На картофельном поле

На страницах охотничьих газет и журналов появляется много рассказов об удачных охотах, точных выстрелах. Поэтому расскажу о нескольких неудачных походах за кабаном на потравах, думаю, что в моем негативном опыте кто-то отыщет для себя рациональное зерно.

Почти белые ночи Вологодского жаркого июля. Лишь далеко за полночь немного гаснет закат за верхушками соснового леса, наступают сумерки, сменяющиеся через час-полтора светлеющим востоком. Условия для стрельбы, если не идеальные, то весьма и весьма приемлемые.  На картофельном поле, изрытом кабанами, на самом верном месте устроили важного гостя. За кучей свезенных в одно место,  выдавленных землей валунов, получилась отличная засидка. Мы с Василием на подхвате, с правом лишь второго выстрела, которое определи для себя сами, так как больше заинтересованы в успехе гостевой охоты, чем в собственном результативном выстреле.  Светло, хотя  время уже к двенадцати, вчера в этот час кабаны  уже вышли на картошку. Принимаю совершенно ненужное решение: проверить, были ли выходы зверя на поле. Низинкой, вдоль стены густых кустов и крапивы, по краю посадок обхожу картофельные ряды, внимательно разглядывая следы на тропах, идущих из болотистого леса, примыкающего к полю.  За кустами раздается сопенье крупного зверя. Похоже, крупный секач причуял или услышал меня, хотя, как мне казалось, шел я осторожно и тихо. И теперь кабан, с шумом втягивая воздух, пытался определить, что «за фрукт» разгуливает по полю и что от него можно ждать. Судя по  наступившей тишине, он разобрался в данной ситуации намного лучше охотника, убравшись восвояси. Похоже, я испортил охоту нашему гостю; ругая себя, поспешил поскорее ретироваться с поля. Забравшись на оставленную очень давно на краю полевой дороги здоровенную бочку, стал в бинокль наблюдать за тем, что происходит в поле. На картошку вышла солидных размеров свинья с поросятами. Кабанья семейка, вспахивая гряды корнеплодов, приближалась к засидке охотника. И хотя была договоренность бить только одиночек, судя по приготовлениям, об уговоре наш гость забыл. Выстрел, второй, пули взрыли землю около свиньи, и всей ватагой с поднятыми хвостами кабанчики, во главе со своей мамашей, невредимые понеслись к лесу. После такого оборота, меня сразу перестала  мучить совесть за испорченную охоту, и, естественно, о секаче, которого я по оплошности отпугнул от поля, промолчал. 

Сергей, начинающий тогда еще охотник,  как подтверждение этому с помповиком, который он купил по совету опытных специалистов. Познакомил я его со своими местами охоты, здешним охотничьим начальством, от которого последовало приглашение посидеть на кабана у специально оставленного куска картофельного поля, примыкающего к лесу. Сергея как гостя усадили на лабаз, а сам занял место на одном из возможных переходов кабанов из болотистой низины к полям. Сентябрь, темнота наступила быстро, в тишине ночи даже шуршание мышей было далеко слышно. Темные силуэты деревьев и изгороди, примыкающей к полю, с трудом угадывались в безлунье. Какое-то темное пятно, вроде его не было, да и шума шагов не слышал, но на всякий случай решаю поднять ружье к плечу. Увидеть меня кабан не мог, тьма кромешная, наверное что-то звякнуло в ружье, пятно превратилось в кабана, резво взявшего с места, с треском понесшегося по кустам, и следом мой безрезультатный ружейный «салют».

Тот год выдался на редкость комариным. Скотина не хотела выходить из хлева, настолько ей досаждали лесные кровопийцы. Только рыбача с лодки при ветреной погоде, можно было отдохнуть от вездесущих насекомых. Идя по грибы или за ягодами, приходилось выливать на себя различные противокомариные лосьоны, а матерые грибники не брезговали даже дихлофосом. Вот в такое экстремальное лето, в субботний день уже ближе к вечеру, заехал Василий, и не терпящим возражения голосом скорее приказал, чем сказал: «На сборы десять минут, едем на кабана». Быстро собравшись, сунув в карман импортный лосьон, уже в машине узнал, что у деревни Плосково кабан всю картошку изрыл, ходит на поле не одно стадо, а три-четыре, крупного зверя много, к тому же рядом полоса  овса с горохом на силос, так что угощение кабаньему племени на любой вкус. Высадив меня на углу леса, где с одной стороны примыкал высокий горох, а с другой подходило картофельное поле, Василий отогнал машину к деревне и занял место далеко, на другом конце сельскохозяйственных угодий. Что соблазнит кабана – молодая картошка или овсяно-гороховая смесь, решал я дилемму, возникшую передо мной.

Так в раздумье минут пятнадцать покормил комаров и уже, почти не думая о предстоящей охоте, полез в карман за импортным зельем. Кровососы немного отступили. Стемнело, слева в горохе послышалось сопенье и клацанье кабаньих клыков. Тихо сместился в сторону жирующего стада, которое, шумно кормясь, не могло слышать моих шагов. Затаился, судя по  звукам, кабаны совсем близко. Но темнота да высокий горох никак не дают разглядеть  зверя. Нужно было ждать на картофельной стороне, там, если бы перешли, стрелять было бы легко, а судя по всему, стадо постепенно туда и смещалось. Но слабая надежда на удачный выстрел начала переходить в уверенность, кабаны, похоже, скоро окажутся совсем близко, и уже не спасет их высокий горох.

Ружье почти уже в плече, спусковой крючок холодит палец, напряженно вглядываясь в темноту, начинаю различать черные пятна сквозь зелень растений. Еще немного и..., раздается утробное уханье секача, так хорошо знакомое по прежним охотам, затем слышно, как воздух «шипит», втягиваясь в кабаний нос, недовольное ворчание, горох с овсом колышутся от снявшегося с кормешки стада. Только сейчас понимаю – переборщил с лосьоном основательно.

Были эти случаи давно, когда колхозные поля засевали овсом и картошкой, рожью и ячменем... Не было проблем с охотой на потравах, плохо это было или хорошо, но попроси председателя или бригадира не трогать полоску поля у леса, и охоться до поздней осени. Конечно, определенная бесхозяйственность,  но глядя сегодня на заросшие лесом поля, развалившиеся фермы, невольно приходишь к другому мнению.

А кабаны, они не перестали любить картошку, и если прежде добывали ее на колхозных, как бы ничейных полях, то сейчас страдают личные огороды. Легкая прошедшая зимовка положительно сказалась на поголовье кабана, набеги на крестьянские наделы стали обычным явлением. Не отпугивают их ни развешанные консервные банки, ни лай дворовых собак. Может назреть конфликт, в котором потерпевшая сторона потребует возмещения нанесенных лесным зверьем убытков. А раз охотничье хозяйство получает прибыль от коммерческих охот на кабана, вполне резонно можно потребовать возмещение съеденного урожая. Что предпринять в таких случаях начальнику хозяйства? Начать охоту на приусадебных огородах, поделиться с крестьянами лицензиями... Вопрос достаточно сложный и ранее обычно не возникавший.

Во многих странах кабан, в отличие от России, зверь не лицензионный, отстрел которого приветствуется и не ограничивается. Ведь высокая численность кабана – это сокращение глухаря и тетерева, рябчика и вальдшнепа. Не только заяц, но и утка страдает от всеядных свиней, а перекопанный лесной мох, лишайник и ягодники  восстановятся очень не скоро. В общем, кабан вредитель еще тот, и возможно его присутствие более оправдано в ближних хозяйствах, где тетеревиным, в силу близости городов и плотности населения весьма некомфортно, а такой гибкий зверь как кабан прекрасно себя чувствует, да и новым русским охотникам далеко ехать не придется. А в дальних угодьях пусть процветают традиционные русские охоты на лося и медведя, тетерева и глухаря, и не только весной, на зайца с гончими, утку и красную дичь...

Юрий КОНСТАНТИНОВ 4 сентября 2007 в 15:04






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑