Так платить или не платить?

Отзыв на статью «Платить или не платить?» («РОГ» № 32)

Фото Михаила Вустина Фото Михаила Вустина

Редакция газеты весьма своевременно подняла вопрос: платить или не платить? Вне сомнения, платежи интересуют и волнуют всех охотников. В весеннем сезоне я брал разрешение на добычу вальдшнепа в госохотфонде. Заплатил, как полагается, 400 рублей.


На днях по межгороду мне позвонил старый знакомый Александр, который меня озадачил. Будучи юристом, он считает, что разрешение мне выдали преждевременно с нарушением статей 2.1., 37. 2.4) закона «Об охоте...», и прочитал целую лекцию. Поскольку я не юрист, то не исключаю, что мог что-то напутать. Чтобы не обижать знакомого, в статье я изменил его имя.


В свое время я переслал Александру проект ВНИИОзовского закона «Об охоте». В нем были изложены следующие принципы: а) право на охоту принадлежит с рождения; б) неумоляемо и неотчуждаемо; в) прекращается со смертью. Меня это впечатлило, его —   вдохновило Сам законопроект где-то затерялся, но Александра это не смутило. Он юрист и через другие законы все это обосновал. Теперь для него нет разницы — закрепленные угодья или не закрепленные. Принципиально не берет никаких лицензий (разрешений). Имеет только охотбилет с отметкой о сдаче охотминимума, разрешение на оружие и квитанцию об оплате сбора за пользование, включая и виды, на которые сбор не установлен. Ни от кого не прячется. Понятно, что в частном охотхозяйстве он был скоро задержан. Но, видимо, авторитет юриста сыграл свою роль, и с ним и его друзьями стали разговаривать, а не выгнали из хозяйства. Поначалу ему заявили, что у них долгосрочная лицензия, и они чуть ли не владельцы. Александр достал из кармана свои водительские права и задал вопрос: «Вы хотите сказать, что если я имею водительскую лицензию, то могу свободно садиться в ваш джип и спокойно ехать?»


Ресурс общенародный. Охотники — совладельцы, а вот чем является хозяйство? Долгосрочная лицензия — это право пользования для юридического лица, но требуется еще механизм его реализации. Ввиду смены формы собственности, акт купли-продажи и  приватизация невозможны. Остаются договоры либо аренды, либо доверительного управления и пользования. У хозяйства нет ни первого, ни второго, ни третьего. Поэтому оно ни владелец, ни арендатор, ни охотпользователь. Анализируя все это, юристы охотхозяйств почему-то приходили к выводам, что якобы браконьер действительно прав. Вне сомнения, он будет судиться и дело выиграет уже на стадии рассмотрения ходатайства. Закончилось тем, что со всеми так называемыми охотпользователями были заключены джентльменские соглашения типа того, что на охоте никто никому не мешает. Решили вопрос общим порядком


Сколько и как платить?


Для моего знакомого нет вопроса «Платить или не платить». Он платит за виды, на которые охотится, но принципиально отказывается от приобретений лицензий (разрешений). Считает, что их пытаются внедрить преждевременно. В весеннем сезоне через сберкассу произвел оплату сбора за пользование в размере 21 рубля. Двадцать рублей тетерев — 1 штука. Один рубль — вальдшнеп — 34 штуки, гусь — 33 штуки, селезень — 33 штуки. На вальдшнепа, гусей и уток Налоговый кодекс не устанавливает ставок сбора, и платить вроде бы не нужно. Однако здесь есть некоторые тонкости. В законах «О животном мире» (ст. 12) и «Об охоте....» (ст. 2.8) присутствует платность пользования охотничьими ресурсами. Александр полагает, что в такой ситуации по минимальной ставке платежа, т.е. одну копейку за голову. Отсюда на один рубль платежа 100 вальдшнепов, гусей, селезней.


Телега впереди лошади


Почему введение гособразца разрешения на добычу преждевременно? Здесь три момента.


Первый. Неправильно определяется статус разрешения. Разрешение на добычу как получение права верно только для охотников, не имеющих российского гражданства. Для россиян, согласно Конституции, разрешение на добычу не право, а  регламентационный документ по соблюдению порядка пользования общим имуществом, где все изначально совладельцы и имеют право пользоваться.

Обозначенная в законе № 52-ФЗ индивидуальная разовая лицензия (специальное право) вступала в противоречие со статьей 17 Конституции РФ, где право на охоту принадлежит каждому с рождения и неотчуждаемо. Лицензию упразднили, но остался старый рецидив в виде права на добычу. Закон «Об охоте...» не боец против Конституции, и, согласно ст. 55 Конституции, слов «право на добычу охотничьих ресурсов» для граждан страны в законе «Об охоте» вообще не должно быть. Причем сам закон в содержании разрешения (ст. 30) устанавливает конкретные и четкие критерии регламентации: а) вид охоты, б) сведения о добываемых охотничьих ресурсах — это половозрастная структура (лось на реву, сеголеток и т.п.), в) количество добываемых животных, г) сроки и места охоты.


Второй момент. Применительно к госфондовской популяции вальдшнепа в охотхозяйственном реестре (ст. 37.2.4) есть запись о том, сколько допускается добыть голов (ст. 2.1). В нашей области служба охотреестра не создана. Поэтому до тех пор, пока это не будут внесено в охотреестр, никаких госразрешений на добычу быть не может.


Госразрешение на добычу — юридически значимый документ. Оно есть только там, где подлежащее добыче юридически подтверждено учетом и госрегистрацией. Без этого разрешение могут выдать на то, чего нет и давно в угодьях не обитает.


В доказательство Александр привел обширный список ссылок на законодательство, большую часть которого я либо не читал, либо вообще услышал впервые. Поскольку и редакция уважаемого мной издания, и мой знакомый юрист независимо друг от друга говорят одно и то же, то это если не истина, то очень близко к ней.


Третий момент. Если охотресурс зарегистрирован в охотреестре, разрешение госформы обязательно только там, где он (охотресурс) не передан из общего в конкретное пользование. Это а) госохотфонд (в законе общедоступные угодья), б) охотхозяйства — обладатели охотхозяйственных соглашений. Стоимость для всех видов одна — 400 рублей.


Если в охотреестре (ст. 37.2.4)) не зарегистрированы критерии устойчивого пользования охотхозяйственной популяции (ст. 2.1), то и количество голов к добыче нельзя внести в разрешение (ст. 30.4). Т. е. нет юридических оснований для выдачи госразрешения.


При охотхозяйственном соглашении «Лось на реву» — 400 рублей.


На мой вопрос: «Как, у частного охотхозяйства, обладателя охотхозяйственного соглашения, разрешение «Лось на реву» стоит 400 рублей?» Получил ответ: «Именно 400 рублей, не больше и не меньше, и деньги — в бюджет». Цена установлена законодательно, ценовые спекуляции — деяние наказуемое. Причем разрешение требуется, если в охотреестре есть регистрация критериев охотхозяйственной популяции лося. Если этого нет, то лимиты и квоты не имеют правовой силы, и соответственно госразрешение не требуется.


Охотхозяйственное соглашение не является механизмом передачи охотничьих ресурсов из общего в конкретное пользование. Его обладатель ни арендатором, ни охотпользователем не является, и объекты охоты остаются в общем пользовании. Это частно-государственное партнерство. Государственным учреждениям юридическими лицами оказывается помощь в распространении госразрешений по госцене — 400 рублей.


Что касается охотхозяйств из числа арендаторов (договор аренды охотничьих ресурсов), охотпользователей (договор доверительного управления и пользования), то для них разрешения гособразца необязательны. Гражданский кодекс допускает большое количество форм разрешений, вплоть до накладной на отпуск охотничьего урожая на корню. И цены у каждого могут быть свои. Желание разработчиков закона создать свое охотничье законодательство, отличное от гражданского, — большая ошибка. Гражданское законодательство — это Гражданский кодекс и принятые в соответствии с ним законы. Нормы других законов должны соответствовать (ст. 3.2) кодексу. Применительно к предоставлению охотресурса в пользование или аренду ГК РФ оставляет действующими только малую часть статей закона «Об охоте...». Большая их часть, в том числе глава 4, в полном объеме не действует и не должна применяться.


Такой подход к общенародной собственности недопустим.


Интересен довод: «Мы оплачиваем труд госчиновников». Критерии устойчивого обитания и пользования охотхозяйственных популяций не определены и не зарегистрированы в реестре, но уже спешат оказывать распределительные услуги выдачей разрешений, чтобы получить с совладельцев охотресурса деньги. Где юридическое подтверждение о наличии того, что делится и распределяется? Не доделав одного, браться за другое — это нам всем хорошо знакомо . Чиновники здесь, увы, не исключение. На вопрос, за что заплатил 400 рублей, у меня нет ответа.


Я принципиально никому ничего не предлагаю и не советую. Для себя из разговора вынес следующее. Руководителям обществ охотников пора просыпаться от членско-взносной спячки. Пришла пора заниматься охотничьим самоуправлением на основе договоров доверительного управления и пользования. Министр на «чаепитии» четко сказал, что у державы нет средств на ведение охотничьего хозяйства. Чиновники будут искать, у кого взять деньги, а это новые поборы. Противовеса этому, кроме самоуправления, просто нет. Недропользовательное Минприроды охотников и охотпользователей уже приравняло к добытчикам. Разрешение на добычу, а не на охоту. Вместо ведения охотничьего хозяйства — виды деятельности в сфере охотничьего хозяйства. Просматривается аналогия с добытчиками нефти или газа, а также с видами деятельности нефтегазового хозяйства Если общества не проснутся, то в такой ситуации не следует исключать и соответствующего бремени податей.

ОТ РЕДАКЦИИ


Ввиду того что данная статья выражает точку зрения автора, редакция не советует охотникам следовать приведенному примеру друга автора, который для производства охоты не берет разрешения, довольствуясь лишь охотбилетом, разрешением на оружие и квитанцией об оплате сбора госпошлины.

Леонид Грудев, Кировская область 21 сентября 2010 в 14:11






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

  • 0
    Валентин Бодунков офлайн
    #1  22 марта 2015 в 11:12

    Уже несколько лет, высказывая свое мнение и не подтверждая его доказательствами, биолог-охотовед Л.Д.Грудев ставит в тупик читателей газеты, поэтому в РОГ № 39 с.г. «ОТ РЕДАКЦИИ» совершенно справедливо опубликован совет охотникам России не следовать приведенному примеру.
    Несколько раз я писал ответы на его статьи, однако по неизвестным причинам они не опубликованы.
    Для прояснения ситуации прошу Л.Д.Грудева ответить, можно с помощью «знакомого юриста», на следующие вопросы, не навязывая читателям вновь свое мнение, а называя даты, номера, пункты нормативных документов, цитируя их текст. Итак.

    1. Каким документом установлено, что ресурсы являются «общенародной собственностью», а граждане России (охотники) их «совладельцами». Со своей стороны отмечу, что в силу ст. 4 ФЗ «О животном мире» животный мир в пределах территории Российской Федерации является ГОСУДАРСТВЕННОЙ собственностью, но ни как не «общенародной».

    2. «Ввиду смены формы собственности, акт купли-продажи и приватизация невозможны», - убеждает нас биолог-охотовед. Форма собственности (государственная) не меняется. По долгосрочной лицензии (ДЛ) собственник (государство) предоставляет юридическим лицам ПРАВО ПОЛЬЗОВАНИЯ своей собственностью (животным миром) с указанием перечня объектов животного мира ПЕРЕДАННЫХ В ПОЛЬЗОВАНИЕ на определенной для этой цели территории, акватории. Имущество (животный мир) не передается ни в аренду, ни в доверительное управление, ни в пользование. Соответственно, нет актов приема-передачи имущества. Между собственником (государством) и юридическим лицом (пользователем) нет имущественных отношений. ДЛ является официальным документом, разрешающим пользование охотничьими животными. ДЛ не предоставляет полномочий для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства, поэтому «юрист Александр», вполне естественно, элементарно «решил вопрос» в частном охотхозяйстве – владельце ДЛ чтобы «на охоте никто никому не мешал»: вряд ли кто-то хочет отвечать за незаконное предпринимательство.
    «Что касается охотхозяйств из числа арендаторов (договор аренды охотничьих ресурсов)…», - Леонид, по охотхозяйственному соглашению для осуществления видов деятельности в сфере охотничьего хозяйства В АРЕНДУ предоставляются земельные и лесные участки (ОХОТУГОДЬЯ), но не охотничьи ресурсы!!!, а с ними и ПРАВО НА ДОБЫЧУ. Причем здесь «частно-государственное партнерство»?

    3. «Водительские права» (водительское удостоверение, но не права, -В.Б.) – разрешение на право управления транспортным средством и «водительская лицензия» - разрешение на осуществление вида деятельности (перевозка грузов) – это разные понятия. Так какой документ достал из кармана «юрист Александр»? Думаю, подавляющее большинство читателей желают знать «обширный список ссылок на законодательство, большую часть которого либо не читали, либо вообще услышали впервые».

    4. Внимательно перечитал статью 17 Конституции РФ, но о праве на охоту ничего не вычитал. Может быть, я чего-то недопонимаю? Леонид, разъясните, пожалуйста! Может быть, мы читаем разные конституции, где «право на охоту принадлежит каждому с рождения и неотчуждаемо»?

    5. «Закон об охоте должен соответствовать (ст. 3.2) Гражданскому кодексу». А он не соответствует, ну и что? Кто имеет преимущество, кодекс или закон об охоте, если они оба утверждены Федеральным законом?

    6. Кому и на чей счет «через сберкассу произвел оплату сбора за пользование животным миром» ваш «знакомый юрист»?

    По моему глубокому убеждению, руководители обществ охотников давным-давно занимаются «охотничьим самоуправлением». Непонятно только почему на это самоуправство закрывают глаза специально уполномоченные государственные органы? «Знакомый юрист – якобы браконьер», элементарно доказал частникам об их самоуправстве. Этим же грешат и общества охотников.
    «У державы нет средств на ведение охотничьего хозяйства». Это от лукавого… При желании средства всегда можно найти. Первое - «переключить» денежные потоки за пользование животным миром из частного кармана в государственный. Не хватает государственной воли! Точнее - нет желания и знаний, как организовать охотничье хозяйство в условиях современной России у тех, кого государство уполномочило действовать от своего имени. Есть исполнители, а нужны личности, лидеры, способные мыслить по-новому, увлечь за собой…
    С уважением Валентин БОДУНКОВ
    9 октября 2010 года

    P.S. Я, обыкновенный обыватель, свои суждения высказал. Хотелось бы услышать местных юристов.

    Ответить

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑