За лосями по чернотропу

  Середина декабря, а за окном столбик градусника временами подбирается к плюс десяти, да и ночью если и холодает, то не более чем на два градуса. Ноябрьский снежок, так порадовавший любителей зверовой охоты, давно растаял, установилась теплая погода, так несвойственная первому зимнему месяцу, во всех областях «большого» Подмосковья.
     
     Лицензии пропадают, сокрушался Олег Сергеевич, обзванивая приятелей в поисках охотников со зверовыми собаками. Наконец нашу команду пополнили старые знакомые: Григорий – владелец лабрадора и Александр, имеющий эстонскую гончую. По мнению нашего бессменного капитана, Олега, собаки должны обеспечить удачную загонную охоту по «черной» тропе. Выезд был назначен на ближайшие выходные, и пожалуй, это был единственный шанс поохотиться в субботу и воскресенье, поскольку в последней декаде декабря синоптики «грозились» морозами и снегопадами, следовательно, оставшиеся до 15 января (закрытия охоты по копытным), выходные, будут забиты блатной публикой и простому смертному места в угодьях и егеря может просто не хватить.
     Выезд на лося и кабана больше напоминал поездку на утиную охоту: все в легких куртках, на ногах высокие сапоги, да и ласковый лабрадор, весело крутившийся у машин, никак «не тянул» на зверовую собаку.
     Осенние дожди превратили лесные дороги в непролазную грязь, так что надеяться сразу пришлось только на свои ноги, с сожалением вспоминая прошлогодние зимники, позволяющие без труда на машинах забираться вглубь угодий. Да и мелиоративные канавы, планомерно изрезавшие заболоченный лес, в морозы препятствие небольшое, сейчас заполненные водой, обещали изрядно помучить загонщиков.
     Первые два загона прошли безрезультатно, только эстонка пару раз заливисто «застонала», видимо по лисе, но, прогнав от силы пять минут, смолкала, по словам хозяина, «ставил» он гончую по копытным, и интерес к зайцу и красному зверю у нее был весьма слабый. Собачники в первых загонах замучились, и в виде компенсации выговорили себе право стрелять по рябчикам и зайцу, если представится случай. Во многих хозяйствах принято гнать со стрельбой, поэтому особых возражений ни со стороны егерей и тем более охотников не было.
     Третий загон: в глубине леса раздался дуплет, не прошло пары минут, как со стороны гона прозвучал еще выстрел, и вскоре залилась гончая. Эстонка несмотря на отсутствие снега, мягко говоря, излишней поратости (скорости хода) не проявляла, судя по медленному приближению лая, гнала чуть ли не шагом, что на загонной охоте, впрочем, не помеха. Шуршание листьев заставило пальцы левой руки крепче сдавить цевье, но на номер, к сожалению, неспешной рысцой шел сеголеток, а не взрослый лось, на которого была лицензия. Оставшись без материнского надзора, молодняк часто становится добычей волков, но в относительно близком Подмосковье серые разбойники встречаются нечасто и у лосенка, оставшегося в одиночестве, есть все шансы превратиться в могучего сохатого. Да и отстрел сеголетка лично для меня неприятен, хотя при правильном ведении охотничьего хозяйства бывает часто необходим, раньше, если оставались только лицензии на лося до года, мое участие в охоте ограничивалось лишь работой в загоне. Так что первого лося пропустил через номера без выстрела, зато удачно сумел снять гончую с гона, не дав ей уйти дальше следом за сеголетком. Героями оказались наши загонщики, вышедшие на стрелковую линию, обремененные добытыми зайцем-беляком и рябчиком. Короток декабрьский день, последний загон начинается, когда сумерки закрадываются в густоту леса. Взлаивает лабрадор, к нему с голосом подваливает эстонка, «забивая» своими переливами, редкое, негромкое «тявканье» «островитянина», и дружная парочка гонит зверя на номера.
     Почти одновременно звучат два выстрела: один на стрелковой линии, как выяснилось позднее, отличился наш капитан Олег, а второй – в загоне. Раздается команда «отбой», собираемся у добытого, еще не сбросившего рога быка, куда через несколько минут выходит измученный загонщик Александр, зато торжественно неся второго подстреленного им за день рябчика. Итог первого дня загонной охоты по чернотропу: лось, пара рябчиков и зайчишка. До позднего вечера, а вернее до ночи, пришлось потрудиться, вынося к машинам разделанного лося. Зато уж точно ночные посиделки прошли весело, под печенку, с не раз повторяющимися тостами за работу четвероногих помощников.
     Завтрашний день обещает быть не менее сложным – осталась кабанья лицензия, а взять взрослого кабана и по большому снегу, когда передвижение кабаньего поголовья ограничено, дело непростое, а сейчас по черной тропе, в декабре, когда гон диких свиней вошел в силу, зверь активно перемещается, не концентрируясь у подкормочных площадок – вдвойне сложнее.
     Намотавшиеся за первый день в загонах, Григорий и Александр просят попробовать их подменить, надеясь, что собаки, привыкшие за время охоты к другим охотникам, будут работать без близкого присутствия хозяев. Да и что это за охота, когда на номере не пришлось поволноваться в ожидании выхода зверя, что и привлекает в первую очередь в загонной охоте.
     Мне достался лабрадор, с которым с помощью колбасы еще с вечера был налажен контакт, а мой напарник по загонам Сергей «поневоле» остановился на гончей. На всякий случай, взяв собак на поводки, с двумя егерями отправляемся к началу гона. Собаки пущены в поиск, изредка покрикивая, стараемся держать линию загона. Выговоренное вчерашними загонщиками разрешение стрелять по зайцу и рябчику, как мне кажется, распространяется и на нас, поэтому зарядив ружье, «усредненной» дробью № 5, сгодится на зайчишку, по чернотропу он поднимается чуть ли не из под ног, да и для рябчика будет не слишком великовата, держу двустволку наготове.
     Кабаньи места – еловый мелятник, потные закраины, перекопанные свиными рылами. Влажный лес не позволяет определить свежесть следов, но местами пахнет кабаном так сильно, что кажется, вот-вот выскочит секач, пометивший изодранные клыками ели, с подтеками смолы, о которые терся кабан. Но собаки молчат, лишь изредка с деловым видом показавшись на глаза, опять исчезают в густоте елок.
     Шум крыльев взлетевшего рябчика, профессиональная реакция, выработанная годами стрельбы на стенде, ружье в плече и, почти без поводки, выстрел на обгоне в прогалке между деревьями по планирующему лесному петушку. Появляется лабрадор, с деловым видом, но без особой страсти подбирает трофей и сует добычу охотнику в руки. Не давая себя похвалить, опять скрывается в густом подлеске. Справа заголосила гончая, гон отворачивает от номеров обратно вглубь загона, звучат три выстрела из автомата, значит, это Сергей, только у него в загоне самозарядка, громкий голос эстонки заканчивается «самодовольным» поскуливанием, похоже какой-то трофей добыт.
     На стрелковой линии тишина, егерь снимает номера. Выходит, распираемый от удовольствия, Сергей, демонстративно держа на вытянутой руке «огненного» лисовина. После подобных «попутных» трофеев и я, и Сергей уже просто «рвемся» в следующий загон.
     Стрелки расставлены, для загонщиков эта часть угодий не представляет особых трудностей, ельники хоть и густы, но не столь обширны, как в соседнем квартале, много мелкорослого лиственного леса, достаточно светлого без опавшей листвы, так что можно изредка видеть работу собак. Мелькнув палевым боком, лабрадор потянул к небольшой группе елок, шерсть на загривке у него поднялась, и с опаской, остановившись на краю мелятника, пес зарычал и стал злобно лаять. На ходу, поменяв дробовые патроны на пули, не переставая покрикивать, с ружьем наготове иду к зарослям.
     Треща по веткам, не дав себя перевидеть, видимо, крупный кабан снялся с лежки, и судя по быстро удаляющемуся лаю лабрадора и подвалившей эстонки, ходко пошел в сторону номеров. Дуплет и далекое «готов» известили об удачном окончании загона, но для меня еще не всей охоты. Опять в стволах дробь, и в надежде на зайчишку или рябчика, тихо иду по направлению к номерам. На закраине поляны поднимается – нет, не рябчик, а отливающий краснотой вальдшнеп. Чистина позволила без труда сделать точный выстрел, и в руках – всегда желанный, обычно не столь редкий, но только не в декабре, трофей. Увесистый лесной кулик, судя по резвости, проявленной при подъеме и прыткости полета, был вполне здоровым. Что заставило вальдшнепа оказаться зимой в северных краях, а не на зимовке на юге Европы, загадка. Может теплая погода позволила ему задержаться до декабря или вернуться в свои родные леса из южных краев? Времени обследовать ближайшие угодья на наличие еще вальдшнепов, не было, нужно было спешить к номерам. Никого не удивило, что героем оказался опять Олег, уложивший приличного секача. Изумило всех поведение «озверевшего» лабрадора, изодравшего всю шкуру добытого кабана, но не так сильно, как добытый в середине декабря на границе Московской и Тверской областей лесной кулик – вальдшнеп.

Юрий КОНСТАНТИНОВ 9 января 2007 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑