В погоне за зайцем

Сегодня погода заячья. Ночью прошел небольшой снег. Температура около нуля. Дует пронизывающий юго-восточный ветер

 

На вершине горы (там, где Сабирасабынлык) особенно холодно, ветер и морозец пробирают основательно. Со стороны деревни Сатлыки медленно вползает реденький туман на Багауялан и вдоль ручейка Биргесакаскы накатывается на Каратялан.

Я в легкой экипировке, в руках ижевская двустволка 16 калибра. В кармане охотничий билет, разрешение на оружие, путевка. Дышится легко, настроение отличное.
В такую погоду мне сложно рассчитывать на добычу кого-либо, а вот пройтись по знакомым местам доставляет желанное удовольствие, и поэтому иду на охоту, хотя заранее знаю, что наивно рассчитывать на успех, так как вот уже лет 5–7 встреча с зайцем в лесах и полях моей деревни в радиусе 7–10 км стала крайней редкостью. А ведь было время, когда в 1950–1970 гг. зайца можно было встретить везде, особо не напрягая себя поисками.  

Перевалив гору, я спустился по лесу на поляну, что лежит по правому берегу ручейка Биргесакаскы. Пошел по краю леса и скошенной поляны. Вдруг из-под жердей, кем-то сложенных под стволом березы, выскочил заяц и стремительно начал убегать в лес в гору в сторону Сабирасабынлык, откуда я только что спустился, а не по поляне, которая слева от меня.  

Когда я опомнился и снял ружье с плеча, заяц уже был на пределе выстрела. Я понимал, что шансов достать зайца практически нет, но все же решился на выстрел чоком, потому что бить получоком в данной ситуации было равносильно холостому выстрелу.  

Заяц чуть присел, но даже не остановился. Я подумал, что это он с перепугу. Ведь если бы в него попала хоть одна дробинка, он наверняка бы остановился. Но нет – заяц резво пошел в гору.  

Перезарядил ружье, постоял в раздумье. Лезть на заснеженный склон горы, откуда я только что спустился, мне не хотелось, и я решил идти дальше по охотничьим тропам.  

Однако пройдя буквально шагов десять, подумал: а что если я подранил зайца? И, резко повернув назад, пошел к месту выстрела, начал подниматься в гору, идя рядом со следом зайца. Поднявшись метров на 150, я увидел несколько капель крови, а на месте, где рядом с дубом сидел и наблюдал за мной заяц, было солидное пятно крови. Тут уж вместе с радостью, что не промазал, появился настоящий охотничий азарт – во что бы то ни стало найти и догнать раненого зверька. Уж таковы охотничьи правила.  

Желание догнать зайца – это одно, в реальности же у меня был нулевой шанс: в лесу, куда убежал хитрец, лежал глубокий снег, и на его ослепительно-белом фоне меня было видно аж за версту.  

Тем временем заячий след привел на сенокосные угодья, то есть на ту же вершину горы, где я его и потерял.  

Я углубился в лес по примерному направлению движения зайца и стал спускаться в сторону деревни. И вдруг удача! Далеко, метрах в 100–120 я увидел косого. Сидит. Я понимал: заяц видит меня, и стоит мне сделать несколько шагов, как он поднимется и уйдет. Мне ничего не оставалось, как выстрелить, хотя бы на авось: а вдруг еще одна слабенькая дробинка достанет зайца?  

На звук выстрела заяц дал полный круг на том месте, где только что сидел, рванул в лес и потерялся из виду. Кругом лес, и спрятаться или уйти незамеченным хитрецу не составило труда. Я не стал догонять его, да и смешно бежать за зайцем, тем более, когда тебе далеко за шестьдесят!  

Но минут через двадцать я увидел-таки хитреца. Он сидел ко мне боком метрах в 60–70. Дальность для выстрела хоть и была предельной, но надо стрелять. Выстрел! Заяц вновь закрутился на месте, где сидел, и снова рванул дальше от меня.  

Я начал еще энергичнее преследовать своего зайца и тут только понял, что хитрец поймал меня на свою заячью петлю: я потерял его след. Возвращаюсь назад, снова иду по следу, и снова след теряется – я вижу среди деревьев абсолютно чистый нетронутый снег.  

Настроение поднимается. Мысленно благодарю зайца за то, что он решил со мной играть в смертельную для него игру. Тем временем нахожу следы зайца, которые приводят меня к вершине все той же горы и опять исчезают, а появляются вновь уже в лесу на другой стороне горы, откуда заяц поднялся после первого моего выстрела. 

Как всякий начинающий охотник-любитель, изучив справочную литературу про охоту, я знал, что зайцы ходят кругами, то есть, возвращаются к тому месту, откуда их поднял охотник. Да, действительно, следы зайца привели меня именно к тому месту, где я его поднял. Но отсюда вдруг резко повернули налево. Я остановился. Нужно было осмотреться. Теперь я окончательно убедился в том, что заяц видит меня и постоянно держит в поле зрения, а я, наоборот, его не вижу.  

Иду по косогору. Впереди две ложбинки, кругом лес. Между ложбинками – примыкающий к лесу длинный холмик, по его бокам густо растет чилига. Прошагал я метров сто и вижу: заяц промелькнул между чилигами совершенно не в том направлении, куда меня вели его следы. Я даже не успел поднять ружье. Но зато теперь мне не нужно делать большой круг по заячьему следу, ведь он, проделав довольно большой круг, похоже, начинал новую петлю. Я подошел к месту, где промелькнул заяц, и пошел по его следу. На вершине горы осмотрелся. Зайца не видно. Решил поискать зверька в лесу со стороны деревни, подошел и буквально в сорока-пятидесяти метрах среди берез увидел совершенно белый… пень. Я подумал: а что, если это не пень, а заяц? Присел. Быстренько перезарядив ружье, осторожно поднялся во весь рост. Каково же было мое удивление, когда понял, что белого «пенька» и след простыл!  

Однако след хитреца вел вниз с горы в сторону деревни, затем резко поворачивал вправо и… Теперь гонка продолжилась по косогору среди деревьев. Да и куда зайцу было деваться? Сзади человек с ружьем, а внизу по лесной дороге из деревни в лес едет трактор.  

Поплутав по лесу по заячьим следам, я опять вышел – уже в четвертый раз! – на все ту же вершину горы. Погода здесь была мерзкая: вдруг накатил туман с мелким дождем и снегом, подул холодный ветер, на открытых местах следы зайца замело снегом. Но это только на вершине, а в лесу нормальная охотничья погода – хорошая видимость и ветра меньше.  

На бесснежной вершине след пропал. Торопливые поиски с возвратом к месту, где заяц выскочил на гору со стороны деревни, ничего не дали. Было понятно, что, если не найду след, добычи мне не видать. Надо поторопиться, короткий ноябрьский день уже клонился к вечеру. Начал обходить метр за метром край леса, где и обнаружил место «приземления» моего зайца после очередного дальнего прыжка.  

По следу через лес спустился вниз на поляну, что на правом берегу ручейка. Снега на поляне нет, стоят стога сена, пасутся лошади. Они дружно все повернулись ко мне, и тут мне подумалось, что лошади ехидно посмеиваются над моей погоней.  

Я в раздумьях. Что делать? Поляна бесснежная, дальше ручеек, за ручейком опять большая бесснежная поляна, найти тут след зайца человеку, тем более без собаки, – дело вовсе бесперспективное.  

Решил возвращаться домой и пошел назад, на вершину, по своему же следу, с таким расчетом, чтобы потом спуститься в деревню. Вдруг обнаруживаю, что заяц действительно пошел на попятную – поднялся в лес по своему же следу метров на сто от края поляны, где паслись лошади, затем резко метнулся вправо, пробежал метров семьдесят, затем вернулся назад, пересек наш общий маршрут и поскакал в ту сторону, где я и поднял его.  

Теперь мне стало понятно, что заяц успел подняться с поляны до меня и уйти в очередной заячий тупик, где спокойно дождался моего появления, пропустил меня вниз на поляну к лошадям, и, пока я ими любовался, спокойно поскакал в ту сторону, где я его и поднял с лежки утром.  

Ускоренным шагом двинулся я за хитрецом, и, какова же была моя радость, когда я увидел зайца метрах в ста впереди себя. Теперь уже не следы, а сам Его Величество Заяц впереди меня! Теперь мне некогда думать о предосторожностях, а нужно идти только вперед и не спускать с моего зайца глаз.  

Безусловно, зверек давно меня увидел и держал в поле зрения, чуя, что я – то самое существо, которое его преследует, поэтому надо – ох, как надо! – срочно отрываться от него. Заяц гораздо медленнее, чем это делает убегающий зверек, начал подниматься по косогору.  

Выхожу из зарослей чилиги на небольшую прогалину на косогоре и вижу: под тремя небольшими развесистыми дубами сидит заяц, буквально метрах в двадцати от меня.  

Не скажу, что растерялся, но к выстрелу оказался не готов. Устал, снега набрал в обувь и все надеялся на встречу с зайцем чуть позже. Прикидывать, а тем более рассуждать, что да как – только время терять. Да и заяц неглуп, вот он уже сорвался с места. Выстрел! Заяц упал как подкошенный. Холодный резкий ветер, мелкий дождь вперемешку со снежной крупой и небольшой морозец успели сделать свое дело: на снегу образовалась заледеневшая корочка. По нему упавший на полном скаку заяц скатывался вниз по косогору, совершая по инерции круги.  

Я стоял и ждал, когда же он остановится. Наконец остановка. Заяц лежал, зацепившись за ствол упавшей толстой березы. Было видно, что мой последний выстрел с близкого расстояния достал его.  

Каково же было мое удивление, когда буквально в семидесяти метрах я увидел то самое место, откуда утром поднял свою добычу! Если эта охота была для меня хождением по заячьей петле, то, выходит, действительно существует заячья петля!

С.Г. Нигматуллин, г. Уфа, Республика БАШКОРТОСТАН 9 февраля 2010 в 15:20






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑