ЗА МЕДВЕДЕМ В КАРЕЛИЮ

Впервые мысль об охоте на медведя появилась у меня во время обычного разговора на охоте. Это было весной прошлого года в карельской избушке, расположенной на дальних подступах к Петрозаводску, когда я в компании товарищей охотников в очередной раз приехал в Карелию за глухарями.

Местный егерь, назовем его за многочисленные предыдущие заслуги Мастером, к которому мы и приехали, долго и увлекательно рассказывал о весенней охоте на медведя на приваде, что я решил записаться к нему на следующий год.

Целый год прошел у меня под знаком ожидания этой охоты.

И вот в марте нынешнего года Мастер наконец-то сообщил мне, что у него все готово – три лабаза построены, привада на них завезена, волоки по пять километров от них во все стороны сделаны и теперь осталось только ждать выхода медведя из берлоги. А после появления его следов около привад,  по его команде, мне нужно будет все бросать и срочно мчаться к нему.

Наконец 19 апреля раздался долгожданный звонок. В тот же день я собрался и купил билет на поезд. Жена, как обычно, махнув рукой и покрутив у виска все-таки пожелала мне успеха, и я оправился на вокзал.

Следующим утром Мастер встретил меня в Петрозаводске, и предсказывая скорый успех, всю дорогу подробно рисовал мне картины, на которых толпы медведей толкаются около привад, среди которых мне предстоит выбрать наиболее крупного и жирного, и только не промахнуться. Конечно, в этот момент у меня были некоторые сомнения в этом, но я посчитал, что не стоит разрушать столь благостную картину, и тоже с удовольствием давал волю своей фантазии. По дороге в лес мы заехали в магазин за продуктами, где Мастер остановил меня в момент, когда я стал наполнять тележку большим количеством различных консервов, мол, чего набирать лишнего, когда мы сегодня-завтра сделаем дело и максимум через два дня вернемся назад, а, следовательно, зачем нам таскать на себе по лесу лишний груз в виде продуктов?

Вспомнив непростой путь до лесной избушки Мастера я согласился с ним, и мы ограничились двумя буханками черного хлеба, двумя банками тушенки, упаковкой картошки, пачкой чая и бутылочкой Карельского бальзама. Погрузив наш продуктовый запас в машину, мы продолжили путь к лесу.

Когда мы подъехали к лесу, мой энтузиазм немного уменьшился. Снега там оказалось еще достаточно и стало понятно, что машина по лесу не пойдет, а это означало, что весь путь до избы нам придется проделать пешком, преодолевая при этом небольшие лесные ручейки, превратившиеся весной в бурные реки.

В тот момент меня радовало, что первая привада находилась прямо по дороге в избу, примерно в двух километрах не доходя до нее. Мастер сказал, что на эту приваду он рассчитывает меньше всего, но зато в прошлом году ее посещал самый большой медведь, что конечно не могло меня не радовать.

Дорога до нее была нелегкой – рыхлый снег то держал на протяжении нескольких метров, то предательски проваливался под ногами.

На первой приваде была тишина, что тут же увеличило мою усталость, но Мастер не унывал и сказал, что если мы сейчас ускоримся и быстро дойдем до избушки, то еще успеем сегодня к вечеру на вторую приваду, которая находится от нее всего лишь в... восьми километрах.

Последние два километра до избушки я помню очень смутно, однако, в путь от избы до второй привады мы отправились снова полные сил и уже без рюкзаков.

Подошли мы ко второму лабазу, когда уже начало смеркаться, следов там не было. Мастер предложил сесть на лабазе рядом со мной, для того, чтобы в крайнем случае подстраховать меня своим выстрелом, да и ему просто не куда было деваться в лесу, заваленном выше колена мокрым снегом. Я, конечно, согласился и мы разместились там вдвоем.

Лабаз Мастера, представлял собой вполне добротное сооружение между двумя соснами, с удобной спинкой, подставкой под ноги и упором для стрельбы, расположенное на высоте 15 метров над землей. Время шло, вокруг было тихо и незаметно стемнело до той поры, когда сделать верный выстрел из карабина уже не представлялось возможным. Мы тихо спустились вниз и отправились домой. К часу ночи мы были уже дома. Сил не оставалось даже на приготовление еды и мы, выпив по рюмке бальзама и закусив черным хлебом, стали разрабатывать диспозицию на завтра. Мастер сказал, что завтра мы пойдем на третий лабаз, в который он верит больше всего, что медведь там уже должен быть гарантированно. Меня, конечно, это с одной стороны воодушевляло, но при этом смущало то, что по дороге до лабаза необходимо было сначала переплыть на лодке озеро, а потом идти 10 км пешком по заснеженной дороге, последовательно форсировав два небольших ручья.

Остатки ночи пролетели мгновенно. Проснувшись часов в 9 утра и наскоро перекусив, мы быстро собрались в путь. Если сказать, что дорога была трудной, то это все равно, что не сказать ничего. Даже привыкший к подобным переходам Мастер со стороны выглядел довольно уставшим, так что уже говорить обо мне, проводящем практически все время в сидячем положении в мягком и удобном кресле за компьютером. В итоге, пройдя всего лишь полдороги по «целине» мы были абсолютно измотаны и я, честно говоря, слабо представлял себе, как смогу пройти оставшуюся половину дороги, а уж про обратный путь мне было страшно и подумать.

Вдруг, идущий впереди Мастер, за очередным поворотом издал истошно-радостный крик и победно вскинул руки вверх. Подойдя к нему, я увидел отчетливый отпечаток медвежьих лап, идущих в сторону лабаза, к которому мы с таким трудом двигались. И куда только подевалась наша усталость? Мы бросились по следу медведя, как две скаковые лошади, как будто за спиной не было пройденных с таким трудом километров. Рассуждая по пути, мы пришли к мнению, что этому следу 2–3 дня, и мы понимали, что если зверь найдет приваду, то он будет ходить туда регулярно, а это значит, что мы его там рано или поздно подкараулим, и весь вопрос будет только во времени.

Добежав до лабаза примерно к трем часам дня и убедившись, что след ведет прямиком к приваде, мы решили, не подходя к ней непосредственно и не дожидаясь вечера, сразу садиться на лабаз. Я почему-то был уверен, что если зверь здесь уже был, то значит, он придет и сегодня. Вскинув для тренировки несколько раз карабин и убедившись, что все нормально и настроившись на долгое ожидание, я замер и начал изучать местность. На изучение местности ушло часа два, после чего меня стало клонить в сон. Рядом уже спокойно дремал Мастер.

Однако сон был недолгим: медленно темнело и стало холодать. Еще через пару часов мои ноги в резиновых сапогах безнадежно замерзли, и все попытки отогреть их ни к чему не приводили. Сидящий рядом Мастер тоже заметно подзамерз, но виду не подавал. После непрерывных семи часов сидения на лабазе мы были похожи на две огромные сосульки, и оба с нескрываемой радостью скатились с лабаза, как только стало совсем темно.

Мастер решил подойти к приваде и проверить ее. Подойдя к ней, он застыл в недоумении. При ближайшем рассмотрении оказалось, что привада была завалена бревнами и ветками, и сверху плотно засыпана толстым слоем земли и мха, собранного на близлежащей территории.

Обратный путь домой я помню очень плохо. Отчетливо помню лишь, что пришли мы где-то около трех часов ночи и упали, как убитые спать. Проснувшись утром, мы вдруг осознали, что нормально не ели уже более суток и едва передвигая ватные ноги, приготовили себе котелок картошки с тушенкой. Уничтожив его в течение десяти минут, мы ощутили, что силы возвращаются к нам, мы снова стали собираться в путь. В этот раз мы решили не торопиться с посадкой на лабаз и садиться не раньше 19.00, чтобы не замерзнуть и не потерять силы раньше времени.

Чтобы хоть как-то облегчить себе жизнь, я предложил Мастеру, пока есть время, обойти две других привады.

Вдруг медведь приходил туда и тогда нам не придется так мучиться, посещая самую дальнюю. Не уверен, что идея эта была воспринята Мастером с воодушевлением, по крайней мере, радости в его глазах после ее оглашении я не увидел, но он согласился. Через два часа он вернулся и констатировал неутешительный, но вполне прогнозируемый факт – на двух первых привадах по-прежнему пусто.

Дорога в тот, уже четвертый день, в сторону лабаза была немного легче вчерашней, потому что весна вроде бы начинала брать свое и толщина снега стремительно сокращалась, хотя кое-где она была еще довольно значительной. Отсидев безрезультатно положенные три часа, мы отправились в обратный путь. На следующее утро мы осознали, что продукты, взятые из расчета на пару дней, уже закончились, а наше мероприятие затягивается на неопределенный срок. Я мысленно прикинул, что могу посвятить этому мероприятию еще четыре дня, но при этом хорошо бы пополнить запас продовольствия и сообщить о своей вынужденной задержке на работу и домой.

Взяв пустые рюкзаки, мы отправились к машине. Приехав в город, мы первым делом отправились в магазин.

Там, уже не общая никакого внимания на разговоры Мастера о том, что в ближайшее время медведь будет уж точно у нас в руках, я без всяких колебаний набрал продуктов на неделю и со спокойной душой готов был ехать обратно.

Естественно, воспользовавшись наличием мобильной связи, я позвонил домой и сообщил, что задерживаюсь еще на четыре дня, обрисовав сложившуюся ситуацию. Жена ничуть этому не удивилась, и сказала мне, что я могу задерживаться еще хоть на десять дней, все равно медведь появится только тогда, когда я вернусь в Москву. Чертыхаясь в душе, но понимая, что в таких ситуациях она очень часто бывает права, прошу Мастера ускориться, чтобы успеть к вечеру на приваду. Но Карельские дороги пока еще не слишком скоростные и быстро стало понятно, что на приваду в этот вечер мы уже никак не успеваем.

На следующий день, придя на приваду, мы убедились, что в день нашего отсутствия медведя, как и во все предыдущие дни, не было, и я понял, что наши перспективы по-прежнему весьма туманны.

В безрезультатных ожиданиях прошло еще четверо суток, и наступил день, когда мне нужно было возвращаться в Москву, чтобы сделать на работе дела и через неделю вернуться сюда уже в компании товарищей, чтобы охотиться на глухаря.

Стоит отметить, что к этому времени мое физическое состояние значительно улучшилось. Те ежедневные двадцать километров, которые раньше казались мне бесконечными, теперь я легко проходил без привалов, на лабаз я теперь взлетал на одном дыхании, а сидел там почти так же комфортно, как на рабочем кресле в офисе.

В общем, все шло довольно хорошо, только вот не хватало главного – не было медведя.

По дороге в Москву, я решил, что сдаваться все равно не буду и через неделю по возвращении в эти места продолжу охоту на медведя в ущерб глухарям.

Продолжение в следующем номере.

Владислав КАМАНИН 31 июля 2007 в 14:40






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑