Белорусский дупель: взгляд орнитолога

В большинстве европейских стран дупель не является охотничьим видом и охраняется

фото: Александр Назаров фото: Александр Назаров

Вплотную заняться изучением дупеля мне пришлось лишь в 2000 г., когда возникла необходимость оценить численность и современное состояние этого вида в Белоруссии в рамках одного из проектов. Передо мной возник сразу же ряд вопросов: какие места обитания используются дупелем для гнездования, где находятся тока и какие методы использовать для учетов? Как ни странно, хотя дупель и был в середине 1950-х гг. обычным видом, сведений об этом виде, как и публикаций, оказалось немного.

Прежде чем приступить к поискам, я попытался обобщить данные об известных токах дупеля, так как основным методом учета является подсчет токующих самцов. На одной из конференций, посвященных изучению куликов, я познакомился с ведущим специалистом по дупелю — Джоном Каласом из Норвегии, который и рассказал о методах учета вида в этой скандинавской стране. Беседуя с Джоном и другими специалистами, изучающими дупеля в Литве, Латвии и Эстонии, я понял, что задача предстоит нелегкая — как при поиске мест токования, так и при учете птиц.

Особенностью дупеля, в отличие от других представителей рода, являются групповые брачные игры самцов на земле. Причем токование, как и сбор самцов к месту тока, происходит в сумерках, после захода солнца. Авторы по-разному описывают звуки, издаваемые самцами при токовании. Их часто сравнивают с треском зубьев пластмассовой расчески, по которой проводят пальцем. Как мне пришлось впоследствии убедиться, предельная слышимость токующих птиц 200, в редких случаях 300 м.

В ПОИСКАХ ТОКОВИЩ

Опрос знакомых охотников и орнитологов помог мне выяснить лишь отдельные места токования дупеля и встречи птиц в послегнездовой период. Причем многие места, о которых упоминали мои знакомые или литературные источники, настолько изменились, что встретить там дупелей не представлялось возможным. Таким образом, поиск дупеля стал для меня чем-то вроде игры в прятки. Днем я осматривал пойменные луга и заболоченные участки в надежде вспугнуть птиц, а в сумерках шел по маршруту, жадно прислушиваясь к вечерним звукам.

Вспоминаю, как вместе с моим другом Николаем проходили поиски дупеля в районе Желто-Неманского канала. Об этих местах я услышал еще за чаепитием с небезызвестным орнитологом Дучицом В.Н., который и рассказал о необычном токе дупелей, который ему пришлось однажды услышать во время охоты на тетеревов. Сам дупелиный ток располагался на заболоченном участке, недалеко от края леса, и, по словам Дучица, создавалось впечатление, что на одном месте токовало не менее 50 птиц. Конечно, с тех пор прошло, наверное, не менее 40 лет, но все же картина, представшая перед нами, была удручающей — кругом простирались безжизненные мелиорированные поля, поросшие чахлыми ивовыми кустами по краю каналов. Лишь местами встречались одиночные пары чибисов да некоторое оживление вносили бодрые трели полевых жаворонков. Проехав всю мелиорацию, я не сомневался, что дупелю здесь не выжить, ведь питается он, главным образом, земляными червями, зондируя почву, а твердая мелиорированная почва и ее сухость неблагоприятны ни для земляных червей, ни для способов их добычи. Возникла мысль поискать птиц на пойменных лугах р. Неман в устье канала. Обширные пространства с пастбищными лугами и заболоченные понижения у стариц, которые открылись нашему взору, создавали на первый взгляд благоприятную картину для существования дупеля. Однако нас постигло разочарование, тщательный поиск кормящихся птиц днем и прослушивание токующих дупелей с наступлением сумерек ничего не дал. Вероятно, все же песчаные почвы в этом месте и неглубокие староречья, пересыхающие к июню, не создали подходящих условий для существования птиц. Разочарованные, мы с Николаем решили перенести наш лагерь поближе к лесу в районе Желто-Неманского канала. Нам приглянулся заболоченный участок мелиорации, где какая-то добрая душа перекрыла шлюз на одном из каналов, и несколько чеков было залито неглубокой водой. Над заболоченными участками с «блеющими» звуками летало четыре или пять токующих бекасов, что и определило наш выбор, так как одной из задач исследований было и изучение распределения бекаса по различным типам угодий. Свою палатку мы раскинули прямо на краю дамбы. Проводя учет бекасов на заболоченном участке, мы неожиданно вспугнули птицу, выпорхнувшую из разреженной осоки в десятке шагов от нас. Полет более тяжелый и прямолинейный, чем у бекаса, взлет без вскрика, а главное, блеснувшие белые перья по краю хвоста сразу же подсказали, что перед нами дупель. Какова же была наша радость, когда мы вспугнули еще десяток дупелей на этом же участке! С наступлением сумерек мы принялись за поиски самого тока. К нашему изумлению, он оказался в непосредственной близости от нашего лагеря. Несколько десятков самцов самозабвенно издавали звонкие трельки, иногда подпрыгивая между разреженными зарослями осоки и ситника. К звукам токующих дупелей хорошо вписывались односложные посвисты погонышей и трещащие крики коростелей. Картину ночной жизни оживляли неожиданные взлаивающие вскрики косуль, доносившиеся с разных краев мелиоративной системы. Пожалуй, только здесь мне довелось слышать сразу столько косуль за один раз.

Другой запомнившийся мне в том же году случай, когда был обнаружен ток дупелей, связан с поисками на реке Щара. После длительного переезда мы с Николаем добрались до открытых пойменных лугов, не подвергшихся мелиорации. Обширные участки разнотравья на торфянистых берегах реки и более сухие гривы, простиравшиеся вдоль ее русла, а также сенокосы и выпас на лугах в данном месте, казалось, создавали благоприятные условия для гнездования дупелей. Вместе с моим другом мы тщательно прочесали участок с помощью длинной веревки. Такой метод используется для вспугивания затаившихся дупелей, которые, когда кормятся, могут быть обнаружены лишь случайно или с помощью собаки. К нашему удивлению, пройдя не мене трех километров, мы не обнаружили ни одного дупеля. Лишь одиночные бекасы выписывали виражи над головой да тревожно вскрикивали чеканы, сидевшие, будто сторожа, на сухих стеблях прошлогодних трав. Интуиция, основанная на опыте поиска многих мест токования, подсказывала, что место является вполне подходящим для обитания дупелей, но тем не менее поиск ничего не дал, как и прослушивание токующих дупелей в сгущающихся сумерках. Разбив лагерь и утешаясь чаем у костра, мы с Николаем обсуждали постигшую нас неудачу и строили дальнейшие планы по поиску неуловимых дупелей. Вокруг нас, как обычно, звенели проголодавшиеся стайки комаров, отовсюду слышались голоса неумолкающих лягушек. Каково же было наше изумление, когда ровно в полночь мы услышали несколько далеких трелей дупеля, прямо напротив нашего лагеря. Быстро собравшись, мы прошли к месту тока, он был расположен метрах в двухстах от нашего лагеря. Лишь тихая, безветренная погода позволила нам услышать токующих дупелей. Около двадцати птиц собралось на сухой гриве, возвышающейся среди заболоченного луга. Удивительно, что дупеля приступили к токованию столь поздно, ведь хотя их наибольшая активность и наблюдается в полночь и даже позже, тем не менее в районе тока одиночные самцы могут быть услышаны даже днем, а уже в девять-десять часов вечера в мае на току всегда собирается большая часть самцов.

Такое чередование поисков и неожиданных удач, когда наконец-то находишь новый дупелиный ток, скрашивает все трудности полевой работы и навсегда остается в памяти.

ИТОГИ УЧЕТОВ

Что же дали наши поиски дупелиных токов и учеты птиц? Оказалось, большая часть токовищ находится на заливных пойменных лугах (71 %). Современная площадь пойменных лугов, основных мест обитания дупеля, в Белоруссии составляет лишь около 1,7 тыс. кв. км. При этом следует учесть, что дупеля в силу специфики питания заселяют далеко не каждый луг. Часть токов обнаружена на открытых низинных и переходных болотах (24 %), которых, к сожалению, у нас сохранилось немного. Лишь отдельные тока (около 5 %) были обнаружены на мелиорированных землях, и то в этом случае места токов находились на вторично заболоченных участках. Изучение распределения токов и учеты птиц позволили дать новую оценку численности дупеля в Белорусии, которая составляет около 5000 самцов. В настоящее время данные статистики позволяют говорить о 2-2,5-кратном сокращении популяции вида у нас в стране только из-за уничтожения и трансформации благоприятных для вида мест обитаний.

Надо сказать, что далеко не все люди понимают необходимость включения дупеля в Красную книгу, и часто, особенно среди охотников, раздаются недоуменные голоса по поводу запрета охоты на дупеля.

ПОСЛЕДНИЕ ИЗ МОГИКАН?

Часто и в прессе появляются статьи, которые не раскрывают существующего положения дел с охраной птиц и дупеля в частности. Так, в одной статье, которую я в свое время прочитал, автор пишет, что включение некоторых видов птиц, включая и дупеля, направлено на свертывание охоты в угоду группы людей, ориентирующихся на Запад. А далее тот же автор указывает: «Дупель — процветающий вид болотно-луговой дичи. Его численность стабильна и достаточно высока (около 900 тыс. особей накануне открытия охоты). Охотники имеют право снимать „урожай“ болотной и другой пернатой дичи, которую они вырастили в своих угодьях, чтобы он не остался на „корню“ и не улетел в другие страны в качестве бесплатного подарка Западной Европе, где его охотно примут местные охотники».

Когда в прессе появляются статьи с подобного рода высказываниями, поневоле задумываешься, есть ли будущее у наших братьев меньших и не станет ли дупель действительно «последним из могикан»? Конечно, такие статьи прежде всего связаны с тем, что люди мало знакомы с профессиональными работами орнитологов и не представляют реальную ситуацию с конкретными видами ни в Белорусии, ни в Европе. Наверное, правы все же были те известные зоологи-натуралисты, которые посвятили немало своего времени литературному творчеству. Так, например, еще Е.П. Спангенберг писал: «Я понял, что необходимо уметь писать не только научные, но и научно-популярные книги. Ведь их прочтет и оценит не узкий круг специалистов, а масса людей, причем людей самых разнообразных профессий и возрастов».

В заключение надо сказать, что в большинстве европейских стран (Франция, Германия, Англия, Нидерланды, Дания, Финляндия) дупель не является охотничьим видом и охраняется, особенно на территориях тех стран, где гнездится (Норвегия, Швеция, Латвия, Литва, Эстония, Польша). Однако интенсификация сельского хозяйства, обвалование рек и мелиоративные работы по-прежнему несут угрозу для существования вида. В Западной Европе наиболее крупная гнездящаяся популяция дупеля сохранилась в Норвегии — 5–15 тысяч пар, а среди остальных стран только в России дупель еще достаточно многочисленный вид, да и то его численность по последним данным там оценивается в 50–140 тысяч пар.

Положительный пример охраны дупеля я наблюдал в Латвии, где мне довелось побывать в прошлом году. Из-за сокращения выпаса и сенокошения на лугах вследствие кризиса в животноводстве многие места обитания дупеля стали зарастать высокой травой, кустарником и деревьями. Для сохранения открытых луговых мест обитаний, важных не только для дупеля, но и других видов птиц, в Латвии применяются оригинальные методы. При поддержке специальных фондов стали не только прокашивать луга, но и вырубать кустарники, а в некоторых местах на вольном выпасе содержать тарпановидных лошадей и высокогорных шотландских коров, которые могут обходиться подножным кормом круглогодично.

Будем надеяться, что дупеля не будет ждать участь «последнего из могикан» и совместные усилия орнитологов, любителей природы и грамотных охотников сохранят этот вид для наших потомков. Пусть по-прежнему под покровом ночи на лугах и болотах будут проходить токовища этих необычных птиц и звучать их трели!

Эдуард Монгин, орнитолог, г. Минск 16 августа 2011 в 14:52






Оставьте ваш комментарий

Оставлять свои отзывы и комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
Вы можете авторизоваться используя свой аккаунт на нашем сайте, а так же войти с помощью вашего аккаунта во "Вконтакте" или на "Facebook".

Спасибо за Ваше мнение!

Архив голосований










наверх ↑