Бобр и его промысел

Статья вторая

С 1956 г. порядок и правила оформления лицензий были упрощены. Выдача отдельных лицензий была прекращена, а количество зверьков, разрешенных к добыче штатным охотникам, стали указывать в нарядах-заданиях, а охотникам-сезонникам – в договорах на добычу и сдачу пушнины. Эту систему позже стали называть лимитно-договорной. За перевыполнение лимита добычи зверьков и заготовки их шкурок охотник и заготовитель наказывались иском вначале в пятикратном, а затем в трехкратном размере от закупочной цены шкурки 1-го сорта. Виновные могли быть привлечены также к административной или уголовной ответственности.

С увеличением количества лицензионных видов и применением самоловной технологии промысла превышение лимита их отлова становилось неизбежным. Охотник вынужден был стоять перед выбором: искать оправдание сверхлимитной добычи или утаить ее, реализовав по более высокой цене на сторону. Проконтролировать охотника в сложившихся условиях практически невозможно. В конечном итоге лицензионная система применительно к пушным видам к 80-м годам XX в. превратилась в свою противоположность: утаиванию части продукции, ее оседанию, нелегальной реализации, своеобразной формой скрытого браконьерства.


Из вышеизложенного следует вывод: скомпрометировавшая себя система оказалась наживкой для реформаторов охотничьего хозяйства нашего времени, распространив ее не только на крупных и средних, но и мелких охотничьих и полуохотничьих животных через постановление Правительства «О плате за пользование объектами животного мира и ее предельных размерах» № 1251 от 29.09.1997 г. с последующими дополнениями и изменениями. Многие ведущие специалисты, в том числе и экономисты, отвергали взымание платы за самовосстанавливающиеся природные ресурсы (животный мир). Наиболее аргументированно критиковался принцип платности охотресурсов в статье В. Дежкина «Ведомственная некомпетентность или корыстный умысел?» («Охота и охотничье хозяйство» № 1, 1998 г.). Автор отмечал, что принятие платности охотресурсов является серьезнейшей ошибкой, которая на долгие годы закроет путь для нормального развития охоты в России.


Однако концепция единообразной (без дифференциации промысловой и любительской охоты) платности за охотничьи объекты получила законодательную основу («Концепция развития охотничьего хозяйства РФ», составленная Охотдепартаментом Минсельхозпрода).


Эти нормативы должны стимулировать рациональное и комплексное использование земли, леса, полезных ископаемых и других ресурсов. Очевидно, разработчики этого постановления имели представление о том, что охотничьи животные составляют естественно возобновимый природный ресурс и в приведенный платный перечень их не включили. Следует обратить внимание также на то, что Госохоторганы, как бюджетники, затрат по непосредственному использованию охотресурсов не несут (если исключить оформление документов).


Анализ 12-летнего применения разовых именных платных лицензий «за намерения» добычи пушных видов нарушило возможность соблюдения охотниками научно-обоснованные квоты их отлова. Как правило, охотники выкупают минимум лицензий, часто одну, а добывают сколько смогут. В современных условиях с ликвидацией статотчетности служба мониторинга охотресурсов утратила важный компонент и ориентир – информацию о фактической добыче пушных зверей. Динамика их заготовок служила надежным показателем динамики численности с поправкой на оседание пушнины.


Престиж промысла пушных зверей может быть резко повышен отменой платы и поштучного лицензирования их добычи, а также проведением региональных ярмарок или аукционов, на которых охотники свободно будут продавать свою пушнину. Только в таких условиях могут формироваться конкурентные (справедливые) закупочные цены (Каверзин, 2001). Такая форма реализации пушнины резко повлияет на повышение качества сырья, сократит его импорт при повышении таможенных пошлин. Лучшие угодья должны быть закреплены за промысловиками пушных зверей.


Поднятый в печати вопрос о «гуманности» промысла, привнесенный из вне, надуман. На отлове бобра успешно применяется капкан конструкции Ф.Р. Конибера, на разработку которого автор затратил около 30 лет. Уменьшенные его модели успешно применяются для отлова более мелких зверьков.


Драматическая ситуация с внедрением поштучного платного лицензирования сложилась в рациональном использовании соболя – основного пушного товара не только Сибири, но и РФ в целом. Специалисты предлагают вместо оплаты лимита «за голову» внедрить оплату за угодья конкретного участка с учетом его кадастровой оценки. Такая система сохранит ресурсосберегающие технологии ведения соболиного хозяйства (Петренко, 2006). Автор полагает, что при действующей системе охотник-промысловик из-за недостатка средств вынужден обходиться заниженными лимитами, но часто даже непреднамеренно перевыполняет.


Этим он поставлен в дискриминационное положение перед законом. Поэтому охотники-промысловики – основная армия, которая создает основу пушной продукции, выступают за отмену разовых платных лицензий (Кельбешиков, 2008). Автор отмечает, что действующая процедура передачи охотугодий задумана так, что охотник без высшего образования не может получить конкретные угодья, и попадает в крепостную зависимость от юридического лица – арендатора угодий. Он научно обоснованно делает вывод: замена командно-распорядительной (лицензионной) системы добычи соболя на заявительную, декларационную снимет напряженность на пушном рынке.


Каковы же перспективы российского пушного рынка? В соответствии с официальной статистикой объемы выпуска меховых изделий по результатам деятельности 2002 г. составили около 3,6–4,4 млрд. руб., а присутствие на отечественном рынке товаров российских производителей не превышало 25%. В то время планировалось к 2010 г. отечественную долю этой продукции увеличить до 50% («Мягкое золото», № 8, 2003).


Однако на внутреннем меховом рынке до сего времени преобладают импортные меха из Турции, Греции, Италии, Аргентины, Китая и др. стран. По сведениям специалистов, из-за рубежа часто завозят стриженые изделия из нутрии и даже кролика породы «Рекс» под названием бобра. Л. Грудев («РОГ», 2008 г.) сообщает, что наше правительство пошло навстречу отечественным меховщикам и снизило таможенные пошлины на импорт шкур бобра канадского. Но надо было бы сделать наоборот, резко увеличить пошлины, но избавить своих охотников от излишних преград в форме платных разовых лицензий и заменить сборы налогом на торговый оборот полуфабриката и готовых меховых изделий (Гревцев, 2001), или платой за аренду промысловых участков в Сибири (Петренко, 2006; Кельбешеков, 2008).


Отвечая на вышепоставленный вопрос, скажу: необходимо восстанавливать собственный российский пушной рынок на цивилизованной основе, законодательно избавив охотника-пушника от бюрократических нагромождений, как это справедливо отмечает Н. Астафьев в публикации «Правовое обеспечение охоты: путаница и неразбериха» («Охота и охотничье хозяйство», № 12, 2008).


Из вышеизложенного следует, что лицензионная добыча пушных зверей, сыгравшая в прошлом положительную роль в восстановлении ценных пушных зверей, однако содействовала также формированию впоследствии «черного рынка». Модернизация ее реформаторами охотничьего хозяйства страны в наше время в поштучно-платно-лицензионную породила теневой, коррумпированный пушной бизнес. Она исключила основного производителя – охотника из ресурсосберегательного и ресурсовосстановительного процессов использования пушных ресурсов страны.


В охотничьей среде утвердилась крылатая фраза: «В основе поголовного лицензирования заложена правовая основа коррупции». Настал неотложный момент изменения этой системы, пока еще не принят закон «Об охоте» № 66299-5. Основные предложения к проекту закона сводятся к следующему. В проекте закона дать расшифровку понятиям «промысловая», «любительская», «научная» охота (см. Д.К. Соловьев, 1926, с. 8).


Предусмотреть дифференцированную плату за пользование объектами охоты: по платным лицензиям при охоте на копытных, медведей и других ценных (редких), трофейных животных; безлицензионный и бесплатный отлов всех пушных зверей со сбором налога с оборота при реализации полуфабриката или меховых изделий, или взымать арендную плату за конкретные участки охотугодий с учетом преимущественной продуктивности по какому-либо виду – собольи, ондатровые, бобровые и пр.


Признав охоту (ст. 1, п. 5) социально-культурной ценностью, следует предусмотреть предоставление льгот для социально различных групп охотников: участников войн, инвалидов, пенсионеров, студентов, охотников национальных меньшинств и т.д.


Охотничьи животные – результат прямой или опосредованной деятельности человека. Не следует забывать, что численность многих животных в России (соболь, ондатра, американская норка, бобр, енотовидная собака, северный олень и др.) – результат целенаправленной работы специалистов охотничьего хозяйства предшествующих поколений, как бы их ни хулили новоявленные спасители». Все верно. Однако в перечне отсутствует главное действующее лицо – охотник. Один из цитируемых авторов, В.В. Мельников («РОГ», 2008), став директором Охотдепартамента МСХ, уточняет: «Ведение охотничьего хозяйства – это производство со всеми свойственными технологическими процессами и, в принципе, не отличающееся от животноводства.


Охота (организация охоты) для охотпользователя – это не развлечение, а организация сбора урожая – технологический процесс, имеющий свои особенности». В цитате четко прослеживается смысл об идентичности «сбора урожая» при ведении процессов охотничьего хозяйства и животноводства. Следовательно, вполне допустима аналогия: фермер – стадо мясных бычков; охотник – пушные звери. Права же у этих работяг для «снятия урожая» диаметрально противоположные. Фермеру для забоя бычка и реализации мяса предварительно оплаченной «бумаги» не требуется. Охотнику она обязательна, а чтобы добыть вожделенный «товар» ему надо еще забраться в тайгу, где «Макар бычков не пас».


Если же добудет «товар» – обязан по договору сдать его арендатору угодий по выгодной для него цене. Уточняю смысл внесенных в проект ФЗ «Об охоте» поправок: защита охотника-пушника от произвола чиновников, открытое (конкурентное) его участие в реализации добытых шкурок, обеспечение через него рационального использования пушных ресурсов. Принимаемые правовые акты должны быть социально ориентированы. Обсуждаемый проект ФЗ без учета интересов большинства охотников заведомо обречен на неудачу.

В.И. ГРЕВЦЕВ,  кандидат биологических наук,  биолог-охотовед,  заслуженный работник  охотничьего хозяйства России,  г. Киров

В.И. Гревцев 24 июня 2009 в 14:49






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑