Таёжное царство тайменей

Перестала мелькать на сопках идущая по тонкой нитке отсыпанной щебнем дороги машина, добросившая нас до места, и вскоре затих звук надсадно ревущего мотора. Приехали, мы на реке, мечта сбылась.

Появилось много чистых холодных притоков, водичка стала чище, и все взялись за спиннинги. 
 

Появилось много чистых холодных притоков, водичка стала чище, и все взялись за спиннинги.
 

Наверное, любой нормальный человек покрутил бы пальцем у виска, узнав, какие героические усилия были потрачены, чтобы попасть сюда.

Воля к победе, как известно, сдвигает горы, и вот мы втроем, Сергей Попов, Андрей Дегтянников и я, стоим на берегу реки Гонам. Каждый, наверное, думает о том, что нас ждут впереди огромные расстояния среди безлюдной тайги, встречи с дикими животными, красивая, нетронутая природа и, конечно, рыбалка. До вечера рубим из тонкого листвяка раму для нашего катамарана, упаковываем и укладываем снаряжение и продукты и на следующий день со стапеля трогаемся в путь.
В Большой Советской Энциклопедии читаем «Гонам — река в Якутии, левый приток Учуры, длина 686 км. Берет начало с северных склонов Станового хребта, течет на северо-восток по Алданскому нагорью. Главные притоки — Сутам и Алгама. «Гы» — по-эвенкийски — река. Первое упоминание о реке относится к 1643 году, когда русские землепроходцы во главе с Василием Поярковым вышли по Алдану, Учуру и Гонаму через Становой хребет к Амуру. В верховьях Гонама течет среди широкой высокогорной болотистой равнины, справа и слева от реки уходят вдаль огромные мари с ягодниками».


О том, что места совершенно глухие и в прямом смысле медвежьи (а встретили мы их немало), узнали на второй день сплава. Плыли, достаточно шумно беседуя «за жизнь» и посмеиваясь друг над другом. Река шириной метров 50, слева высокий берег, справа галечник метров 60 шириной и за ним густой ивняк. Мы почему-то временно смолкли, и в этот момент ивняк распахнулся и из него вылетел огромный черный шар и покатился к реке. Преодолев весь галечник секунды за четыре, черный шар на берегу встал на задние лапы и оказался неслабым медведем. «Ничего себе», — сказал Серега и почему-то показал на мишку пальцем. Но мишке произведенного эффекта оказалось мало, и он, не обратив на нас ни малейшего внимания, бросился в реку и поплыл, а нас-то потихоньку несет прямо на него! Расстояние метров двадцать. Тут мы всполошились не на шутку и крикнули ему, что он не прав. Мишка отвернул чуть в сторону, но реку добросовестно переплыл и, встав уже на левом берегу, опять огляделся и растворился в кустах. В дальнейшем по ходу сплава видели и фотографировали мишек еще не раз.


А сплав шел тяжело. Перед нашим приездом совсем не было дождей, и вода в Гонаме упала ниже некуда. Первая неделя сплава больше походила на хождение по воде в прямом смысле этого слова: то есть проплыли метров 200, потом слезли с катамарана и те же 200 метров протащили его по камням, потом все снова, и так целыми днями. При этом по закону подлости пошли дожди, и нудная изморось сопровождала нас день за днем, но, видимо, для подъема воды этого было мало.
Так и подошли к знаменитому Солокитскому каскаду порогов, тянущихся около 50 километров, ожидая, что здесь нас понесет как положено. Но не тут-то было. Огромные камни, лежащие в шахматном порядке, и между ними быстрая, но мелкая вода. Появились серьезные опасения, что приключения наши могут затянуться надолго, и, хотя с продуктами было все в порядке, решили немного затянуть поясок — надежды были на рыбалку. В самых верховьях из-за рыжей воды и того, что приходилось тащиться по низкой воде, нам было, конечно, не до рыбалки.


На следующий день выдалась теплая солнечная погода, и мы, подойдя к ледяному ручью, сбегающему с левого распадка, решили набрать вкусной водички. Серега дремал, Андрей с фотоаппаратом и бутылкой под воду убежал по ручью куда-то вверх, а я взял в руки свой испытанный спиннинг. Леска свежая (0,35), так что любая «акула» не страшна. На поводок прицепил колебалку «шторлинг».
Холодная светлая водичка ручья прижималась к берегу сильным гонамским течением, и прямо вдоль берега под пенной водой угадывалась глубокая продольная борозда.


«Просто не может быть, чтобы здесь не было рыбы», — подумал я и оказался прав. Второго заброса не понадобилось. Кто-то невидимый сильно рванул снасть из рук, и сразу запел фрикцион катушки. Сделав несколько забегов вниз и вверх по течению, метрах в 7 от меня на поверхности вывернулся неслабый таймень и опять ушел в глубину. Еще минут 15 перетягивания каната, и крепкая леска да помощь подбежавшего Сереги сделали свое дело — таймень лежал на прибрежном валуне. К сожалению, рыбина при вываживании умудрилась накрутить на себя леску, здорово пораниться, и вернуть ее к жизни не удалось. Потом, конечно, были всеобщая радость, примерная оценка веса (килограммов 9), и, как следствие, вечером рыба хе с луком и специями, уха и засолка, ну и 100 граммов за удачу, как без этого.
После этого рыбалка наладилась. Ниже порогов и особенно в устьях притоков с ледяной водой прекрасно ловился ленок. Берешь колебалку или вертушку потяжелее, к примеру, № 4, кидаешь в струю, и уже первая проводка, скорее всего, будет результативная. Причем, кроме веса блесны, все остальное значения не имело. Правда, такая рыбалка становилась слишком простой что ли… Хотелось борьбы с большой, могучей рыбиной, и удача все же улыбнулась, причем по счастливой случайность повезло опять мне.

 

По нашим прикидкам, рыбина тянула не менее чем на 15–16 килограммов. Вот такая выпала огромная удача.


Так же, как и в первый раз, после заброса сильнейший рывок чуть не вырвал спиннинг из моих рук, и началась борьба. Несколько раз таймень бросался вниз по течению, а я с трудом, на пределе прочности лески, подтягивал его к себе. Один раз он так уперся в дно, что я обреченно подумал: рыба сошла, и блесна села за камень, так как леска не сдвигалась с места. Потом я с ужасом вспомнил: когда наматывал леску на катушку, то не привязал ее к шпуле, и теперь ждал, что рыба просто полностью смотает леску и с ней уйдет.


Но, видимо, духи гор и реки были на нашей стороне, тайменя мы вытащили. Огромная рыбина несколько раз подпрыгнула на камнях и застыла. По нашим прикидкам, рыбина тянула не менее чем на 15–16 килограммов, вот такая выпала огромная удача.


После впадения в Гонам правого притока Сутама (в котором, кстати, воды было больше, чем в Гонаме) воды заметно прибавилось, и река, сжатая в горных ущельях, подарила нам такие пороги, о которых мы и не мечтали.


Впереди нас ждало еще одно неожиданное испытание. Все энтузиасты, сплавляющиеся по рекам Сибири, знают, как может быстро подняться вода в горных реках: применительно к Якутии с ее вечной мерзлотой, где мох долго впитывает дождевую воду, а потом разом отдает ее в реку, это справедливо вдвойне. Поэтому останавливаться на ночевку прямо на берегу, мягко говоря, не стоит — хочешь не хочешь, а надо подниматься повыше. Но пока, как говорится, не увидишь своими глазами… Началось с того, что, покрыв за день 60 километров, практически достигли Учура. Это большая мощная река, в которую впадает Гонам, и тут же, вблизи устья Гонама, впадает Алгома — красивая чистая река и, как считается, очень рыбная. В итоге, изменив своему правилу вставать на стоянку не позже восьми часов вечера, решили доплыть до Алгомы, зайти в нее и, найдя хорошее местечко, пару дней полазить по окрестностям.


Алгома впадает в Гонам несколькими большими протоками, и в них против течения мы просто не выгребли. И тут поняли, что уже темно, и вдобавок началась гроза.
Наконец встали, как оказалось поутру, на острове. По своим ощущениям, только заснув, я услышал крики Сереги и Андрюхи: «Лёха, вставай, бегом!» Еле разлепив глаза, я недовольно выглянул из палатки. То, что я увидел, повергло в шок. Катамаран болтался на веревке далеко в реке, которая с бешеной скоростью несла огромные деревья с корнями, кустами, кусками земли. Выскочив из палаток, собрались минут за 30, и при отчаливании наш островок затопило уже полностью. Вода прибывала еще сутки и, как сказали нам потом метеорологи на метеостанции Чюльбе, поднялась она аж на 8 метров. Так что — не шутите с водой.
А наш путь продолжался уже по Учуру. В устье левого притока Учура, реке Гыным, встретили первых людей, это примерно через 750 километров сплава. Они оказались группой ученых-зоологов и ботаников из Якутска. Конечно, причалили к ним, попили чаю, поговорили.


А наш путь продолжался вниз, к устью Учура — Алдану. Паводковые воды мощным течением несли нас к концу путешествия. В мутной воде рыбу мы уже, конечно, не ловили, да и, если честно, после почти месяца пребывания в тайге захотелось домой. Как говорится,
лошадка дом почуяла. Без приключений добрались до поселка Чагда в устье Учура. В город Томмот, до которого уже протянули железную дорогу, от Чагды четыреста с небольшим километров — добирались на моторной лодке с местным охотником. На мощном моторе летели вверх по Алдану, рассматривая знаменитые Алданские столбы — скальные выходы по берегам, стаи уток и гусей, разлетающихся справа и слева от лодки. Путешествие закончено. Немного грустно, что все уже позади, но в душе светлой радостью всплывают воспоминания о честной борьбе с тайменями, бившими кроваво-красными хвостами в кристально чистой воде. Ну и, наконец, окончание одной походной жизни одновременно является началом следующей…

Алексей Брызгачев 1 октября 2012 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑