КРАСОТА – ЭТО СТРАШНАЯ СИЛА!

В своей статье я попытаюсь разъяснить нашим заводчикам, чего ждут от их собак, совершенно не претендуя при этом на глубокий исторический анализ стандарта пойнтера.

Как писал в 20-х годах ХХ века И. Кшесинский, владелец Петроградского питомника «Табор»: «...пойнтер – это изящнейшее и элегантнейшее творение в собачьем роде». Все постоянно отмечают его благородство и манерность. Это отнюдь не «первый парень на деревне», пойнтер – собака голубых кровей, отличающаяся внешней гармонией. Именно внутреннее благородство в сочетании с гармоничным сложением составляют особенность нашей породы. Стиль и древнюю кровь никогда не скроешь. Стандарт ФЦИ называет пойнтера «аристократом», что соответствует действительности. Только блесткая, яркая собака, в каждом своем движении показывающая шик лондонского денди, и достойна высшей оценки. «Отлично» – оценка, которую должна получать собака с выдающейся внешностью, ведь «отлично» – характеристика собаки, отличающейся от всех прочих в лучшую сторону. В последнее время вес этой оценки резко упал; иногда диву даешься, когда видишь весь ринг только с этой оценкой. Ну и от кого они отличаются?! Экспертиза столетней давности была гораздо строже: большую золотую медаль получали действительно яркие собаки, а многие оставались с бронзовой медалью, а кое-кто – и без награды.
Конечно, от эксперта зависит многое.
И сразу хочется спросить: «А судьи кто?» Эксперт должен быть образованным, развитым и культурным человеком. У эксперта должен быть развит вкус. Еще А.А. Чумаков писал в 1965 году об экспертах: «Надлежащие знания приобретаются безграничной любовью, той неустанной жадной вдумчивостью, тем энтузиазмом, с которым относится судья-эксперт, истинный любитель, к своему горячо любимому делу. Только при этом священном огне могут развиться вкус и должные знания, может выработаться настоящий, достойный (!) эксперт и судья, имеющий нравственное (!) право творчески относиться к искусству экспертизы».
Поскольку у меня нет никакого желания разбирать стандарт пойнтера «по косточкам», то я бы хотела поговорить именно о спорных моментах в оценке экстерьера. Как писал В. Аркрайт: «Голова пойнтера – это сам пойнтер». Поэтому, если собака имеет великолепную колодку, а голова ее приближается к моське, борзой или бладхаунду, то ни о какой положительной оценке и речи быть не может! Один наш новоявленный пойнтерист так заявил недавно о своей собаке: «Да при чем тут голова?! Вот рычаги у нее – загляденье!» Должна сказать, что прекрасные рычаги у зайца и лошади, а уж как скачет кенгуру! Но выставка – это племенное мероприятие, так что пускай эта Кенга с крошками Ру ускачет от нас подальше. У головы пойнтера должен быть ярко выраженный переход ото лба к морде. «Сгонистые», без перехода головы пойнтеров, в наши дни иногда почему-то не бракуемые, в 20-х годах ХХ века имели отрицательную оценку. Смотришь на собаку с головой без перехода и гадаешь, кто же перед тобой: по документам пойнтер, а на самом деле – дроппер или ублюдок. Кстати, кое-что хотелось бы сказать и по поводу курносости. Мне такие собаки (со вздернутой мордой и брыльками) очень импонируют, как и большинству экспертов, но так было не всегда. Кшесинский в 20-х годах ХХ века писал, что «морда пойнтера ни в коем случае не должна быть со вздернутым носом, что так безобразит бельгийских пойнтеров, напоминая в пойнтере бульдога».
Далее, большим спорным моментом являются глаза. Во-первых, их цвет, во-вторых, размер и форма, в-третьих, выражение. Глаза – это зеркало души, неважно, у человека или у собаки. Думаю, что никто не сомневается, что у наших питомцев есть душа. По стандарту глаза у пойнтера должны быть круглыми, средней величины, цвет глаз в тон или темнее пятен. Светлоглазость – это недостаток. С конца XIX века всегда в пойнтере ценились большие темные и выразительные глаза. Англичане (1897 г.) отмечали, что глаза должны быть «темно-коричневого цвета с приятным выражением; светлый или желтый глаз некрасив и не должен поощряться». Выражение глаз у пойнтера в нашем стандарте отсутствует, поэтому следует опираться на более древние стандарты. Естественно, что глаза пойнтера должны иметь смышленое и доброе выражение, и еще выражение глаз должно быть умным. В 1920-е годы эксперты (Лундберг, Карцов, Лунин) отмечали у собак как большое достоинство темные, красивые, большие глаза, а как серьезный недостаток – маленькие и светлые глазки. Г. Лундберг отмечал, что светлые глаза у пойнтеров – «недостаток, против которого московским заводчикам следовало бы принять меры». Тогда, как и теперь, к сожалению, многие кофейно-пегие пойнтера обладали светлым или светловатым глазом. В целом же большинство современных пойнтеров обладают несветлыми глазами. И тем сильнее обескураживает, когда черным собакам с зелеными глазами эксперты умудряются давать по только им ведомым причинам высшие оценки. Как я уже сказала, темные глаза сейчас превалируют в породе, но круглых глаз практически не стало. Больших глаз – тоже. Чаще появляются маленькие, нетемные и некруглые «медвежьи» глазки. В принципе, Москва справилась со светлоглазостью, но если эксперты будут относиться к этому недостатку, как к досадной мелочи, и не выкорчевывать ее, то вскоре нас ожидает судьба курцхааров, на рингах которых собак с темными глазами почти не встречаешь. Остановлюсь еще на одном маленьком заблуждении – якобы чем светлее окрас, тем светлее глаза собаки. В нашей семье были пойнтера разных окрасов: черные, черно-пегие, красно-пегие, кофейно-пегие – и у всех глаза отличались очень темным цветом, даже у моего кофейно-пегого Джина. Тем более что у пойнтеров со светлыми глазами не бывает доброго, приятного и умного выражения глаз, которое так высоко ставилось англичанами среди других достоинств пойнтера.
И вот еще что важно: высочайшие дипломы получает не просто чутьистая собака, а к тому же и умная. А нет ума – нет и прекрасных работ, нет наслаждения от охоты с такой собакой, потому что, напоминаю: охота с пойнтером – это не ремесло, а искусство. Я предполагаю, почему сейчас достаточно малое число пойнтеров обладает супервысокими дипломами. Ведь если Маугли оставить в стае волков, то он никогда не станет человеком, так и пойнтер, попадая, фигурально выражаясь, в семью идиотов – тоже станет идиотом. Как говорится, с кем поведешься...
Хотела я остановиться и на окрасе пойнтера, его особенностях и недостатках. Начнем с последнего: в России трехцветный окрас пойнтеров является недостатком (в отличие от Европы). Так было всегда: кофейно-пегие с подпалами, трехцветные пойнтера, как «некрасивого окраса» – хороших оценок не получали.
У пойнтеров, вне зависимости от цвета, всегда ценилось «правильное симметричное распределение отметин, особенно на голове». Собаки с «моноклем» не приветствуются, равно как и собаки с неокрашенной головой. Сплошной, без проточин окрас головы и шеи, как бы разрезающий собаку, также удовольствия не вызывает. Цвет собаки на оценку не влияет вовсе, а окрас должен подчеркивать, а не скрывать достоинства пойнтера. Исключение – черные собаки, составляющие особую расу среди пойнтеров и обладающие особенностями в конституции, знать и учитывать кои при оценке собаки эксперт обязан. Если же такой горе-судья заявляет, что старые учителя ему не указ, то о таком эксперте можно сказать: пустили Дуньку в Европу. Также хотелось бы отметить, что желто-пегие пойнтера – это не слабоокрашенные красно-пегие, желто-пегий окрас характеризуется наличием пятен и крапа, как цвет лимона, а красно-пегий – как охры, глины, кирпича, терракоты, без малейшей примеси синевы, синюшности или бордо. На сегодняшний день в Москве и области живут пойнтера всех разрешенных окрасов, кроме кофейного – самого редкого и неустойчивого.
Думаю, что подробно говорить о пойнтере как о высокопередой собаке с крепким костяком и развитой мускулатурой не стоит. Это не вызывает споров ни у кого. Единственно: «сырые» собаки, у которых кожа, как у борцов сумо, летает по корпусу, должны браковаться. Что колодка должна быть хорошей – тоже доказывать никому не надо.
Шея пойнтера должна быть длинной, «лебединой», как говорили многие эксперты прошлого, без признаков «сырости». В начале ХХ века таких шей почитай что и не было – в 90% преобладали «сырые», короткие, некрасивые шеи. Сейчас, слава богу, благодаря влиянию черной крови Блекфилд-Аксакала у наших собак шеи неплохие. Но расслабляться нельзя, а то стараются пролезть в головку ринга владельцы пойнтеров с пеликаньими шеями. К сожалению, красивых, лебединых шей с горделивым поставом у нас тоже практически нет. А ведь и короткие, и длинные шеи – наследуемый признак, равно как и почти полное отсутствие шеи. Есть в России такая пойнтерица, передающая сей подарочек до 3-го колена включительно. И тоже, конечно, заграничная штучка. Кстати, пойнтеров острощипых, с малым глазом (что, в общем-то, понятно) и с короткой шеей считали некровными.
Несколько слов хочу сказать еще об одном признаке кровности пойнтера. Наш пресловутый прут, как писал Аркрайт, – «лучшее свидетельство кровности пойнтера». Он обязательно должен быть прямой, гибкий и упругий и совсем не напоминать палку. Прут в основании толст, но сходит на нет у кончика, не длинный, не крючком. В целом прут укороченный (но, конечно, не до порочной длины) лучше, чем длиннющий и с крючком на конце.
И последнее, очень спорное, на чем бы я остановилась подробнее, – это рост пойнтера. Начну с того, что в нашем стандарте четко указаны верхние и нижние пределы роста. Если в стандарте четко указаны границы, то говорить, тем более эксперту, о том, что пойнтер маленький (но в пределах стандарта!) и оценка ему будет поэтому снижена, есть грубейшее нарушение принципов экспертизы. Высота в холке у кобелей по стандарту 57–65 см, у сук – 54–63 см. Рост менее указанного и выше на 2 см – порочен. В 20-е годы эксперты отмечали, что пойнтера ниже 58 см встречаются редко, однако эти пойнтерочки – все равно кровные и, повязав их с пойнтерами хорошего роста и костяка, можно исправить положение. А пойнтера под 70 см и выше считались и считаются нечистокровными, «приближаясь к ублюдкам», и пускать их в породу нельзя ни при каких обстоятельствах.
Вообще же, говоря о росте пойнтеров, хочется отметить ту полемику, которая велась в 20-е годы между Москвой и Санкт-Петербургом. В последнем жили приверженцы крупных собак (кроме, может быть, Кшесинского), в Москве предпочитали гармоничность и элегантность, без излишнего роста и переразвитых костяка и мускулатуры. Хотя такой корифей пойнтериного мира, как А. Чумаков (москвич), был ближе к мнению Лунина и Карцова, «не любя пойнтерочков». Лунин, любитель крупных собак, отзывался о московских пойнтерах, как о склонных к мельчанию и, не любя некрупных сук (об его отношении к мелким кобелям я вообще умолчу), называл их «такими сиротливыми, что их трудно рассмотреть», а при описании, оставляя без награды, говорил о «миниатюрных сучках на соответствующих ножках». Лунин отмечал, что безупречный, но легкий пойнтер хуже, чем кобель несколько грубоватый, но с прекрасными рабочими статями, костяком, колодкой и мускулатурой. Также мне бы хотелось добавить и кое-что о хирургических вмешательствах: любое из них запрещено, будь то недоразвитый эмбрион в глазу (дермойдная киста) или ампутация части прута со следами излома. Это дисквалифицирующие пороки, при наличии которых собака остается без оценки.
В заключение хочу отметить, что ваша собака, дорогие пойнтеристы, должна:
1) походить на пойнтера, особенно головой;
2) быть высокопередой, элегантной и блесткой, без признаков «сырости» и «грубости»;
3) иметь прекрасную выпуклую мускулатуру;
4) иметь выразительные глаза;
5) излучать энергию и живость на ринге.
И если она не имеет пороков, то всегда получит высокие оценки под любым экспертом.

Виктория ЯКОВЛЕВА 12 августа 2008 в 15:02






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑