С карабином и вабой

Широк круг охотничьих пристрастий Леонида Михайловича Новикова. Немало поохотился на копытных, любит стрелять птицу влет, но главное для него – это охотничье оружие и охота на волка с вабой.


На первом месте, конечно же, стоит карабин. И вовсе не потому, что оружие – это основное для охотника. Для Леонида нарезной охотничий карабин высокого качества – это нечто большее. Возможно, в какой-то мере это смысл существования, увлечение всей жизни, профессия. Он специалист по металлу в широком смысле, поэтому в современном карабине не только видит мельчайший дефект, но и чувствует его характер, его душу, если можно так выразиться.

Ваба – это просто сделанная своими руками металлическая труба, с помощью которой он «переговаривается» с волками. Понятно, что такой «диалог» с человеком, надежно вооруженным, для вредного хищника заканчивается плачевно. Волк, порой подозванный на считанные метры, а в другой раз появившийся далеко на горизонте – подходящая цель для его карабина. С некоторых пор добыча волков – его основная охота. Парадокс, но он сам подорвал ее основы, по крайней мере, в недалеком охотхозяйстве, где он больше всего охотится, – волков больше нет. Их уничтожила местная бригада волчатников, в которой Леонид со своей вабой – гарант успеха. Впрочем, волков хватает, только ездить сейчас приходится дальше.

Пулевой стрельбой Леонид увлекся еще юношей. Возможно, не прикипел бы так сердцем к ней, если бы интересовали его только результаты. Но ему всегда хотелось знать, что стоит за меткой стрельбой. Почему и лучший мастер не может попасть в цель из одного оружия, а из другого всаживает буквально пуля в пулю. Он начал много читать, сам исследовать причины неудач и достижений. И понял, насколько увлекательно не только стрелять, но знать все процессы, происходящие в недолгий миг выстрела, да к тому же уметь подогнать, настроить оружие и даже патрон, чтобы стрельба доставляла удовольствие. Более того, даже в лучших образцах оружия самых известных фирм он обнаруживал недостатки и после их тщательного анализа находил более совершенные конструкторские решения. Он не защищал свои находки патентами, некоторые из них потом появлялись в новых моделях. Другие же ждут своего часа.

Леонид стремится познать охотничье оружие, пытается совершенствовать его не ради чистого интереса. Он прекрасно понимает и не устает пропагандировать правильную охоту, когда охотник делает один выстрел по месту из подходящего карабина соответствующим патроном и поражает зверя, не причиняя ему лишних мучений. Тем более недопустимы подранки. Понятно, что такое возможно, когда у охотника в руках совершенное изделие и он умеет с ним обращаться.

«Необходимо ввести государственный стандарт на кучность нарезного охотничьего оружия, хотя бы на самом низком пределе, например, 8 см разброса пуль на 100 м. Это делается во всех странах мира», – считает Леонид.

Он не устает пропагандировать и прогрессивные способы охоты. Именно на них система «человек–оружие» может продемонстрировать все свои высокие возможности. Это охоты из засидок, с подхода и ни в коем случае не загонные. На последних загнанный встревоженный зверь получает пулю в любое место от взволнованного охотника, который стреляет по движущейся плохо видимой цели, не имея возможности надежно взять ее на мушку. Такие охоты провоцируют использование полуавтоматического оружия – в результате беспорядочная стрельба и последующая гибель подранков. Из автоматической винтовки не сможешь сделать и единственный качественный выстрел.

«Установлено, что на дистанции 400 м неавтоматические магазинные винтовки имеют кучность в 1,5–2 раза выше по сравнению с автоматическими, несмотря на все ухищрения конструкторов последних. Вот почему в мире так мало автоматического охотничьего оружия. Знаменитые профессиональные охотники вообще им не пользуются. Владение хорошим карабином со скользящим затвором считается хорошим тоном среди профессиональных охотников».

Подобные сведения постоянно сообщает друзьям по увлечению Леонид.

Он сторонник снаряжения в домашних условиях патронов, в том числе и к нарезному оружию. По его мнению, только так можно относительно дешево добиться кучной стрельбы приобретенного карабина. Разумеется, потребуется его кропотливая пристрелка и строгий учет результатов самых незначительных изменений в технологии снаряжения патронов. У нас совершенно необоснованно запрещено снаряжать патроны к нарезному оружию самостоятельно – отсутствует и необходимый опыт. А вот в Австрии, где Леонид неоднократно бывал и имеет много знакомых охотников, такая серьезная подготовка к охоте очень популярна. Там не только нет никаких ограничений, но и нет проблем приобрести широкий перечень приспособлений и инструментов для этой операции.

Многому научился он у своих австрийских друзей. В свою очередь и сам многому научил. Мастера быстро находят общий язык. В их мастерских он делал узлы к оружию или к машинкам для снаряжения патронов собственной конструкции, и их высоко оценили местные знатоки. Здесь же он, делая в день сотни выстрелов, пристреливал карабины самых разных конструкций.

Он считает, что «лучшие образцы охотничьего нарезного оружия производят финские фирмы «Сако» и «Тикка», австрийская «Манлихер», и американская «Везерби». А какое лучшее из этих четырех? Конечно, это «Сако» и «Манлихер». Эти фирмы жестко конкурируют между собой по кучности стрельбы своих карабинов. У них показатель кучности устойчив даже в самых дешевых образцах. А вот у американского «Везерби» кучность рядовых моделей составляет 4 см на 100 м против 2 см рядовых моделей «Манлихера» и «Сако». У 50 % оружия этих фирм кучность достигает 15–16 мм на 100 м. Это фантастический показатель».

За качественным оружием нужен тщательный уход. Леонид знает многие мелочи, позволяющие и после сотен выстрелов сохранить качественные характеристики карабина, и делится своим богатым опытом с другими. Ведь даже не все владельцы дорогих нарезных стволов знают, что, к примеру, «...стволы из нержавейки менее долговечны и имеют гораздо худшую кучность стрельбы». Зато их проще хранить и можно реже чистить. Шомпол при чистке можно вводить в ствол только через затворную коробку, предварительно вынув затвор. Это позволит не повредить дульный срез, от состояния которого во многом зависит бой оружия. Нельзя использовать протирочные материалы из шерсти, фетра: они «...являются абразивными материалами, хотя и очень слабого действия». Для чистки лучше всего использовать отбеленную паклю.

Доводилось ему перепробовать немало оптических прицелов разных фирм и конструкций. С какими бы устройствами он ни работал, он досконально изучает технические принципы, заложенные в основу их работы. Иначе не сможешь грамотно не только настраивать их, но и просто эксплуатировать.

В Австрии он делал охотничьи ножи, которые «...получили самую высокую оценку знаменитых местных охотников, хотя сделаны были с минимумом драгоценных металлов в примитивных условиях мастерской охотничьего магазина».

Самые высокие требования предъявляет он к охотничьему ножу. «Завораживающая неуловимая форма клинка, которую можно получить только при ручной обработке, правильная его геометрия, прекрасная сталь, требующая минимума заточек, плюс соблюдение вековых традиций страны», – и успех ножу будет обеспечен.

Около двадцати лет назад он решил всерьез заняться волками, которые в то время начинали все больше разбойничать в угодьях. Как обычно, к проблеме он подошел профессионально. Облавы с флажками не всегда заканчивались результативно, да и для проведения их требуется немало организационных усилий и материальных средств. Леонид решил, что без умения вабить хищников успеха не будет. И со свойственной ему настойчивостью он взялся осваивать трудное дело. Удалось достать магнитофонные записи волчьих голосов. Чтобы лучше имитировать их, чтобы дальше разносились звуки, он сделал вабу в виде металлической трубы и стал учиться подражать волчьему вою. Казалось бы, все получилось, но тут выяснилось, что труба придает голосу металлические нотки. Опять продолжал эксперименты и установил, что обтянутая кожей ваба дает именно те звуки, которые волки примут за вой собратьев.

Вскоре он мог, подражая волку любого пола и возраста, так приманить зверей, что они подходили буквально на несколько метров. Конечно, такое случалось не всегда. Тогда выручал его надежный карабин. Он устраивался где-нибудь на стогу и, случалось, удачно стрелял по волку за несколько сот метров.

Конечно, и теперь немало приходилось потрудиться, добывая каждого зверя. Друзья поверили ему и стали помогать во всем, а когда воочию убедились, как осторожный зверь может подходить к человеку, организовали бригаду и очень скоро уничтожили почти всех волков в своем районе...

Кстати, Леонид, который живет в белорусском городе Могилеве, имеет много друзей в России. Там он не раз охотился на медведей с подхода. Возможно, как и у себя в Белоруссии, учил кого-то вабить волков. Но это уже другие страницы его богатой охотничьей биографии...


Александр ПИСКУНОВ 9 ноября 2005 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑