На рыбинском море

   В ОТДЕЛЬНЫЕ ГОДЫ ЗИМЫ ПОГОДА БЫВАЕТ ОЧЕНЬ МЯГКАЯ И ЛЕД НА ВОДОЕМАХ ПОДМОСКОВЬЯ СТОИТ НЕПРОЧНЫЙ.
     В ТО ЖЕ ВРЕМЯ В СЕВЕРНЫХ РЕГИОНАХ КАРТИНА МОЖЕТ БЫТЬ СОВСЕМ ДРУГАЯ. НА ЭТОТ РАЗ ДЛЯ ЛОВЛИ ОКУНЯ МЫ ВЫБРАЛИ РЫБИНСКОЕ МОРЕ.

     
     Если в другое время на водоеме можно жить в палатках или иных легко скроенных жилищах, то зимой без теплого дома не обойтись. Мы остановились в двухэтажном здании рыболовной базы. Банька и уютное кафе с камином быстро привели нас в чувство после трудной дороги. Лед на водохранилище был уже сантиметров двадцать, и на утро мы с другом в сопровождении егеря ушли на неизвестные ледовые просторы.
     Уровень воды в Рыбинском водохранилище с осени оставался очень высоким, поэтому на русловых, а также других глубоких участках было сильное течение. В связи с этим окунь и плотва держались на 2–3-метровых отдаленных от берега отмелях. Они располагались у слияния затопленных рек. Сюда мы и пришли. Если взять во внимание, что рядом проходящее подводное течение несло к отмелям кислород и здесь росло много дрейссены, место было выбрано правильно, ведь эти ракушки служат питательным кормом многим карповым, которые крошат их мощными глоточными зубами. Когда стаи крупной морской плотвы, синца или подлещика хозяйничают в колониях моллюсков, вблизи дна образуются взвеси питательных частиц. Ими кормятся снеток, окунек и плотвичка. Мелкая рыбка привлекает стаи крупных окуней. Причем окунь держится мелкими группами – так легче охотиться.
     Так было и в этот раз. Из лунки удавалось выудить не более пяти-семи окуней. Далее необходимо было переходить на другое место, потому что клев затихал. Вначале я пробовал ловить на балансир, но у меня плохо получалось, так как не было подходящей модели. У егеря хорошо работал маленький с серебристым брюхом балансир, копирующий снетка. Товарищ сумел подобрать примерно такой же. Но мой широковатый балансир с полосами под «матросика» за час добыл мне всего два окуня. Не имея большого опыта ловли на гигантских водохранилищах в начале зимы, присматривался к действиям егеря, находившегося в постоянном поиске. Однако я сверлил лунок не меньше, но результат был значительно хуже. Можно было предположить, что егерь знает определенные участки, на которых плотнее может концентрироваться окунь, поскольку он иногда целенаправленно шел на какую-то точку. Однако когда у егеря начинался неплохой клев и он меня подзывал, я на просверленных рядом лунках мог поймать в течение часа не более трех-пяти окуней – результат не ахти какой...
     Я точно копировал способ игры, тактику ловли. В конце концов пришел к выводу, что балансиры под окунька работают горазда хуже тех, которые сделаны под снетка, но таких у меня не было. Я стал ловить на мормышку с мотылем, наблюдая, как пошло дело у троих рыболовов, подъехавших на «Буране». На новую снасть клевало лучше. Интересно, что на мормышку окунь (а иногда и плотва) брал вблизи дна, в то время как на балансир хватки были в основном на расстоянии одного метра от дна.
     Однако ветер был сильный и насаживать мотыля было тяжело – руки без рукавиц сразу замерзали. Решил ловить на безмотылку. На нее, в отличие от мормышки с насадкой, окунь брал решительнее – фактически вис на крючке. Из первой же просверленной лунки я вынул подряд четырех окуней. Потом, когда клев прекратился, перешел на другую лунку. В ней не увидел ни одной поклевки, но на следующей лунке поймал еще два окуня. Окунь, кстати, на этом участке брал некрупный. Ушедший от нас за триста метров егерь наткнулся было на горбачей, но сумел поймать только трех четырехсотграммовых, потом опять стал клевать стандартный – граммов на сто пятьдесят–двести.
     Результат был переменчив. Бывало, что подолгу я не мог найти окуня, нервничал, менял мормышки, пробовал другие модели, подбирал бисер. У меня почему-то оказалось мало безмотыльных мормышек – тех, которые уже имели на поддеве крючка какую-либо искусственную подсадку. Причем две самые уловистые я оторвал, зацепив за корягу. Приходилось в экстремальных условиях на ветру и морозе заниматься комплектацией мормышек. Однако оказалось, что у меня нечем было заблокировать свободно бегающий по цевью бисер или колечко кембрика. Для этого хорошо подходит кусочек кембрика меньшего диаметра, плотно надвигающийся на цевье. Но подходящие стопоры на этот раз в моей рыболовной коробочке отсутствовали. Потом я нашел в ящике красную канцелярскую резинку и проколол ее жалом крючка. После чего обрезал ножиком лишнее, оставив кусочек размером 1,5х2 мм. Бисер перестал слетать, в то же время свободно бегал по крючку. По сравнению с ним более легкий кусочек кембрика работал хуже. Однако и с этой подсадкой я поймал несколько окуней. Из цветовой гаммы по окуню лучше работал желтый бисер, по плотве – сочетание черного и белого. Тандем «чертика» на конце лески и мормышки вверху показал себя хуже, хотя поклевки были – видимо, верхняя мормышка давала сбой в игре. Даже при ловле на двух метрах приходилось использовать не очень легкие мормышки, поскольку ветер сильно выдувал леску.
     Прибыв на базу и отогревшись, стал экспериментировать с имеющимися у меня балансирами. Пожалел, что не проверил их работу еще дома в ванной. Чтобы хоть как-то оценить игру приманок, опустил своего «окунька» в стоящий на тумбочке налитый до краев графин. В графине балансиру развернуться особенно было негде, но все равно мне показалось, что он почти не уходит в сторону при короткой игре. А надо сказать, что в эту пору на Рыбинке окунь чаще всего берет при совсем незначительном подергивании балансиром. Иногда им нужно вообще потряхивать как мормышкой. Я сделал наклейку из грубого скотча на крыло «окунька», чтобы увеличить его площадь. Приманка стала лучше уходить в сторону. Также проверил в графине игру безнасадочных мормышек. Привлекательнее, более плавно работали легкие мормышки. Из опыта знаю, что резкие движения различных имитаций только отпугивают рыбу. Однако вчера игре легких мормышек мешал не только ветер. Когда к вечеру усилилось течение (видимо, открыли шлюзы), их даже на мели волочило по дну, вытягивая леску. Я уделил особое внимание достаточно большим продолговатым мормышкам черного цвета и стал оснащать их крупным желтым бисером (до 4–5 мм в диаметре при ширине 3–4 мм), учитывая тот факт, что мой товарищ вчера в какой-то момент очень успешно ловил на аналогичную приманку. Большой сложностью было подобрать подходящую модель кивка под такие мормышки, поскольку те, которые имелись у меня в наличии, в основном были рассчитаны под мелкие и средние мормышки.
     За ужином разговорились о рыбалке с управляющим базой Виталием Ивановичем Савиным, и он сказал, что у него есть балансир под снетка. Он отдал мне свою удочку, на которой балансир к леске был привязан наглухо. Виталий Иванович считает, что карабин и вертлюжок плохо влияют на работу балансира.
     Вечером решил поставить жерлицы на налима. Егерь Александр сказал, что этого хищника иногда неплохо ловят прямо под базой, и согласился помочь мне в расстановке жерлиц. У меня было всего восемь налимьих поставушек. Я прихватил еще четыре жерлицы на треногах, и мы отправились ловить живца. Наловив порядочное количество окуньков-матросиков, стали заряжать снасти. Было очень холодно, и мне показалось, что второпях мы установили поставушки не совсем так, как надо. О жерлицах переживал только, чтобы коряг рядом не было, так как, размотав метров десять лески, налим может найти себе укрытие. Но егерь убедил, что ни коряг, ни крупных валунов, под которые может спрятаться налим, в данном месте нет.
     С тактической точки зрения, на мой взгляд, мы жерлицы и поставушки расположили очень удачно – по краю затопленного ручья, русло которого тянется с изгибами вдоль берега.
     После установки жерлиц, когда сидели за кружкой горячего чая у камина, было много высказано предположений и сомнений по поводу предстоящей рыбалки. Я считал, что достаточно широкая расстановка снастей (в 20–25 м друг от друга) дает возможность выяснить участки концентрации этого хищника. Потом уже можно будет усилить уловистые зоны дополнительной установкой одной-двух жерлиц. Егерь считал, что нужно было ставить жерлицы плотнее.
     Наутро результат превзошел все ожидания. Вначале, еще с берега, заметили один загоревшийся флажок. Когда подошли, увидели, что леска полностью размотана. На двойнике сидел налим больше килограмма весом. Следующая жерлица, установленная на русловой глубине, была пуста. Зато следующие четыре жерлицы, установленные по краю полива, были с уловом. Пять рыбин за ночь – неплохой результат.
     Окрыленный успехом, оставил товарища по его желанию ловить живцов, чтобы вечером увеличить вдвое число жерлиц, сам же с егерем поехал на «буране» по берегу в новый район ловли. Вскоре встретили «Буран» с двумя рыболовами, которые рассказывали, что ловили где только возможно, но возвращаются ни с чем. Мороз и ветер, по сравнению со вчерашним, еще более усилились, и в такую погоду можно было ловить только на балансир. Однако мои результаты, несмотря на «снеток» управляющего и модернизацию собственного балансира, оказались не лучше вчерашнего. Впрочем, и егерь на этот раз сильно не отличился – поймал всего полтора десятка некрупных окуней. Любопытно, что один рыболов в огромной меховой шапке и тулупе, вблизи которого я случайно оказался, поймал на мормышку налима весом под килограмм. Он долго с ним возился, отпуская и подматывая снасть, пока в лунке не показалась необычная голова рыбы.
     Окончательно замерзшие, направились домой. Еще издали заметили у заснеженного причала одинокую фигурку моего товарища. Когда подкатили, он с азартом, одного за другим, вылавливал матросиков и бросал их в просторную канну. Здесь, под обрывистым берегом, ветра почти не было, и ему ловилось с комфортом. Сияя радостным взглядом, товарищ сообщил, что окуньки берут на безмотылку как ошалелые и их ловить одно удовольствие.
     Взяв живцов, мы с егерем пошли усиливать дополнительными жерлицами уловистые участки. Первым делом поставили по две снасти между тех жерлиц и поставушек, на которых были налимы. Но чтобы не слишком уплотнять зоны ловли, одну жерлицу выносили глубже на полив, а другую ставили на русло ручья. Остальные жерлицы поставили на других неохваченных участках – там, где продолжалось затопленное русло ручья. Теперь арсенал установленных налимьих самоловов у нас увеличился до 25. Если учесть процентное соотношение вчера установленных снастей и пойманных на них налимов, мы надеялись снять завтра не менее десяти рыбин. Все уже азартно потирали руки в предвкушении солидного улова, поглядывая на поле заряженных красных флажков.
     Когда ужинали, управляющий посоветовал часов в 10 вечера пойти глянуть, нет ли загоревшихся флажков. Я вспомнил, как однажды на Яузском водохранилище вот так, ближе к полуночи, проверял с фонариком жерлицы и снял не только нескольких налимов, но и двух судаков, взявших мелкую плотвичку с самого дна. Кто знает, может, и здесь в сумерках бродят еще какие-нибудь хищники, не слишком жадно заглатывающие наживку.
     Мы с товарищем последовали совету Виталия Ивановича. Спустились с крутого берега на лед, позаимствовав фонарик у истопника базы. Но он не пригодился, потому что на чистом звездном небе светила яркая, полная луна. И ни одной загоревшейся жерлицы... Поставушки мы раскапывать не стали – очень хлопотное дело на морозе; завтра будет день – будет пища. Товарищ мой высказал предположение, что при такой яркой луне клева налима вообще может не быть.
     На другой день наши худшие ожидания оправдались. Не знаю, что повлияло на полное бесклевье, но факт остается фактом – на 25 жерлиц ни одного налима. Правда, один окунек был пожеван и на трех снастях крючки были без живца. Можно было предположить, что слишком мелкий налим не мог заглотать крупную для него наживку. Может, это и действительно так, ведь леска жерлиц вмерзла в лед, несмотря на то, что мы насыпали достаточно высокие курганы снега. А поскольку жерлицы были рассчитаны на ловлю судака и имели короткие поводки, свободного хода не было. Налим, видимо, почувствовав сопротивление снасти, бросал живца. У поставушек же я делал специально полутораметровые поводки ниже 25-граммового грузила. Такой поводок позволяет налиму без препятствий засасывать живца при вертикально натянутой основной леске. Вот почему поставушки, установленные под снегом, имеют преимущество перед жерлицами, особенно при ловле на «крепких» участках, так как, клюнув, этот хищник разматывает всю леску и скрывается под корягой. Но в данном случае и на поставушки не было ни одной поклевки...

АЛЕКСЕЙ ГОРЯЙНОВ 1 марта 2007 в 00:00






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑