ЗАСАДА НА ЧЕРДАКЕ

В те далекие военные сороковые, да и пятидесятые годы прошлого века волков развелось так много, что они нередко стали переходить на дневной образ жизни. Их часто можно было видеть у ферм, в поле, у скотомогильников, даже вблизи населенных пунктов. Стая из трех-семи волков потеряла страх перед человеком. Такое поведение хищника говорит только об одном: они испытывали лютый голод.

У нас в поселке была овцеферма ОТФ, и волки стали приходить по ночам, беспокоили овец и наводили страх на работников. Хотя само здание было из бревен, крыша была крыта соломой. Так как в зимнее время у овец идет основной окот, то в ночное время дежурили две-три женщины-работницы и сторож, как правило, старик. По ночам они принимали новорожденных ягнят и с фонарями (света в то время не было, шел 1949 год) обходили вокруг ОТФ, стуча колотушками. Сторож рассказал бригадиру, что по ночам приходят волки, собаку унесли, женщины боятся выходить из дежурки к овцематкам. Бригадир убедился, что есть следы волков вокруг фермы и что он может с косицы снега запрыгнуть на соломенную крышу овчарни. Были случаи, волки забирались в овчарни, разрыв соломенную крышу.

Бригадир понимал, что за потраву овец ему и работникам фермы не поздоровится. Бригадир пошел к охотникам, которые занимались охотой на волков. Он попросил, чтобы они занялись волками и пообещал вне очереди помочь лошадкой привезти дрова или поехать на мельницу. Охотников было три человека: лесник дядя Саня, мой дед и друг деда дед Сергей. Они убедились, что волки приходят. К ферме вели три конные дороги. Одна в поселок, а две другие в разных направлениях, по ним подвозили корма. Чтобы узнать, по какой дороге приходят волки, дед Сергей и мой дед на ночь засыпали по небольшому участку дорог снегом следы. Они засыпали участок 7–8 м. На другое утро они уже знали, по какой дороге волки приходят и примерно их количество – не менее трех. Оказалось, что волки заходят на  добром и сходят в разных местах – в поле к каждому стогу идет своя развилка, так что капканы ставить негде. Они решили делать засаду непосредственно на ферме. Вдоль главного корпуса овчарни, с южной стороны, были огороженные карды для выгона овец. Карда регулировалась щитами, так что можно было в одном месте увеличить ее площадь, а в другом уменьшить. Против крайней карды была дверь на чердак, через которую в сенокос складывали сено. Решено было караулить волков на чердаке на сене. Сторожу была дана команда держать дверь чердака каждую ночь открытой, если не будет буранов, чтобы волки привыкли. Карду перед лазом на чердак сократили вдвое, переднюю сторону нарастили в высоту. А сама маленькая карда получилась как бы внутри большой. Каждый вечер деды приходили на ферму и забрасывали снегом участок дороги, чтобы узнавать по следам, приходили волки или нет. На ферме не обходилось без падежа, и охотники стали небольшими порциями подкармливать волков. То им выбросят внутренности, то ноги от павших ягнят или овец. Волки стали посещать ферму почти регулярно.

Так прошла неделя. Погода стояла очень морозная, а ночи светлые. И вот в один из вечеров решили делать засаду. В небольшую карду перед дверью чердака выпустили голов 6–7 маток овец, у которых были ягнята. Сами ягнята были в главном корпусе за стеной. Овцам положили сена на ночь, а мы втроем, лесник дядя Саня, дед Сергей и я через внутренний лаз забрались на чердак. Овцы время от времени откликались на зов ягнят и получалось, как живая приманка. Лесник распределил каждому обязанности. У меня было ружье деда – берданка 24-го калибра, у лесника казенная берданка 32-го калибра, трехзарядная, у деда Сергея двустволка курковая 20-го калибра. Все ружья были заряжены патронами с отборным дымным порохом. У деда Сергея были патроны с самодельной картечью, он стрелял волков сразу из обоих стволов. Мои патроны и лесника заряжены «Жеребьями». Если волков будет больше одного, то мы с лесником стреляем по левому, а дед Сергей  должен стрелять в правого волка, но только по одной команде...

Проходит час, два и больше – волков нет. Одежда в то время была скудная, в лаптях, но все же сено и чердак несколько согревают, не на открытом же воздухе. Так мы просидели часа четыре, но холод все же дает о себе знать, да и ягнят уже время кормить. Слезаем, идем в дежурку, сторож и женщины идут перепускать маток к ягнятам. Наутро убеждаемся, что волки были. Значит, волки приходят в полночь. Решили делать засаду с одиннадцати часов вечера. Небольшие порции привады съедались волками. И вот мы снова сидим в засаде. Сидим долго. Овцы также время от времени переговариваются со своими ягнятами. Волков по-прежнему нет. Дед Сергей и лесник берут с собой «шкалик» водки и время от времени делают по глотку-два для сугрева. Слезаем с чердака и идем в дежурку. Так проходит еще два дня, результат нулевой.

Решили занять позицию на чердаке после двух часов ночи. Еще раз лесником был проведен инструктаж. Пришло время, и мы полезли по внутреннему лазу на чердак. Сидим, картина однообразная: ягнята кричат, овцы отзываются. Проходит час, два, а может, больше, мороз крепчает. Как всегда бывает, волк появился, как призрак. Первым его заметил лесник, он тихо произнес: «Волк!» И в тот же момент я увидел волка, скорее не волка, а как бы какую-то тень. Мы замерли, варежки сняты с рук, а ружья на боевом взводе. Волк стоял и, как нам казалось, смотрел на открытую дверь чердака. Сколько он стоял, сказать трудно, но потом медленно почему-то пошел не к овцам, которых он, конечно, хорошо слышал, а в сторону дежурки, где в окне тускло светился фонарь.

Его, видимо, свет не пугал. И нам стало понятно, что волк не единожды посещал ферму. На его пути были сани, дровни, он их обнюхивал, а голова его была обращена в сторону открытого чердака. Овцы, видимо, не чуя волка, также спокойно отзывались ягнятам. Волк пошел обратно, но вне выстрела. Он и удалился за тыльную сторону овчарни, и больше мы его не видели. Но вскоре вышли дежурные с фонарями. Мы пошли в дежурку греться. Про волка мы ничего не сказали, чтобы не беспокоить.

В ночь с воскресенья на понедельник мы пришли и заняли свои места в два часа ночи. Дежурных предупредили, чтобы они ближе к рассвету не выходили. Сколько просидели, сказать трудно, но, как всегда неожиданно появились сразу два волка. Они также медленно стали подходить к карде, где находились овцы. Волки с ходу не могли попасть в карду.

Передняя сторона карды была наращена. А чтобы попасть с боковых сторон, нужно преодолеть загородку большой карды, а потом уже загородку малой, где были овцы. Прежде чем совершить разбой, волк хорошо изучает охрану и пути отхода. Ему нужно отдать должное, он в таком деле большой «специалист». Волк самый разумный хищник нашей округи, выносливый и, самое главное, думающий.

Волки стали обходить переднюю высокую часть карды, один пошел в одну сторону, другой в другую. Волки приближались очень медленно, с остановками, обнюхивая воздух со всех сторон. Вдруг дед Сергей шепчет, что сзади появились еще волки. Задних волков было не понять сколько, они перемещались, сходились и расходились. Но наше внимание в основном было обращено на ближних двух волков. Перед кардой были старые негодные дровни, которые обозначали, что за них пускать волков опасно, так как звери могут мгновенно преодолеть преграду до овец. Овцы по-прежнему никакого беспокойства не высказывали. Кто побывал в засадах-засидках, тот понимает, какие чувства владеют в такие моменты. Время как бы остановилось, мороз куда-то отступил, слух и зрение на пределе, малейший шорох или писк мыши в сене кажется шумом. Расстояние от старых дровень до лаза на чердак 20–25 м, не более. И вот команда шепотом: «Приготовиться!» Волки словно почуяли опасность, встали, и в это время была дана команда «огонь».

Звуки выстрелов слились в один. Первые секунды от пламени и дыма ничего не видно. Потом последовал страшный удар о стенку карды. Это овцы шарахнулись. Мы быстро спускаться с чердака. На шум выстрелов вышел сторож с фонарем и стал перепускать овец внутрь корпуса, они так шарахались, что чуть не сбили его с ног. Мы подошли к месту, где стояли волки, но их там не было. Но за углом основного корпуса, метрах в 10–12, обнаружили еще живого волка, снег вокруг был весь в крови. Мне как молодому была дана команда добить его. Руки у меня тряслись, и я долго не мог перезарядить берданку на дробовой патрон. Наконец, перезарядив, я выстрелил ему в ухо. Пришел сторож с вожжами и поволок зверя к дежурке. Мы стали продолжили поиск второго волка. Мы надеялись, что другого волка также накрыла картечь деда Сергея. Волка нашли также живого, как потом выяснилось, при снятии шкуры, был перебит позвоночник. Когда подходили, он подымался на передние ноги и тут же падал, издавая какие-то гортанные звуки. От места выстрела он сумел убежать метров 50–60. Я также добил его в ухо. Счастью нашему не было предела.

По договоренности с заготконторой волков-самцов дед обдирал сам, а вот волков-самок нужно было доставлять в заготконтору в натуральном виде, так как за самку премия была больше. Волков ободрали, они оба оказались самцами.

Пуля лесника дяди Сани угодила в левое плечо и вышла из правого бедра. С такой страшной раной он сумел преодолеть 10–12 м. Моя пуля 24-го калибра ушла в неизвестном направлении. Картечь деда Сергея угодила в позвоночник и две картечины в скулы, нижняя челюсть висела. Председатель колхоза выделил нам барашка. А на часть премии была организована небольшая гулянка. На какое-то время волки перестали наведываться на ферму.

Дежурные женщины и сторож успокоились, жизнь продолжалась.

Николай РОГАЧЕВ, Самарская обл. 4 ноября 2008 в 15:01






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑