ВСЮ ЖИЗНЬ С ГОНЧИМИ

С Никитой Несторовичем Крашенинниковым меня познакомил в начале 1970 г. Э.В. Шмит, когда он приезжал на охоту в Ульяновск. Я тогда жил  в г. Сенгилее и работал после окончания Воронежского лесотехнического института начальником лесопункта Сенгилеевского лесокомбината. С той поры утекло много воды и в Волге, и в Неве. Теперь я живу в Санкт-Петербурге. Являюсь членом клуба кровного собаководства при ЛОООиРе (секция русских гончих). Хожу на охоту с людьми, близко знавшими Никиту Несторовича. Они-то и попросили меня написать о нем очерк. С удовольствием выполняю их просьбу.

10 июня исполнилось 90 лет со дня рождения эксперта Республиканской категории Никиты Несторовича Крашенинникова

Родился Никита Несторович в деревне Горбыли Мышкинского уезда Ярославской губернии. Отец его Нестор Степанович Крашенинников  (русский офицер-белогвардеец) был сыном юриста по образованию и народовольца Степана Ивановича Крашенинникова. Мать – Елизавета Геннадьевна – педагог по образованию – происходила из семьи купца Геннадия Ипполитовича Кувалдина.

У Нестора Степановича была сестра, которая вышла замуж за Бориса Проворихина. Их сын, а стало быть, двоюродный брат Никиты Несторовича – Ростислав Борисович Проворихин  сыграет потом значительную роль в его жизни. Это благодаря ему Никита с детских лет пристрастился к охоте. Это он привил ему любовь к русским гончим. И эту любовь он пронесет сквозь годы до глубокой старости.

Детство Никиты Несторовича прошло в городе Рыбинске в семье деда по отцу. Отец в то время не принял советскую власть и эмигрировал за границу. В семье была большая библиотека, регулярно выписывались журналы. Мальчик рано пристрастился к чтению. В школе учился  весьма  успешно. Окончив школу, а потом ФЗУ, Никита захотел продолжить учебу дальше, но из-за отца у него возникли  проблемы с поступлением в институт. И только благодаря деду, который напрямую обратился за помощью  к своему бывшему соратнику по революционной борьбе Серго Орджоникидзе,  ему в 1936 году удалось  поступить в Ленинградский институт инженеров водного транспорта.

Институт он закончил в канун ВОВ и сразу же ушел добровольцем на фронт. Командир танкового экипажа Никита Крашенинников  был не  раз на волоске от смерти. За проявленные в боевых действиях мужество и отвагу награждался орденами и медалями. Демобилизовался из армии в 1946 году и поступил на работу в НИИ «Гипроцемент», где проработал 46 лет. Из них 34 года начальником теплотехнического отдела. За годы службы в НИИ напечатал много трудов по теплотехнике и технологии производства цемента. Принимал непосредственное участие в проектировании, строительстве и реконструкции цементных заводов в послевоенный период. Активно внедрял свои научные разработки в современные технологии производства цемента. Много времени и сил отдавал воспитанию и росту молодых инженеров.

Имел правительственные награды. Занесен в «Книгу Почета института».

Но самой любимой страстью помимо работы была, конечно, охота с русскими гончими. Он очень серьезно относился к выбору и приобретению гончих, чтобы потом вести с ними грамотную племенную работу. В каталоги навечно  будет  вписан его Плакун-1049, которого он приобрел у вологодского заводчика гончих Толстова. Очень породный Плакун-1049 наряду с отличным экстерьером обладал прекрасными рабочими качествами. У него был  сильный и музыкальный голос.Голос его оценивался 8-3-4 баллами. В 1968 году он становился чемпионом областных полевых состязаний, а в 1969 и 1971 гг. – чемпионом Ленинградской областной выставки. Выжлец широко использовался как производитель и с учетом племенного использования в Вологде и Ленинграде дал 32 классных потомка. Плакун стал родоначальником многих линий современных русских гончих.

Охота, активное участие в проведении многочисленных выставок, полевых испытаний и состязаний гончих имели для Никиты Несторовича глубокий жизненный смысл, были самым любимым занятием в свободное от работы время.

Многие годы, возглавляя Совет экспертов при ЛОООиРе, Крашенинников  активно  участвовал в подготовке и воспитании молодых  экспертов. Всегда мог наставить  на путь истинный зарвавшихся «знатоков» гончих. Не  терпел  всевозможных интриганов и жуликов. Под его руководством Совет экспертов работал очень продуктивно. Информационная  доска Совета экспертов в ЛОООиРе всегда была заполнена свежим кинологическим материалом и держала охотничью общественность в курсе всех дел.

Его друзьями по охоте были  знаменитые заводчики русских гончих М.А. Сергеев и Э.В. Шмит. «Мне выпало редкое счастье (охотничье и человеческое) – вспоминал потом Никита Несторович – познакомиться  с Михаилом Александровичем Сергеевым. Работая в НИИ и занимаясь в то время экспериментальными работами в области производства цемента, я понял, что передо мной не только настоящий ученый-зоотехник, но и зоотехник-экспериментатор. У нас в этом  жизненном аспекте было, так сказать, родство душ. Данные, собранные у Михаила Сергеевича, охватывали практически  собаководов и их питомцев всего Союза. Особенно детальные сведения были по собакам организованного им и его другом-однокашником Эдуардом Викторовичем Шмитом из Ульяновска питомника гончих собак «Охотничий». Знакомство наше началось в субботу. С небольшими перерывами на чаепитие, обед и сон мы «прознакомились» около 32 часов. Поразило громадное количество писем от охотников и заводчиков практически со всех концов Союза. И во всех письмах благодарность за щенков и выращенных уже собак, приобретенных из питомника «Охотничий» Сергеева и Шмита.»

16 лет охотничьего содружества и человеческой дружбы с Михаилом Александровичем  Крашеннинников отмечал как самые лучшие годы в его жизни. От общения с ним, от здорового психологического климата, который всегда создавался вокруг этого воспитанного интеллигентного человека и профессионала-специалиста в области животноводства, собаководства  и охоты с гончими,  Никита Несторович находил настоящую отдушину в атмосфере засилья  КПСС во всех сферах жизни. Он признавался потом, что буквально подпитывался энергией от этого всегда бодрого жизнерадостного человека и природолюба, проработавшего на Крайнем Севере почти четверть века и перенесшего несколько инфарктов. Вернувшись из Норильска в Москву,  М.А. Сергеев вместе с Э.В. Шмитом и В.Ф. Смирновым организовали питомник «Охотничий». Большую помощь в отборе племенного ядра будущего питомника оказал  им Никита Несторович Крашенинников. Он был четвертым в команде единомышленников, как был четвертым Д’Артаньян в компании трех мушкетеров у А. Дюма.

В качестве основополагающих тогда  были приняты гончие, отличающиеся исключительно высокими рабочими качествами, от наиболее проверенных линий и заводчиков: Барышникова, Головина, Гаранского, Жарова, Жевлакова, Иванова-Лукьянова, Ильина, Кишенского, Мусина-Пушкина, Ламанова, Лебедева, Пухова, Распопова, Рыбинского, Садикова, Сергеева и Шмита, Хлебникова, ЦС ВВОО, братьев Шипиловых и др. Производителями для первых отборочных экспериментов были использованы потомки Брызгалы 327/г, Амура-1382, Говорушки-3, Плакуна, Рыдая 1519, Соловья-2, Зорьки-421, Пирата-361. На последующих этапах после первых положительных результатов в период с 1957 по 1970 гг. были задействованы в основном производители, обладающие сильными и музыкальными голосами. Всего от собак питомника «Охотничий» было получено и передано заводчикам-охотникам более 150 щенков. В те далекие теперь уже времена дельный охотник-гончатник, рассматривая предъявленную для ознакомления родословную и видя в ней приставку «охотничья», считал ее как знак фирмы. Во всем культурном охотничьем мире эта приставка считалась гарантией доброкачественности. Эти приставки помогали гончатникам быстро устанавливать происхождение того или иного потомка, не разыскивая их в родословной книге.

Несмотря на ограниченность в средствах эти четыре человека (М.А. Сергеев Э.В. Шмит В.Ф. Смирнов и Н.Н. Крашенинников) достигли в своих экспериментах практически 100% выхода рабочих собак и в первой, и в последующих генерациях. Сегодня потомков собак, выращенных в питомнике «Охотничий», любители охоты с русской гончей разыскивают по всей стране.

К сожалению, за последние годы мы потеряли  уровень охотничьей культуры, держим и зачастую разводим собак, практически непригодных для охоты. Все те знаменитые линии и семейства ушли в далекое прошлое, они растворились, и сохранить их может только тот заводчик, который будет стоять в своих взглядах на проблему на том уровне, на каком стояли такие личности, как  Никита Несторович Крашенинников и его товарищи.  

Но все же  с некоторой долей оптимизма и надежды надо отметить, что его ученики (Попов В.Б., Наливайко Ю.В., Нестеров Б.А. и др.) в настоящее время продолжают его дело.

В своих воспоминаниях, посвященных 100-летию стандарта русской гончей (1895–1995), Никита Несторович сказал: «Как лично переживший разочарования владельца неработающих, исключительно красиво сложенных выжлят, а в дальнейшем – никчемных собак, а также познавший счастье и радость охоты с отличными гончими, своими воспоминаниями мне хотелось  передать некоторый свой опыт молодым охотникам. Предостеречь вас, дорогие, от ошибок, призвать к бдительности при выборе друга и помощника для охоты.

Начинайте знакомство с приобретенным щенком не с внешнего вида, а с его родословной. Убедившись, что  в ней нет «трубачевщины», продолжайте знакомство со своим будущим помощником. Конечно, было бы неплохо выяснить, каковы голоса у собак, от которых происходит приобретаемая собака или щенок. И если вы  хоть один раз подержите и поохотитесь с собачкой с хорошим голосом, считайте, что вы пропали... После уже никакая, даже самая красивая из собак, но безголосая, вам будет не нужна – и правильно! Всех вам благ и ни пуха, ни пера, дорогие друзья!

21 августа 2007 в 14:38






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑