Сам себе загонщик

Нашей охотничьей бригаде досталась лицензия на косулю. Но, как всегда, вмешался его величество случай: один из нас попал в больницу, двое уехали работать на север

 

Короче, в разгар сезона охоты на копытных я остался один с незакрытой лицензией. Съездил в охотнадзор, а инспектор нарасхват – одна за другой подъезжают бригады с лицензиями на кабана. Как быть? Да очень просто! Нужно охотиться одному. И погодка чудная стоит: выпал снежок, все следы как на картинке.

Начал с разведки. Прошелся по известным местам, нашел следы и проходящего, и местного зверя. В одном урочище свежие следы жировок трех косуль. Троплю. Поднялись метров за двести, и уходят резво – значит, стеганые. Ложатся около кромки леса, на солнышке. К этой троице скрытно подойти на выстрел вряд ли получится.  

Присел, стал думать думу, как взять? Не зря они в эту пору сбиваются в стада – чем больше голов, тем больше шансов вовремя заметить опасность и выжить. Обычно у нас в таких случаях охотятся бригадой. При обнаружении следов определяют вероятное место лежки зверей, возможные маршруты переходов и ставят там номера. Один тропит, и частенько зверь, уходя от загонщика, выходит на номер. Но, как пел незабвенный Высоцкий, «сибиряки, настырные они». Три дня методично троплю, поднимаю, смотрю пути отхода. Стала просматриваться определенная закономерность. Хотя лежки ежедневно нахожу в разных местах, порой дальше километра от вчерашних, стадо, как правило, тянет в сторону большого лесного квартала, к зарослям труднопроходимого для человека терновника. Проглядывается тропа отхода, и идет она через одно очень узкое место.  

Тут я вспоминаю рассказ одного старого сибиряка. В голодные военные годы он мальчишкой остался единственным кормильцем в большой семье, где остальные мал мала меньше. От голодной смерти спасала оставшаяся от погибшего отца берданка. Выследил он как-то в тайге стадо жирующих лосей. Попытался подойти скрадом – не получилось, попробовал догнать – куда там. А стадо крутится около заросшего тальником берега быстрой, еще не замерзшей таежной речки. Два дня бегал он, пока не сообразил, что ведь уходят сохатые берегом реки, делающей петлю вокруг сопки. Можно перерезать тропу отхода, если перейти на другой берег реки. А как? Да проще простого! Свалить дерево и по нему – как по мостику. Выбрал место поуже, дерево повыше, полдня потюкал топором, но свалил-таки. Слава Богу, свалил куда метил.

 На следующий день опять толкнул лосей с жировки и скорехонько к дереву-мостику. Мальчишке идти туда менее километра, а сохатым – больше трех. Так что успел и позицию подходящую занять, и подмерзнуть. Но кому повезет, у того и петух снесет. Вышли на него, желанные. Не дал промаха – взял быка-трехлетку. На всю зиму семью обеспечил.  

В моем случае мост не требовался. Лес у нас растет гривами да околками. Перехватить тропу можно было, если лощину перебежать, пока косули будут петлять по лесу. Решено.  

С утречка маскхалат в рюкзак, ловкую везучую горизонталочку ИЖ-58 16 калибра на плечо и в угодья! Для ходовой охоты 12 калибр тяжеловат, а это надежное ружьецо кучного и резкого боя, на мой непросвещенный взгляд, весьма подходит. Нахожу наброды на месте ночной жировки, иду, как по бульвару, не прячась.  

А вот и они, поднялись рыже-серые. Длинными скачками бегут в лес, лишь сзади белые пятна мелькают. Только скрылись из виду, быстренько надеваю маскхалат и низиной на перехват. Бежать мне минут десять. На подходе к месту перешел на шаг, дыхание надо успокоить. Только встал – замелькали в лесу косули. На это посмотреть стоит. Бредут красавицы гуськом метрах в пяти друг от друга. Подпустил на верный выстрел, а стрелять и не очень хочется – уж больно хороши звери! Но пора! Выбрал справненькую, головную, мушка на лопатке. На выдохе плавно нажимаю спуск. Ижевка зло хлестнула мелкой картечью и опрокинула косулю на бок. Бита чисто. Гуманный выстрел. Две другие развернулись и – ходу. Треск сучьев под копытами, мелькают в кустах белые «зеркала». Через минуту все стихло, и только реальный трофей на снегу убеждал меня, что все это мне не приснилось. Присел на упавшее дерево, из карманной фляжки принял глоток – за удачу. Заполнил лицензию, позвонил в охотнадзор. Теперь можно и обработать добычу. Мурлыкая песенку, разделываю зверя. В голову приходит мысль, давно не дающая покоя: почему в последнее время так не в чести 16 калибр? Известно, что ружей, пригодных на все случаи жизни, в природе нет и не может быть.  

У этого калибра есть своя ниша – дичь, которую бьют дробью (утка, куропатка), а также картечью (косуля, волк). И пулей 16 калибр хорошо бьет по крупному зверю. Многие их владельцы, которых я лично знаю, ими довольны и избавляться от них не собираются.  

Между тем дело сделано. Косуля очень справная, нагуленная, Надо будет приготовить печень с лучком и вечером передать другу в больницу, он обрадуется.

Геннадий Маляев, Саратовская область, Марксовский район, с. Павловка 2 февраля 2010 в 15:26






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑