Линь – рыба серьезная

При всем моем глубочайшем уважении к Леониду Павловичу Сабанееву, при абсолютном признании его книги «Рыбы России» в качестве «священного писания» рыболовов всех времен и народов, возьму, тем не менее, на себя неслыханную дерзость подвергнуть сомнению справедливость утверждения корифея о том, что ловля линя на удочку не спортивна, скучна и примитивна, а сам линь слаб и не пуглив.


«Ужение линей имеет многих любителей, но, как исключительно прудовая ловля, она довольно скучна и утомительна, тем более что линь клюет крайне вяло и продолжительно, так что в состоянии вывести из терпения всякого речного рыболова, не привыкшего иметь дело с такими флегматичными и ленивыми рыбами. Кроме того, линь относительно своей величины принадлежит к числу слабых рыб...

...Большого искусства ужение линя также не требует; он берет очень хорошо и на грубые снасти...

...С истинно-охотничьей точки зрения ужение линей стоит низко...»


Л.П. Сабанеев

Хотя и считается, что линь – чисто прудовая рыба, нам наиболее успешно приходилось ловить его на Ловати – прекрасной реке в Новгородчине, а еще – в совсем небольшой речке Вязьме, которую не на каждой карте найдешь – правом притоке Уводи в Ивановской области.

Впрочем, лучше по порядку.

«Черемуховые» холода в тот год на Новгородчине простояли почти до Дня Победы. Совсем недавно отгуляло половодье, вода была все еще мутной и довольно холодной. Пару раз перед этим мы выбирались на реку, но червяков самым бессовестным образом сбивала мелочь и в улове нашем преобладали плотвички да окушки чуть больше пальца. Это и натолкнуло на мысль в следующий раз попробовать половить на живца, тем более что недостатка в них не было, а щуки уже начали ворочаться у берегов, гоняя стайки мелкой плотвы и уклейки.

Сырой холодный ветер гудел в кустах у нас над головой, срывал лепестки черемухи и они плыли по коричневатой воде среди прошлогоднего мусора, словно крошечные льдинки. Шершавая, только что отнерестившаяся плотва неторопливо щипала червей, поплавок подолгу ерзал на месте, приседал, а потом неторопливо, наискосок уходил в глубину. К полудню у нас в садке на двоих едва набралось с десяток плотвиц да пара окунишек.

Мелкий заливчик этот ничем особым не привлек. Разве что здесь не так сильно гнал волны ветер, да сидеть, спрятавшись под кустом, было чуточку уютнее. Пока я обходил его вокруг, выбирая место, отец забросил удочку под склонившиеся к самой воде ветки тальника и только приспособил удилище на кустик прошлогодней куги, как поплавок вздрогнул и, пуская круги, чуть приседая, медленно двинулся к середине заливчика. Обычно так берет совсем уж мелкая плотва. Так и не дождавшись, когда рыба поведет себя решительней, отец слегка подсек, а дальше... удилище согнулось в дугу, зазвенела струной натянутая леска, невидимая рыбина дала мощный бурун, подняв со дна тучу ила, и со свистом вылетел из воды поплавок с обрывком лески. Проверенный поводок 0,17мм, на который без особых проблем вытаскивали килограммовых язей и лещей, лопнул словно прелая нитка!

– Тс-с! Тихо! Не подходи близко к берегу! Видел, какой язище взял? – остановил меня отец, торопливо привязывая новый крючок. Впрочем, можно было и не предупреждать. Я присел за кустом, нисколько не сомневаясь, что этот шальной язь, бог знает откуда зашедший в залив, уже далеко. Но отец забросил снова и почти сразу поплавок вновь заерзал по воде, пуская мелкую рябь. Глядя на него, вспомнилось определение Паустовского «...словно кто-то аккуратно дул на поплавок снизу...». Наконец поплавок медленно тронулся с места, на этот раз в сторону согнувшихся к воде веток. После подсечки рыба долго туго ходила у самого дна, не желая сдаваться. Прочное стеклопластиковое удилище сгибалось, почти касаясь вершинкой воды. Только после нескольких минут напряженной борьбы отцу удалось подвести рыбу к берегу и подхватить ее. К нашему величайшему удивлению это оказался не язь. На мокром песке, тяжело шлепая толстым хвостом и вытягивая трубочкой мягкие губы, ворочался великолепный линь! Настоящий золотой линь, с темно-зеленой, почти черной спиной, сизыми мягкими плавниками, он двигал маленькими красными глазками, словно соображая, что же такое произошло...

Это была какая-то необыкновенная ловля. Не успевала осесть муть, поднятая пойманной рыбой, как поплавки наших удочек то поочередно, а то и одновременно начинали едва заметно приседать, а потом степенно, неторопливо направлялись к узкому выходу из залива в реку. Следовала подсечка и очередная сильная и красивая рыба принималась шумно возиться на крючке, бросаясь от берега к берегу. По всем правилам, в заливе давно не должно было остаться никакой рыбы, но проходило немного времени и все повторялось. За час с небольшим, пока не прекратился этот необыкновенный клев, мы поймали семь великолепных линей, самый «маленький» из которых был чуть меньше килограмма. Через пару дней мы вновь пришли на залив, но вода упала и теперь это была просто большая лужа, в которой при нашем приближении испуганно заметались несколько мальков и ничего больше. Никакого напоминания о фантастической рыбалке два дня назад.

Чем объяснить то, что линь, вопреки всем утверждениям корифеев рыболовства, вышел на кормежку еще по холодной и мутной воде, да к тому же стаей (хотя утверждается, что линь – рыба скорее одиночная), я не знаю. Впрочем, местных рыболовов это нисколько не удивило. Линь на Ловати вполне обычная рыба, не столь уж редкая в уловах. Причем попадается в течение всего лета. Причисление линя к категории слабых рыб не выдерживало никакой критики.

Еще раз померяться силами с этой рыбой мне пришлось уже в середине июня. В окошках между листьями кувшинки, на глубине немногим больше двух метров уже несколько дней мы успешно ловили на червя-подлистника и «ручейника» лещей-черемушников. Попадались в основном не больше килограмма, но даже и такого без подсачека вытащить в лодку – задача не из легких.

В это утро я рыбачил один. Край солнца едва показался над лесом и прохладный ветерок гнал над водой седые пряди тумана. Я объехал уже несколько заводинок, пара вполне приличных лещей плескалась в садке. Еще с полчаса – и можно ехать домой. В небольшом проеме между стен камыша, всего-то метра четыре чистой воды, привлекло внимание то, что глянцевые листья кувшинок, распластавшиеся на неподвижной глади воды, время от времени вздрагивают, словно кто-то под водой постукивает по стеблям. Насадил целую кисточку мелких червей и аккуратно опустил в просвет между листьями, от которых еще продолжали расходиться легкие круги. Поплавок на мгновение застыл неподвижно, потом вздрогнул, лег на бок и неторопливо пошел в гущу травы...

Первое впечатление после короткой подсечки было таким, словно крючок намертво зацепился за что-то на дне, но уже в следующую секунду зацеп ожил и невидимая рыба потянула леску с такой силой, что глубоко в воду заглянула вершинка удилища и мою легкую надувашку неудержимо потянуло следом за ней к плотной стене камыша. К счастью, в этот раз я готовился к серьезной рыбалке и немецкая леска 0,22 с честью выдерживала могучие рывки рыбы. Она со звоном резала воду, всплывали срезанные ею листья, а я все никак не мог заставить рыбу хотя бы подняться из глубины. Вряд ли я смогу сказать, сколько это продолжалось. Мне казалось, целую вечность. Наконец над водой появилась толстая, почти черная спина и, не знаю, каким чудом, мне удалось зацепить рыбу подсаком. Кое-как, перевалив ее через борт вместе с изрядной порцией воды, я всем телом придавил рыбу и только через какое-то время, отдышавшись и слегка успокоившись, смог наконец рассмотреть свою добычу. Посмотреть было на что. Гулко шлепая по дну лодки, так что во все стороны расходились большие круги, топорща плавники, каждый из которых был шириной чуть не с мою ладонь, в лодке тяжело ворочался громадный линь. Он напрочь перепутал всю леску, а лещи из опрокинутого садка казались рядом с ним несерьезной мелочью. Толстенная полуметровая рыбина цвета старой, позеленевшей меди, широко открывала рот и смотрела на меня злым красным глазом.

С полной уверенностью могу утверждать, что по силе сопротивления линь, пожалуй, превосходит всех карповых, может быть, исключая крупного сазана (серьезных сазанов ловить не пришлось). И уж никак не назовешь ловлю этой рыбы скучной, пассивной и не спортивной. Скорее наоборот, ловля, требующая хорошего знания водоема, знания повадок этой сильной и красивой рыбы, способной сделать честь любому рыболову-удильщику. Я рассказал здесь о самом первом нашем опыте ловли линя, и если те встречи можно отнести к категории случайных, то позднее, в течение лета и следующую весну, мы вполне успешно ходили уже специально «за линем».

Совершенно по-другому ловится линь на Вязьме. На всем протяжении своем это типичная малая лесная речка средней России. Быстрая, с песчаными перекатами, местами пробирающаяся среди лесных завалов, с глубокими омутками, в которых в изобилии водятся плотва и окунь. Лишь в черте города, благодаря плотине Тейковского ХБ комбината, она полноводна. Когда-то русло здесь расчищали и углубляли, обеспечивая запас воды для города и комбината, укрепляли берега, но со временем все обветшало, часть русла заросла, образовав многочисленные заливы и заливчики, и именно здесь, в самом центре города, всю вторую половину мая и начало июня, тейковские рыболовы успешно ловят линей. Здесь рыбалка начинается обычно после того как закончатся «черемуховые» холода и установится теплая погода. Вода к этому времени вполне успевает прогреться, и над рекой, в зарослях ивы и черемухи, ночи напролет распевают соловьи. Клев линя начинается с наступлением сумерек и продолжается примерно до полуночи. Потом, после небольшого перерыва, бывает утренний выход, который длится примерно с трех часов ночи до рассвета. Днем на этих местах мальчишки ловят окуней, плотву, реже карасиков. Ловят линя в основном на червя-подлистника (некоторые рыбаки утверждают, что лучше на навозного, но это вопрос спорный), реже, обычно уже в середине июня, на ручейника. Здесь вряд ли можно рассчитывать на успешную рыбалку, если ловите на грубую снасть или не достаточно тихо ведете себя на берегу. Линь чрезвычайно осторожен. Подрагивающая трава и временами тоненькая цепочка пузырьков газа, поднимающаяся со дна, говорят о том, что он вышел на кормежку, но стоит вам выдать свое присутствие неосторожным шумом или движением, на поклевку можно не рассчитывать. Берет насадку он более решительно, чем на Ловати. Вероятно, это объясняется ночным временем. Поплавок после нескольких нерешительных приседаний уверенно уходит в глубину, и тут уже с подсечкой не зевай! Преобладает в уловах средний линь, от трехсот граммов до килограмма, но случалось и такое, что за одно утро было до пяти-семи обрывов, когда не выдерживала фирменная леска и с треском ломались «телескопы». Это еще одно доказательство ошибочности утверждения, что линь – рыба не стайная. В эту пору на берегах Вязьмы рыболовы сидят достаточно плотно и поклевки у большинства отнюдь не единичны.

Ко всему сказанному остается добавить, наверное, еще одно. На территории Тейковского и Комсомольского районов Ивановской области долгое время велись интенсивные торфоразработки. В результате этих работ здесь образовалось огромное количество непроточных водоемов – отработанных старых карьеров. Большей частью они не глубокие, не более 2-2,5 метров глубиной. Вода в них прогревается хорошо и гораздо раньше, чем на реке. В них в изобилии водится карась, местами весьма крупный – в моих уловах не раз и не два встречались экземпляры до полутора килограммов. Много окуня, щуки, плотвы, а вот линя, хотя и утверждается, что он исключительно прудовая рыба, в них не ловил никто.


Олег НАЗАРОВ, Ивановская область 16 августа 2006 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑