Эти заседания обычно были закрытыми, но на них имели право приглашаться не только действительные члены общества, но и другие лица, в зависимости от вопросов, которые ставило собрание. Общество имело 7 специальных книг и книгу общественных охот, куда вносились не только протоколы собраний и заседаний правления, но и жалобы охотников.

Общественные охоты

В «Правилах…» указывалось, что книга общественных охот «должна быть доступна для обозрения всех членов общества», а желающие участвовать в охоте должны своевременно в нее записаться. Жители же г. Кимры могли участвовать в охотах без предварительной записи. Назначался день охоты, и горожане могли просто прийти в указанное место сбора к определенному часу.

Записавшиеся на охоту, но не пожелавшие в ней участвовать по каким-либо причинам, должны были в обязательном порядке «вычеркнуть свою запись в книге охоты не позднее, чем за 2 часа до срока отъезда». Иначе охотнику грозил штраф 1 рубль. Опоздавшие же к месту сбора «нанимают подводы за свой отдельный счет и участвуют в общей охоте лишь в том случае, если это окажется возможным без вреда успеха охоте». Загоны разрешалось делать только по обложенному зверю. В крайнем случае загон «на удачу» можно было сделать только после голосования большинством участников охоты.

В день проведения коллективной охоты все другие охоты в данных угодьях запрещались, за неисполнение налагался штраф. Вообще в «Правилах» почти в каждом его параграфе указано наказание для члена общества, нарушившего их (опоздание к месту сбора, неисполнение решения распорядителя охоты, споры с егерями).

 

 

фото: Сёмина Михаила

Денежное наказание (штраф 2 рубля) следовало даже за ломание сучьев, разговоры, курение на номере и стрельбу по зверю, идущему на соседний номер и находящемуся от него на 25 шагов ближе, чем к стрелявшему (1 рубль – при стрельбе по зайцу, 2 рубля – по волку и лисице и 3 рубля – по лосю или медведю). Пулями разрешалось стрелять только по лосю и медведю (на кабана не охотились), в противном случае штраф составлял 10 рублей.

На коллективных охотах нельзя было использовать шомпольные ружья и разрывные пули, за что назначался штраф 15 рублей. Штрафы и еще раз штрафы…

Но соблюдение техники безопасности на облавных охотах было просто необходимо и поддерживалось штрафными санкциями. Возможно, это было и правильно: в пылу азарта охотник всегда должен был помнить, что любое нарушение грозило уменьшением толщины его кошелька и каждый выстрел должен быть продуманным.

Самовольный уход со стрелкового номера на первый раз карался денежным штрафом, а в повторных случаях – отлучением охотника от участия в коллективных охотах (это уже решалось на заседании правления). А стрельба в опасной близости от линии стрелков, как указано в «Правилах…», и вовсе лишала охотников права на участие в дальнейших охотах, но на срок не более одного года. Выстрелом по линии признавалось прохождение заряда ближе 5 шагов от соседнего номера.

А теперь вспомним, как сейчас организуются облавные охоты. Особенно опасно в них участвовать с незнакомыми охотниками. Линию стрелков предпочитают ставить на дорогах, нешироких просеках, а подчас так, что и впереди и сзади стрелка – сплошной лес. Стрелять можно только в опасной близости от линии, а ведь у многих нарезное оружие! Выходит зверь, и стрелок, особенно неопытный, мало бывавший на облавных охотах, уже ничего не видит, кроме вожделенного объекта охоты.

 

фото: Сёмина Михаила

А за выстрел вдоль линии в лучшем случае пожурят и забудут. И здесь виноваты не только сами охотники, но и организаторы охоты. Пролетит лось на махах вдоль узкой просеки, охотник воздержится от выстрела, а егеря, вместо того чтобы похвалить стрелка за выдержку и извиниться за то, что поставили на «неубойном» месте, высказывают претензии: «Чего не стрелял?», а иногда и грозят штрафом.

В те времена при охоте на лосей категорически запрещалось стрелять коров и телят. В случае их добычи, помимо казенного штрафа, взималось 15 рублей в пользу общества за убитую корову и 10 рублей за убитого теленка. Мясо добытго лося продавалось с аукциона, и вырученные деньги шли на счет общества.

Охота с гончими

Охота с гончими была очень популярна в России в начале XX века, а потому в «Правилах…» ей была посвящена отдельная глава. Все виды охот на зайцев разрешались с 1 сентября по 1 февраля по старому стилю. Естественно, гончих держали немногие, и к ним в обществе было особо уважительное отношение.

Охотники, участвующие со своими собаками в коллективной охоте, освобождались от уплаты денег за охоту. Сама охота с гончими подразделялась, как сказано в «Правилах…», на стоячую (когда участники занимали лазы, на которых ожидали зверя до окончания гона), и ходовую (когда они подстраивались под гон, после чего собирались в условленном месте).

О том, какая будет охота, решалось большинством голосов перед напуском гончих. Всякий охотник обязан был называть гончих на след зверя, если он его перевидит во время гона. Заметьте, так было дословно написано в тех «Правилах…». Трудно представить себе, чтобы сейчас эти положения были включены в новые «Правила охоты»: юристы сразу бы придрались к словам «напуск», «называть» и «перевидеть» и вернули бы правила на доработку. (Именно Минюст настоял 4 года назад на замене привычного нам слова «охота» термином «добывание» в «Правилах добывания…», по которым мы сейчас и охотимся).

 

На ходовой охоте запрещалось перебегать впереди охотника, уже стоящего под гоном, чтобы не подшуметь зверя. На этой охоте можно было стрелять по всем разрешенным к добыче зверям и птицам, а на стоячей – только в соответствии с предварительной договоренностью перед охотой.

На охоте с гончими зверь принадлежал тому охотнику, который стрелял по нему последним и после выстрела которого он упал или был словлен гончими. Если в районе охоты кто-то случайно из посторонних охотился с гончими, он должен был либо присоединиться к общественной охоте, либо отозвать своих гончих и прекратить охоту. Наганивание гончих дозволялось с 15 августа по 1 марта по старому стилю.

Охота по перу

В «Правилах…» указано, что вся пернатая дичь (кроме хищных птиц), принадлежит тому охотнику, который их нашел или чья собака их подняла, и он первый имеет право их стрелять. Если же поднятые охотником или его собакой птицы пролетают мимо других охотников, стрелять их не возбраняется. Однако к перемещенной птице первым имеет право подходить тот охотник, собака которого подняла дичь. За нарушение этого правила взимался штраф 1 рубль.

За стрельбу по птице, летящей низко в сторону охотников, член общества уплачивал штраф 2 рубля. Штрафом в размере трех рублей каралась стрельба матерых тетерок и глухарок. Их запрещали стрелять в течение всего года. Охотиться можно было только на самцов и выводки этих видов. Но уже с 15 сентября молодые тетерки и глухарки приравнивались к матерым.

Весенняя охота разрешалась только на вальдшнепов на тяге, самцов тетерева и глухаря на токах и селезней с подсадной уткой и на манок. Охота на гусей весной не разрешалась. Запрещалось стрелять мелких певчих птиц, кроме дроздов. Натаска легавых собак разрешалась круглогодично, за исключением периода с 15 мая по 15 июня, когда в угодьях появлялись птенцы.

Самое интересное, что сроки открытия охотничьего сезона в угодьях общества устанавливались ежегодно на общем собрании, но они не должны были быть ранее сроков, установленных общероссийским законом об охоте.

В угодьях, принадлежащих обществу, допускались к участию и гости. Они могли охотиться на тяге, токах, с гончими и в облавах с уплатою по 2 рубля в день.

Но вот на охоту по лосю, медведю и волку гости не допускались. Если член общества приглашал на охоту гостя, то не позднее чем через неделю после охоты, он обязан был известить Правление письмом о ее результатах.

Вот так охотились русские охотники сто лет назад. Общества охотников были образцом ведения охотничьего хозяйства. Нам и сейчас есть чему поучиться у них.

Сергей Фокин 20 февраля 2012 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • -2
    Евгений Баранов офлайн
    #1  20 февраля 2012 в 10:30

    Да. Знакомиться с историческими документами об охоте действительно интересно. И не зря говорят: "не помняший прошлого не имеет будущего". Мне лично понравилось положение правил, где разрешается натаска собак весь год кроме 15мая-15июня. Нам бы сейчас так.

    Ответить
  • -2
    юрий александров офлайн
    #2  20 февраля 2012 в 16:25

    Нашим чиновникам неплохо бы было обратиться к истокам русской охоты, а не городить отсебячину. Хотя, понятно у них совсем другие цели, чем сто лет назад.

    Ответить

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑