Закон есть закон

Биолог-охотовед Александр Тихонов вновь озадачил читателей «РОГ». На сей раз в его статье «Нужно ли закреплять угодья» («РОГ» № 45) критике подвергнута практика закрепления охотничьих угодий, а бесправие российских охотников видится ему в несовершенстве нашего охотничьего законодательства.

С НОГ НА ГОЛОВУ

Для большей убедительности автором сделан экскурс в историю вопроса, который, впрочем, представляет собой личное видение событий А.Тихоновым. Причем этот «экскурс в историю» не имеет никакого отношения к законодательству современной Российской Федерации. Ведь то, что при социализме было нормой, сегодня является нарушением закона. Например, в те времена общественные организации (общества охотников) имели в своем составе вооруженное формирование – егерскую службу и выполняли охранные функции. Сегодня подобные действия запрещены Конституцией РФ и являются уголовно наказуемым деянием.

Закон может быть несовершенным, но закон есть закон! И все обязаны его исполнять. Даже преступные и деклассированные элементы живут по своим, неподвластным обсуждению законам и понятиям, неисполнение которых, совершенных или нет, жестоко карается. Надо не закон «под себя» подгонять, а себя под закон.

К сожалению, А.Тихонов вновь спрятался за звание «биолог-охотовед» и не указывает занимаемую должность, поэтому нет возможности дать более полный анализ опубликованного материала.

Вынесенный в заголовок вопрос «Нужно ли закреплять угодья?» поставлен в корне неверно. Во-первых, в законодательстве современной России термин «охотничьи угодья» не применяется, об этом неоднократно указывалось на страницах «РОГ». Постоянные ссылки на якобы действующее Положение об охоте и охотничьем хозяйстве РСФСР образца 1960 г. ничем, кроме личного мнения, не подтверждены. Напоминаю, действие законов бывшего Союза ограничено Конституцией РФ (ст.15). Во-вторых, сегодняшняя Россия является страной с рыночной экономикой, где каждый волен сам определять тот вид хозяйственной деятельности, с помощью которой предполагает обеспечить свое благополучие. О какой-либо «закрепленной» деятельности речь не ведется. Создаются условия и правила «игры» на рынке природопользования, соответственно и вопрос должен быть поставлен по-новому: «Стоит ли заниматься охотхозяйственной деятельностью или нет?»

АППАРАТ ПРОЯВЛЯЕТ ИННИЦИАТИВУ

Безусловно, Вы правы, уважаемый А.Тихонов, в доперестроечный период политика ведения охотничьего хозяйства была направлена на закрепление всех охотничьих угодий за конкретными пользователями с возложением на них обязанностей и полномочий по охране, воспроизводству и регулированию использования охотничьих животных. Иными словами, на государственном уровне решалась задача повышения продуктивности охотничьих угодий. При этом никаких задач в части развития охотничьего сервиса, соответственно, и максимального использования ресурсов охотничьих животных ни перед кем не ставилось. Народ представлялся единой безликой массой, поэтому и индивидуальная деятельность в любом ее проявлении, мягко говоря, не поощрялась. Доппайки, спецобслуживание, закрытые больницы и услуги на охоте оказывались только номенклатурной группе лиц.

Следствием подобного однобокого хозяйствования явилось регулярное недоиспользование ресурсов охотничьих зверей и птиц. Введением общественными организациями прейскуранта на оказание услуг (с моей точки зрения, мнимых) настолько упрочило позиции чиновничьего охотаппарата, что даже «государственный переворот» в России их не коснулся. Более того, этот аппарат одним из первых адаптировался к условиям «рыночного времени», проявив инициативу по увеличению поборов с охотников за право пользования объектами животного мира.

С ИЖДИВЕНЦАМИ НА ШЕЕ

Не могу согласиться с утверждением А.Тихонова, что, делегировав права охотпользователям, государство отмежевалось от охотников. Вспомните, всю добытую пушнину мы сдавали государству. Общества охотников, хотя и назывались общественными организациями, фактически входили в состав единой государственной хозяйственной структуры и выполняли необходимые государству задачи. Именно поэтому государством по образу и подобию руководящей партии в охотхозяйстве была создана вертикальная структура власти и введен членский охотбилет. Причем структура продолжает действовать до сих пор вопреки новому законодательству России. Пожалуйста, два конкретных примера.


1. Конституция РФ (ст.13), отметившая десятилетний юбилей, запрещает создание и деятельность общественных объединений, цели или действия которых направлены на создание вооруженных формирований. Эти же ограничения закреплены в Федеральном законе «Об общественных объединениях» (ст.16).

Г-н А.Тихонов, разве Вы не знаете, что общественные организации охотников, равно как и вновь созданные коммерческие «охотхозяйства», имеют и содержат в своем составе вооруженные формирования для установления на полученной в пользование территории собственного порядка: сроки охоты, нормы отстрела, навязанные услуги, что практически является захватом власти? Безусловно, знаете, но вмешиваться не хотите и оправдываете подобные нарушения и свою бездеятельность несовершенством законодательства. В результате в охотничьем хозяйстве России создана «новая модель» советско-рыночной экономики. Не государство, а Охотдепартамент и его территориальные управления сами сели и посадили на шею охотников иждивенца, которого они вынуждены содержать.


2. Приказом Минсельхозпрода РФ от 25 мая 1998 г. № 302 «О выдаче удостоверений на право охоты» признана утратившей силу старая инструкция и утверждена новая «Инструкция о порядке выдачи охотничьих билетов и учета охотников на территории РФ», в соответствии с которой выдачу охотничьих билетов нового образца осуществляют только Охотдепартамент МСХ РФ и его территориальные подразделения. Этот приказ никто не обжаловал и не отменял, более того, приказ зарегистрирован Минюстом РФ 14 июля 1998 г. рег.№ 1560 и официально опубликован для всеобщего сведения в Бюллетене нормативных актов федеральных органов исполнительной власти от 10 августа 1998 г. № 18.

Г-н А.Тихонов, разве Вы не знаете о существовании этого приказа? Почему Охотдепартамент и его территориальные управления игнорируют этот приказ и продолжают считать членские билеты удостоверением на право охоты, а, например, Шукевич в открытую хвастается тем, что не выдал ни одного государственного охотбилета, в результате чего государство недополучило госпошлину за выдачу удостоверений на право охоты?

Зачем все сваливать на «несовершенство нашего охотничьего законодательства»? Все беды в неисполнении и произвольном трактовании законов, применении нормативных актов бывшего Союза вперемешку с законами современной России.

Постановление Совета Министров РСФСР образца 1983 г., установившее, что право на любительскую охоту дает членский охотничий билет, не имеет никакого отношения к Российской Федерации нового времени.


Валентин БОДУНКОВ 7 января 2004 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑