Опять о простоте

На статью Александра ЯРКОВОГО «Попробуйте понять» в «РОГ» № 29.

Честно говоря, не знал, нужно ли отвечать на очень эмоциональное письмо Александра Яркового. Но коль оно в целом адресовано мне, подумал, что сделать это стоит. Стоит, в первую очередь потому, что похожих писем в адрес редакции поступает довольно много.

Но, к сожалению, как показывает практика, они не столько затрагивают поднимаемые вопросы, сколько наполнены своими обидами, жалобами на неудачи и призывами судить и осудить всех тех, кто был удачливее в жизни. Не исключение и письмо Александра Яркового из г. Омска. Прежде всего, мне хотелось бы поблагодарить автора за обращение ко мне как к интеллектуалу, если только это слово не несет в себе хорошо известного старо-советского «интеллигент и в шляпе». Хотелось бы мне и извиниться перед ним за некоторые сокращения в статье автора. Они были вызваны большим ее объемом и тем, что больно уж материал похож на агитационный в преддверии предвыборной кампании. А мне совсем не хотелось бы превращать нашу газету в политическую трибуну, а увлечение охотой – в инструмент предвыборных баталий.

Чтобы предварить возможные вопросы, скажу сразу, что я охочусь всю жизнь, любимая охота – охота с легавой по перу, не являюсь членом клуба «Сафари», не занимаю сторону ни бедных и не богатых, в подходе к охоте придерживаюсь консервативных взглядов. В любых дискуссиях ценю конструктивность, разумность и трезвость взглядов. Теперь перейду к тому, о чем мне хотелось бы поведать нашим читателям и будущим авторам.

ВРЕМЯ, В КОТОРОМ МЫ ЖИВЕМ

Автор письма, хотя и говорит о том, что мы ведем дискуссию, на самом деле никакой дискуссии в его материале нет. Он жалуется в первую очередь на время, в котором мы живем. Но мне кажется, что давно стоит от этого отказаться и, тем более, стенать о славном прошлом. Прошлое всегда кажется лучше настоящего, особенно людям в возрасте. Люди сейчас, как и тогда жили по-разному: и хорошо и плохо, и совсем тяжело. Тогда нам не говорили, какой процент населения живет за чертой бедности, но обещали, что скоро жить мы будем в коммунизме. Разве это не сродни цитате, приводимой А. Ярковым одним из участников программы В. Позднера? Те революционные изменения, которые произошли во всех сферах нашей жизни, просто не могли не произойти. Случилось это по причине того, что случилось. Те, кто говорит: «а вот, если бы», ошибаются, так как происходит только то, чему способствует множество объективных и субъективных факторов. Это диалектика любых исторических событий. К тому же, происшедшие изменения были с восторгом поддержаны большинством населения страны, особенно технической и творческой интеллигенцией. К сожалению, в азарте политических страстей и в стремлении к переменам и свободам  люди забыли главную аксиому любой революции, даже бескровной или самой маленькой, – она пожирает своих детей. Сегодня многие, кто хулит наши времена, когда-то  восторгались грядущими переменами. Случилось то, что должно было случиться неизбежно. Любые кардинальные изменения в политической формации всегда сказываются на судьбах людей, выдвигая на первый план одних и отодвигая назад других. Но не думаю, что даже самые ярые хулители наших времен хотели бы вновь очутиться в очередях за колбасой из туалетной бумаги или покупать водку по талонам. Государство любой исторической формации, с любым ...зм на конце подразумевает в первую очередь неравенство и насилие. Это смысл государственной власти. Происходит это совсем не по злой воле, а чаще всего из-за стремления дать блага обществу. Помните чудесную сказку советского писателя Евгения Шварца «Дракон». Благородный рыцарь Ланцелот пришел в королевство, чтобы освободить жителей от тирании дракона. Но как только он сделал это, то сам чуть было не превратился в дракона. А в реальной жизни стал бы. Поучительно.

Пишу об этом лишь для того, чтобы читатели перестали обвинять всякого и всех в различных грехах, но только не себя. Не нужно призывать к сознанию и совести других. Живите по совести сами. Тем более, что поведение в угодьях в первую очередь строится от понятия совести человека. Ведь охотник в лесу остается с ней наедине. И стоит перестать изводить себя завистью к соседу, у которого корова лучше. Жизнь и время столь скоротечны, что не стоит их тратить на такую безделицу. В Древней Греции считали, что тот, кто во всех видит воров, сам не без греха.

Охотничье хозяйство – несчастная отрасль, потому что она всегда оставалась как бы с краю других государственных задач. Оно развалилось по той причине, что не было способно на самостоятельность, а сносно существовало за государственный счет под видом общественных организаций. Сам же А. Ярковой пишет: «В 1977 году секретарь нашего обкома С.И. Манякин, сам страстный охотник, обязал крупные предприятия взять приписные хозяйства. За год в области выросли десятки остановочных пунктов и баз. За счет соцкультбыта приобрели инвентарь, предприятия оплачивали и постоянных работников». А если бы секретарь  был не охотником (а мотоциклистом, к примеру), то и не обязал бы. Вам все это не кажется вообще странным. А чего не развиваться базам и хозяйствам? Платить-то ни за что не надо. Все на халяву, из чьего-то кармана, главное – не из своего. Нужны стройматериалы – даст лесопильня, нужна краска – даст завод, нужно зерно на подкормку – колхоз, да и рабочая сила дармовая – сами охотники. И все бесплатно. А теперь оказывается, что за все нужно платить да еще свои кровно заработанные. Обидно.

Рассуждения о «развращении богатством и бедностью» очень эффектны, но малоубедительны, так как наше общество давно  развращено «примитивным понятием социализма», когда все – это ничье, бери,что плохо лежит, в том числе и у природы. Может по этой причине в 70-х в некоторых областях обыденным делом было собирание глухариных яиц.

А воспоминания о добрых секретарях обкома и райкомовских работниках, разруливающих ситуацию с милицией, и вообще слезу прошибают. Они очень напоминают истории о В.И. Ленине, который в голодные годы отсылал подаренную рыбаками рыбу детям. И не партаппаратчики ли сегодня стали теми, кого называют чиновниками, и на которых жалуется А. Ярковой? Как было, так и осталось. Ведь и тогда на секретаря обкома или членов его семьи в суд не подашь и за браконьерство к ответу не привлечешь.

Хочу сказать буквально несколько слов о том, что А. Ярковой называет «околпачиванием», приводящим к деградации людей. С ним во многом согласен, хотя и раньше  околпачивали не меньше. К примеру, все (в том числе и я) свято верили в самую справедливую Октябрьскую революцию. А теперь документально подтверждено, что она была осуществлена на немецкие деньги.  Не стоит обольщаться телепередачами.

Сегодня телевидение работает в рыночных условиях. Каждая рейтинговая передача, особенно ток-шоу, представляет из себя товар, который продается или нет. Чем выше рейтинг, тем дороже цена. А уж о чем она все равно: обличает, стенает или просто болтает. Все ведущие (они обычно авторы программ) довольно удачные в материальном плане люди.

О ПРОСТОТЕ

Мне не нравится слово «простота». Особенно оно не нравится применительно к охотнику. Нет простых людей и нет простых охотников. Слово «простой» сегодня очень популярно, так как им можно прикрыть все, что хочешь и совершенно безнаказанно. Оно является эдаким лукавым покрывалом, под которым можно замаскировать открытое хамство, вседозволенность, невоспитанность и невежество. А что действительно взять с простого человека? Под видом прямоты он может оскорблять, глумиться, материться, судить и рядить, как угодно, любого оппонента. Это же его крик души. А его трогать не моги, он же из простых и ваших изысков не знает. Ведь и раньше уволить алкоголика с завода было нельзя, так как он гегемон. Простота выгодна прежде всего совсем не простым людям.

А мне кажется, что всегда были охотники и охотники. Для одних охота – это величайшее счастье жизни. Они держат собак, разбираются в оружии, коллекционируют атрибутику, понимают толк в оружии, живут охотой каждый день. И совсем необязательно они жители города или сельской местности, зажиточные или бедные. Они не будут стрелять по тетеревиной стайке, или с азартом расстреливать обессиливших гусей в полынье, подманивать гусей на электронный манок или стрелять медведя с вертолета.

А есть другие, к сожалению, большинство, для которых охота – это открытие охоты на уток, превращенное в праздник души и желудка, с возлияниями и стрельбой по бутылкам. Они считают себя охотниками и, обычно, простыми. Спросите, могут ли они отличить бекаса от дупеля, какие виды уток знают и могут ли распознать добытых, что могут рассказать о своем ружье? Уверен, вразумительного ответа не получите. Они не читают никакой охотничьей литературы, презрительно считая, что то, что написано городским автором не для них, так как они жители угодий лучше знают и разбираются во всем. А доходит до дела, оказывается, что они никогда не видели, как работает легавая, путаются в определении пород охотничьих собак, не могут на снегу отличить следа коровы и быка (лосей), не могут подманить рябчика и смастерить манок на него, ничего не могут сказать о клеймах своего ружья и прочее. У нас в редакции стоит чучело погоныша. Так вот, большинство охотников, в том числе и охотоведов с высшим образованием, не могут сказать, какая это птица. Грустно.

О БОГАТЫХ И БЕДНЫХ

Мне совсем не хочется писать о богатых и бедных по простой причине, что каждый, затрагивающий эту тему, так или иначе начинает скатываться в пучину обличения, стараясь выступать непогрешимым и справедливым судьей. В другом случае это можно трактовать как зависть, превращающая жизнь в вечное мученье: почему сосед живет лучше и как бы ему насолить, чтобы и он бедствовал, как я. Вечная тема. Я постараюсь поговорить о другом. Неравенство существовало всегда и не стоит себя обольщать тем, что при прошлом нашем строе его не было. Кстати, об этом пишет и сам А. Ярковой. Сегодня есть более успешные, состоятельные, есть менее, и есть те, кто откровенно не смог приспособиться к новым условиям по объективным или субъективным причинам.

Больше всего простых охотников (ох, не люблю я этого слова) раздражает, что люди состоятельные стали ездить на сафари в Африку. А  они, дескать, обогащают африканцев, а не наше бедное охотничье хозяйство.

Могу вас заверить, что в Африку сегодня ездят не только нувориши, как их называет А. Ярковой.
Многие ездят в Чехию, Болгарию, Беларусию и другие страны СНГ. Почему-то никого не раздражает, что большинство нашего населения ездит отдыхать в Турцию, на Кипр, в Испанию, в Грецию, Финляндию. И мало кто радеет в этой связи за наши санатории и дома отдыха. Многие из тех, кто отправляется в такие поездки, совсем не богаты, и для отдыха копят средства и год, и два. Охотники со средними средствами тоже все больше предпочитают поездки в другие страны. Почему? Я беседовал как-то с охотником, вернувшимся из Африки, с очень скромным достатком. Деньги на поездку он копил. После восторженных отзывов, я спросил его, хочет ли он повторить путешествие. Он сказал, что будет опять копить деньги и поездку повторит. На мой вопрос, – почему, прозвучал следующий ответ. Он и сам был очень удивлен, когда на месте узнал, что цена за две лицензии на жирафа стоит столько же, сколько он заплатил в одном хозяйстве (совсем не частном) за охоту на сеголетка кабана с вышки на подкормке.

Сегодня цены на охотничьи услуги для соотечественников (не иностранцев) могут шокировать кого угодно, и совсем непростых охотников. Охота на тяге на вальдшнепа в сутки – 1 тысяча рублей (объяснение работника хозяйства: «Мы его охраняем!»), поход на глухариный ток с фотоаппаратом – 5 тысяч рублей, охота на лося загоном – от 1 тыс. долларов до 1 тыс. евро. И это на мигрирующего зверя. При этом охота совсем не гарантирована. При неудаче вам придется все равно оплачивать услуги по организации пустых загонов, в среднем 500 долларов. В некоторых хозяйствах за трофей с вас попросят дополнительную плату, а в ряде случаев вы еще заплатите и за мясо добытого вами же лося. Не верите, пройдитесь по рекламным объявлениям в «РОГ». Неудивительно, что, имея общий билет Росохотрыболовсоюза, охотник из одной области не может получить путевку в другую (или платит за нее в пять раз дороже), даже если приехал охотиться на такие виды, как пролетный коростель, дупель и бекас, которых и не кормят, и не выращивают, и не охраняют.

А в большинстве случаев на них никто не охотится из местных охотников, да и не знают, как выглядят эти долгоносики. А если вы охотитесь с собакой, которую содержите целый год, натаскивали, возили на испытания, участвовали во всех охотничьих мероприятиях, принося доход охотничьим обществам,  вы должны заплатить за охоту больше, а пребывание собаки на базе оценивается обычно в полтора раза больше, чем самого охотника.

Удивляет, что охотники и за эти цены едут, даже сбрасываясь коллективно. Можно объяснить этот ценовой феномен способом выживания охотхозяйств в условиях рынка. Так что не все средства уходят африканцам.

Правда, хотелось бы знать, почему охотпользователям разрешено самим устанавливать цены и из каких критериев они при этом исходят?

Естественно, что многие состоятельные люди, столкнувшись с таким «сервисом», стремятся не только обзавестись хозяйствами, но и наладить там порядок. А слово «порядок» не может быть угодно всем, особенно привыкшем к разгулу вольницы. (Сколько раз приходилось при охоте с легавой встречать местных охотников с бурскими патронташами, в которых не было ни одного дробового патрона. Над нашими манипуляциями с собакой они откровенно смеялись. И никакой местный егерь им был не указ, так как он свой и тоже простой. А кому не приходилось слышать жалоб местных охотников на оскуднение угодий? Охота, дескать, стала не такой. Раньше с глухариного тока каждый по пять-шесть глухарей приносил!) Сравниться с этими капиталовложениями не может ни один охотколлектив. Я не являюсь сторонником отторжений охотничьих угодий у охотничьих коллективов. Но они должны обеспечивать в этих угодьях порядок и контроль. А за клубным движением в охоте будущее.

Охотники обязательно будут объединяться в клубы по интересам. К примеру, клуб любителей охоты на уток, клуб любителей охоты с легавой, клуб любителей охоты на медведя и так далее. Они могут быть маленькими и очень большими (в масштабах страны).

Я не знаком со всеми членами клуба «Сафари». Знаю только некоторых. Могу вас заверить, что те, с кем пришлось разговаривать, искренне любят охоту, разбираются в ней не хуже (а то и лучше) профессионалов, держат классных легавых собак, а в знаниях оружия могут считаться экспертами. Не стоит и сетовать на то, что кто-то купил сыну дорогое ружье. Хорошо, что сегодня это можно сделать. Возможно, это ружье пробудит в парне любовь к охоте и хорошему оружию.

А разве вы сами, будь у вас нужные средства, не приобрели бы хорошее ружье? Скажете «нет»? – не поверю.

Говоря об охотничьем оружии, могу сказать только, что интерес к хорошему оружию сегодня начал пробуждаться. Люди стали понемногу разбираться в нем. И это отлично, потому что это повышает культурный уровень охотников.

К сожалению, лишь сегодня охотники начинают говорить о цене оружия. А ведь раньше главный критерий хорошего ружья заключался в том, что его не нужно чистить. На загонных охотах на лося мне неоднократно приходилось видеть, как бывшее когда-то изумительным ружье «Лебо» или «Перде» и стоящее десятки тысяч долларов, приведенное в состояние лома местным охотником, катается по тракторной тележке. А хозяин с видом знатока, рассказывает, как он хочет поменять эту «рухлядь» на «Иж», потому что его не нужно чистить.

Вот вам и цена вопроса. Я сам в свое время с ума сходил от увиденного в магазине  Иж-12. Цена штучного ружья тогда была 145 рублей, для студента недоступная. Чтобы приобрести ружье, я работал полгода где только мог, и в итоге приобрел «мечту». Однако ровно через год от ружья отказался и вернулся опять к своему старенькому трофейному французскому ружью, подаренному отцом. Не буду здесь объяснять, почему. Сегодня же охотник может приобрести любое ружье, исходя из своих возможностей и понимания его необходимости. И это отлично.

Мне хочется закончить мой ответ Александру Ярковому и попросить наших авторов в дискуссиях быть более конструктивными и сдержанными в оценках. Мы живем в том мире, которого достойны. Не судите, и не судимы будете. Мне искренне хотелось бы, чтобы обмен мнениями с Александром Ярковым закончился. Позиции сторон определены. Не стоит превращать его в затяжной диалог двух авторов, как обычно это бывает (на любой ответ – новый вопрос), навевающий скуку на читателей.

И поверьте, что не все так плохо. Есть и позитивные подвижки. К примеру, кто мог бы в то время вести довольно эмоциональную дискуссию с зам. главного редактора публично и не стесняясь в выражениях, да еще и на страницах газеты, которой он руководит?
Доброй охоты и удачи всем!

Олег МАЛОВ 24 июля 2007 в 13:26






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑