НАДО ЛИ БОРОТЬСЯ С «ВИРУСОМ ЧЛЕНСТВА»?

Получил очередной номер «РОГ» в новом году и взгляд сразу уперся в заголовок передовой статьи «Вирус членства» Александра Тихонова. Прочел раз, другой да так и не понял основную цель статьи. О том, что Росохотрыболовсоюз автору не нравится здесь все ясно: «Пусть эта ассоциация останется добровольным объединением», по-видимому, на уровне некоего клуба, а как «повернуться лицом к российскому охотнику», он рекомендаций не дал.

КУПЛЮ РУЖЬЕ, НАЧНУ ПУЛЯТЬ!

Но у самого автора и в приводимой цитате из высказывания Э.В. Бендерского разговор идет об общественных организациях, т.е. во множественном числе. Следовательно, это касается и Всеармейского общества охотников, и «Динамо», и существующих других. Эти общества, по-видимому, должны кому-то отдать свои приписные охотхозяйства и остаться клубами по интересам, естественно без охотничьих билетов и охотничьих угодий, поскольку автор статьи предлагает запретить охотобществам выдавать охотбилеты. Как-то косвенно автор поручает эти функции государственным структурам, но ведь государство уже около десяти лет выдает (выписывает) охотбилеты. За это время указанные функции перепоручались разным госструктурам, и хотя стоимость этого билета ниже стоимости билета в общественной организации, охотники не устремились туда гужем, поскольку получив (купив) охотбилет, он остается один на один с этим билетом, не состоя ни в каком коллективе. Те охотники, которые приобрели государственный охотбилет, не знают, что теперь с ним делать. Сейчас продлить такой билет трудно, надо ехать в областной центр за 220 км, так как в районе такими полномочиями никого не наделили. Никто даже такие билеты не собирает, чтобы отвезти на продление организованно: каждый автономно. Вот вам и дешевое удобство. Поскольку выдающие эти билеты не интересуются у претендента в охотники знаниями ни правил охоты, ни правил обращения с оружием, то, положив билет в карман, он имея, сведения, что «на охоте стреляют» и, приобретая полуавтомат с длинным магазином под десяток патронов, с нетерпением заявляет: «Как начнем шарахать!» (См. «РОГ» № 43 за 2005 г. «О праве на выстрел»).

А кто в этой ситуации будет защищать объекты охоты от варварства таких горе-охотников? Милиция? У нее и так забот «под завязку». Государство создаст мощную егерскую службу по всей территории России? Маловероятно в современных условиях.

В моем понимании для контроля за использованием объектов охоты надо шире привлекать население страны, а это проще, удобнее и экономичнее делать через общественные охотничьи организации. Проживающие на конкретной территории охотники, объединенные в коллективы, заинтересованы в том, чтобы у них дичь не переводилась и вместе с госслужащими, наделенными полномочиями по охране охотугодий (например, охотинспекторами) могут обеспечить достойную охрану животному миру на подведомственной закрепленной за ними территории. А отводить (закреплять) эти территории так же, как и воспроизводственные участки, должны местные «органы власти, например, постановлением администрации муниципального района», к чему и призывает А. Тихонов. Естественно, никаких самозахватов.

К примеру, в Гагаринском районе Смоленской области один охотинспектор с активом охотников поддерживал в охотугодьях весьма благополучную ситуацию. Разнообразная дичь водилась в достаточном количестве: и копытные, и пернатые, и пушные. В особенности была интересная охота по утке на Вазуском водохранилище, поскольку помимо хорошей охраны угодий ежегодно в акваторию водохранилища силами районного общества выпускалось несколько тысяч молодняка кряковой утки. А сейчас даже открытие летне-осеннего сезона на водохранилище уныло, никто ничего не выпускает, а разбросанные вдоль и поперек рыболовные сети помимо рыбы отлавливают еще и водоплавающих птиц, и  плавающих в воде зверюшек. Я, правда, не был там уже несколько лет и приведенное выше – с чужих слов, но в последние поездки насмотрелся там всякого безобразия до тошноты: пальба бесцельная по всему движущемуся на любые расстояния – чайки, ласточки, а уток не было (см. «РОГ» № 43 за 2005 год). Никакой охотничьей этики и ничего разумного в стрельбе, ведущие такую пальбу «охотники» явно не бывали в охотколлективах и охотминимум не изучали.

«ШКУРА ПЛОХАЯ, ЛИНЯЕТ КОСОЙ»

Но вернемся к охотбилету. Выписал некий госчиновник эту корочку некоему желающему, тот вооружился, обоеприпасился и, не утруждая себя изучением темы охоты по литературе или общением с более опытными охотниками, садится в высокопроходимую «тачку» – и на природу. Вот тут-то уж точно – «гуляй поле». Какие уж тут угрызения совести и мораль. Это неграмотные мужики такими понятиями были озабочены в прошлых веках. «Я их не бью ни весною, ни летом, шкура плохая, линяет косой», – говорил Дед Мазай о зайцах. Или мои первые наставники по охоте: «Борь, приходи за ружьем, можешь идти на болото, мы там сегодня косили и утка уже на крыле». Это слова старика-крестьянина в первые послевоенные трудные годы, когда мне было четырнадцать лет и своего ружья у меня не было, но то, что хлопунцов стрелять нельзя, некрасиво, я крепко запомнил, и сейчас всегда напоминаю своим подопечным, чтобы не трогали, если попадется поздний выводок. И вообще, в первые недели открытия летне-осенней охоты стрелять сидячих неспортивно.

Не каждый человек может сам в себе воспитать культурного охотника. Для этого нужно время и желание. Вопрос становления охотника в коллективе всегда происходит быстрее и качественнее. Здесь обсуждается оружие, экипировка, правила и особенности различных охот, подготовка к охотам и проведение коллективных охот и стрелковых соревнований среди коллективов. А сейчас госчиновники даже очень крупных рангов не прочь «поохотиться», желательно в заказниках и заповедниках, так как там проще отыскать нужный трофей (см. «РОГ» № 3/4 за 2009 год и другие заметки на этот случай, ставший известным из-за катастрофы вертолета). Где тут контроль?

Общества охотников были в России и в дореволюционные времена, но объединяли они небольшой процент российских охотников элитных слоев населения. Основная же масса охотников была предоставлена сама себе и не все они были дедами Мазаями. Добывалось чем больше, тем лучше. Поэтому к 20-му году 20-го столетия в России многие виды охотничьих животных оказались на грани исчезновения, хотя в то время не было мощных вездеходных средств и дальнобойного оружия с мощными прицелами и дальномерами. Поэтому после 1917 года новая власть ввела строгий запрет на добычу исчезающих видов животных: лося, бобра, соболя, сайгака, тигра. Я вспоминаю небольшую книжку – самоучитель по охоте, которую прочитал в 1950 году. Там были главы об оружии, снаряжении патронов, краткое описание наиболее популярных видов дичи и охоты на нее. В конце была приведена «стрелковая линейка Сергеева», по которой я учился стрелять по целям в разных направлениях. Была также таблица штрафов за добычу запрещенных видов дичи. В памяти остались две цифры: за лося и бобра штрафы были по 10 тыс. руб. и несколько тысяч за рысь. Для меня тогда эти цифры были «космическими». Помимо штрафов проводилась разъяснительная и воспитательная работа среди охотников, создавались общества. Принятые меры дали свои результаты: лось в Центральной России стал обычен, стада сайги вновь стали миллионными, соболь опять стал объектом экспорта, не вызывало опасности поголовье уссурийского тигра (туранского тигра, правда, спасти не удалось, к моменту выхода декретов их уже почти не осталось в Средней Азии) и т. д. и т.п.

***

На основании вышеизложенного я выскажу свое мнение: чтобы не обнищали наши охотничьи угодья и охотиться могли все российские охотники, а не отдельные члены отдельных слоев общества, за что и А. Тихонов радеет, необходимо опираться на широкие массы охотников в развитии охотхозяйств и других охотструктур. И готовить охотников, и выдавать билеты после проверки знаний надо в основном в охотобществах. А члену контролирующей организации (структуры), если он хочет стать охотником, можно выдавать билет в той же структуре и оговорить это в законе об охоте. То же самое можно выделить в законе и для народов крайнего Севера и Центральной Сибири. Кстати, в советские времена в промхозах крайнего Севера, Сибири и Дальнего Востока для промысловых охотников были территориальные отдельные правила, оговоренные в правилах охоты. Возможно, такие промхозы надо возродить и экспортировать будем не только нефть и газ, но и пушнину.

В заключение хочется надеяться, что будущий закон об охоте учтет пожелания многомиллионной армии российских охотников и окажется оптимальным для большинства из них.

Борис ЕМЕЛЬЯНОВ 17 февраля 2009 в 15:58






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑